Михаил Левитин Николая Степановича играет Михаил Филиппов, актер Театра им. Вл. Маяковского. Мы ≈ погодки, что в театре очень важно. Более того, когда-то я думал, если получится труппа, получится театр, то стареть надо вместе и ставить спектакли в зависимости от возраста исполнителей.
«Скучная история» для меня началась не с прозы, а с впечатления от Бабочкина в роли Н.С. Старый, но при этом бравый красивый человек повествовал нам, не играя. Чехова играть бессмысленно ≈ он всё равно откажет тебе в счастье признания. Он требует совпадения. Вот у Бабочкина такое совпадение было.
Чеховский герой достоин того, чтобы размышлять о нем в старости. От Н.С. зависит многое: жизнь семьи, воспитанницы, обучение студентов, состояние науки. Как он у Чехова говорит: «Мне безразлична конечная цель мирозданья, мне интересней судьба костного мозга». Он мечниковского размаха человек. И у нас в спектакль вставлена лекция Мечникова, которую Михаил Филиппов читает на сцене. Я нашёл её, это лекция о старости, где учёный утверждал, что старость ≈ совершенно необязательное состояние человека. Патология. Самому Чехову, я уверен, не нравилось превращение людей в стариков, процессы разрушения интеллектуальных способностей, физических возможностей, наступающая некрасивость.
Каков основной мотив поведения стареющего человека, при этом ≈ крупной личности? Его охватывает тревога, что не на кого оставить людей, вообще их безумно жалко. Это, конечно, у героя «Скучной истории», может быть, не самое главное размышление, но всё-таки оно есть. Останутся без тебя люди, которые тебя любят. Твои студенты останутся без тебя. Наконец, мир без тебя останется! И возникает борьба с этой фатальностью за то, чтобы не оставлять мир без себя. Но это всё равно неизбежно.
Шестьдесят два года сегодня – как бы и не старость вовсе. Ты умеешь, что хотел уметь, ты крепок, тебя ещё любят, ты существуешь спокойно, но тем не менее перешел какую-то границу и очутился в области, неизвестной тебе. У Чехова это еще интересней. Герой говорит, – так я мыслил, когда был здоров и не был стариком, а вот так я стал мыслить, когда заболел и стал стариком. Мысли в старости, говорит он, – это порочные мысли, низкие мысли, мысли человека, боящегося смерти, это унижающие его мысли. Он неправильно смотрит на мир, он боится, а не бояться не может.
Наверное, можно говорить о внутренней старости. Это очень важное понятие. В «Скучной истории» сталкиваются понятия наступающего возраста и внутренней молодости героя. В этом его раздвоенность. Герой – не старик. По восприятию мира, по отношению к людям, страстности ≈ он молодой человек, но он ≈ старик, к тому же обречённый умереть. А творческий человек, он всегда ≈ молодой человек.
Записал Григорий Заславский
