0
2442
Газета Стиль жизни Печатная версия

23.10.2018 16:09:00

Философия прицела и парадокс выстрела

Как Александр Зиновьев противопоставлял идеологии свой "эликсир искренности"

Игорь Шумейко

Об авторе: Игорь Николаевич Шумейко – историк, публицист.

Тэги: александр зиновьев, философия, идеология, ссср, алкоголь, водка, пьянство


День рождения Александра Зиновьева, но все же не юбилей (29 октября будет 96-летие) – повод для воспоминаний, пусть не в самом высокоторжественном ключе. Тем более его уже оценили мировые ученые специалисты: «выдающийся», «последний русский философ»…

Да и единственная наша беседа была по теме не самой глобальной: алкоголь (водка, пьянство...) – хотя и очень интересной Александру Александровичу. Настолько, что он приехал в редакцию журнала «Водка. Ru» и на первой минуте беседы без смущения объявил: «Я – пьяница!»

Собственно, беседу вел главный редактор Александр Никишин, а я (завотделом) – на «редакционном подхвате». То стартовое заявление было – не эпатаж Зиновьева, а… Дело в том, что Александр Александрович, мягко, очень мягко говоря, недолюбливал интеллигенцию. Начав чуть ли не с антисталинского заговора, он со временем пришел к выводу: даже его собственный арест, допрос на Лубянке оправданны – если выбивают интеллигентскую фальшь, инфантилизм, лицемерие. В водке он, наверно, ценил схожее действие: некий «антилицемерин». Тут вспомнишь и знаменитую формулу Максима Горького (горького не по «злоупотреблению» – по писательскому псевдониму): «Пьяниц не люблю, пьющих понимаю, непьющих – опасаюсь».

А Зиновьев тогда великодушно предоставил нашему журналу – вот это:

Пей в карауле на посту, 

В лесу, в подъезде, на мосту,

Пей в артиллерии, в пехоте,

В вагоне пей,

  пей в самолете,

Пей на собранье, в лазарете,

В музее, в храме пей, 

в клозете,

Пей на закате, на рассвете,

На гауптвахте, 

в сельсовете,

Пей до еды, после еды,

С удачи пей, пей от беды,

С бухгалтерами, токарями,

Пей с комс- 

и партсекретарями,

Пей с мусульманином, 

с буддистом,

С завхозом пей, с попом, 

артистом,

Пей в одиночку, 

пей в компашке,

Пей из горла, из банки, чашки,

Пей лучше много, а не мало,

Пей где, когда и с кем попало...

Прямо-таки «Манифест»… В чем смысл сего вдохновенно-тотального перечисления? По-моему: в тотальности ответа. Всюду радиацией проникает ложь идеологий, и он так же всюду, «на собранье, в лазарете…», противопоставляет ей свой «эликсир искренности».

229-16-2_a.jpg
Александр Зиновьев предпочитал водку.
Фото Александра Никишина.
Публикуется впервые

Александр Александрович предпочитал водку. В эмиграции жил в каком-то маленьком городке, магазина с русской водкой не было, и свою меру (все ж не огромную – не будем превращать «идейного пьяницу» в алкаша) ему приходилось «отоваривать» вином. Помню, он поражался: вино дешевле газировки! И жаловался: от солей, винных минералов «ужасно опухали суставы, особенно колени». Возвращение на родину стало спасением еще и в этом смысле!

В книге «Русская водка. 500 лет неразбавленной истории» я приводил мнение ведущих наркологов, например Владимира Нужного: гены, климат, качества воды, зерна, винограда, столетние пищевые и прочие традиции, входя в организм, формируют свою линейку предпочтительных типов алкоголя. Вот в чем была причина их с вином несовместности. Происхождение-то Александра Александровича – самое глубинно российское: Костромская область, Чухломской район. Помните у Маяковского: «Америку пересекаешь в экспрессном купе,/идешь Чухломой…» – символ самой что ни есть глухой провинции. А крестьянскому сыну Зиновьеву из своей деревеньки до Чухломы еще добираться надо было. Хотя довелось потом и «Америку пересекать». Во всяком случае Южную.

Всей биографии Зиновьева я не знаю, но для публикации он передал нам свою фотографию с Пиночетом. Тут надо представлять, сколько литературных карьер на Западе было повержено в прах – из-за минутного хотя бы общения с чилийским диктатором. Но Александр Александрович и в Отечественную воевал на самом опасном самолете, штурмовике Ил-2, и после войны открыто выступал против космополитской кампании, и далее против всех вождей вплоть до Брежнева, его изгнавшего. Дмитрий Быков характеризует Зиновьева так: «Человек с клиническим совершенно отсутствием страха».

А еще замечу: он возненавидел политкорректность, получается, лет за 40 до ее воцарения! Потому, наверно, и то страшное «пиночето-фото» – чуть не на лацкане пиджака (в смысле: не скрывал, а наоборот).

Самая широко известная из фраз Александра Зиновьева: «Целились в коммунизм, а попали в Россию». Так сокрушенно он выразил итог долгой антисоветской борьбы некоторых сограждан, и, до момента прозрения в эмиграции, своей в том числе.

Вспоминаю, как, беседуя с настоящим философом, и сам становишься «микро-Сократом, толичку Платоном», настраиваешься на философское: «познай себя». И вместо подбора какого-нибудь лихого пассажа, вопроса: «А с тем прицелом-выстрелом по коммунизму: вышел недолет или перелет?» – задумываешься. Как трудно бывает порой отделить одну «цель» от другой.

После трагедии со сбитым в Сирии нашим Ил-20 так и представляется олух-зенитчик, вылезающий из-за пульта комплекса С-200, бормочущий: «Целились в сионизм, а попали в Россию».

Другое переиначивание той всепамятной фразы мне подсказал, получается… комсомол. Как-то меня попросили прочитать лекцию студентам Гуманитарного университета, это бывшая ВКШ (Высшая комсомольская школа). Отыскивая нужный корпус, я увидел мемориальную табличку, примерно такую: «…здесь читал лекции А. Зиновьев… а ныне действует «Зиновьевский клуб». Запомнилось. И пригодилось, когда мне предложили написать к 100-летию ВЛКСМ книгу, «но чтоб не обычный свод имен, дат, орденов комсомола, цитат… а в твоем, «перезагрузочном» стиле». (Книга вот-вот выйдет в издательстве «Вече»).

Сюжет книги с неизбежностью коснулся и ударных комсомольских строек, студенческих строительных отрядов. Нельзя было, конечно, обойти и критику тех починов, строек, «трудовых вахт». Например, Егор Гайдар: «Проект строительства Байкало-Амурской магистрали – характерный пример социалистической «стройки века». Дорогой, масштабный, романтический – красивые места, Сибирь. Подкрепленный всей мощью советской пропаганды, экономически абсолютно бессмысленный».

Доказывать, что БАМ ныне – экономический столп страны, кормилец, в том числе Москвы со всеми населяющими ее экспертами, политологами… Сегодня это уже наивно. Тут мне и вспомнилась теза Зиновьева. Переиначив ее: «Строили коммунизм, а построили Россию» – я получил некую логическую закольцованность с исходником.

Поправка: география тех строек охватила все 15 республик, чьи золотые девы сошлись в Союзном хороводе у знаменитого фонтана в Москве на ВДНХ. (Кто-то, съездив туда, пересчитав, возможно, смутится: «золотых союзных дев» –16. До 1956 года Карело-Финская Республика была тоже союзной.) В Средней Азии: гигантские ГЭС, Канал им. Ленина, зазеленевшая Ферганская долина. Прибалтика (Ново-Таллиннский порт), Украина (вся), Грузия, Азербайджан, Армения… Какие бы лозунги, портреты там не развешивали на стенах, сами стены до сих пор: «Made in USSR», так что цельтесь точнее!


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Существо из другого мира

Существо из другого мира

Мари Литова

Алина Витухновская представила «Записки материалиста»

0
493
С удмуртским акцентом

С удмуртским акцентом

Княз Гочаг

На перекрестках сюжетов и откровений, территорий и народов

1
336
Сколько миллиардов Россия должна Эстонии?

Сколько миллиардов Россия должна Эстонии?

Андрей Рискин

При подсчете ущерба от "оккупации" в Балтии применяют принцип "Пяти П"

0
2113
Новости религий

Новости религий

0
400

Другие новости

Загрузка...
24smi.org