Майкл Бом
Авраама Линкольна за его Прокламацию об освобождении рабов критики называли «американским царем». Жан Леон Жером Феррис. Линкольн и беглые рабы в 1863 году. 1921.
В США 4 июля отметят 250-летие Декларации независимости от Британской империи. И это дает хороший повод вспомнить ту помощь, которую Россия оказала американским революционерам.
Официально Российская империя объявила о своем нейтралитете в войне за независимость американских колоний (1775–1783). Но на самом деле императрица Екатерина II всячески поддерживала революционеров против Британии. Она это делала не столько исходя из идеологических соображений, (царица, разумеется, твердо придерживалась всех базовых империалистических побуждений и ценностей), сколько по сугубо прагматичным и геополитическим причинам – в пику Британской империи, являвшейся в то время крупнейшим конкурентом России.
Екатерина II против Георга III
Несмотря на натянутые британо-российские отношения, как только в 1775 году разразилась американская война за независимость, британский король Георг III обратился к Екатерине II с предложением создать военный альянс, в рамках которого Россия отправила бы 20 тыс. своих солдат в Северную Америку, чтобы помочь британцам подавить американских бунтовщиков. Для того чтобы предложение было более соблазнительным, Британия предложила России свой остров Менорку недалеко от Испании. Но приманка никак не сработала: российская императрица отказалась. Недоверие и неприязнь Екатерины II к британскому королю оказались слишком сильны.
Ключевая помощь Екатерины II американским революционерам заключалась в том, что она вместе с Датско-Норвежским королевством и Швецией основала Первую лигу вооруженного нейтралитета (а потом к ней присоединились другие державы). Это привело к тому, что во время американской войны за независимость британский военно-морской флот не смог досматривать нейтральные суда на предмет контрабанды оружия. Благодаря созданию этой лиги революционеры получали крайне необходимые оружие и боеприпасы – в основном от Франции и Испании.
Тем не менее Екатерина II оказалась в весьма противоречивой ситуации. С одной стороны, она поддерживала американских революционеров. Но, с другой стороны, прекрасно понимала, что любое революционное движение против монархий, где бы оно ни происходило, – дело рискованное. Ее беспокоило то, что американская революция могла бы спровоцировать цепную реакцию других освободительных, антиимперских движений и в Европе – в том числе и в России.
Именно так и вышло – мир вступил в эпоху революций, которая длилась аж 74 года (с 1775 по 1849 год), когда на трех континентах бушевали разные революционные движения против абсолютных монархий. Но первой искрой этой эпохи явилась американская революция, спустя всего лишь шесть лет после которой разразилась не менее судьбоносная французская революция.
После этих двух революций мощная волна антиимперских движений дошла не только до других стран Европы, но и до Латинской Америки и Гаити. Она докатилась до России в 1825 году, когда восстали декабристы, вдохновленные в том числе и происходившими в Америке событиями. Но тогда ничего страшного для российской монархии не произошло – Николай I быстро потушил этот маленький пожар.
Республика на основе ценностей эпохи просвещения, но не без исключений
В чем главное историческое наследие американской революции, произошедшей 250 лет назад? Во-первых, она стала первым в истории успешным свержением монархического строя на перманентной основе. Во-вторых, она впервые создала конституционную республику «снизу», с чистого листа, на основании ценностей эпохи Просвещения. Согласно этим принципам, носителем и источником суверенитета страны является народ, а не монарх. Американская революция базировалась на главной идее, что лидер страны получает легитимность не по принципу божественного права, а как мандат от своего народа.
Правда, далеко не все жители Америки в то время имели базовые гражданские свободы. Например, потребовалось 140 лет, чтобы женщины в 1920 году получили право голосовать, а афроамериканцы получили это право в полной мере только в 1965 году.
Самым вопиющим примером неравноправия во время американской революции, разумеется, было рабство. Широкомасштабное порабощение примерно 4 млн африканских рабов на территории США было кричащим противоречием той самой Декларации независимости, особенно касательно ее самых известных слов: «Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными и наделены их Творцом определенными неотчуждаемыми правами, к числу которых относятся жизнь, свобода и стремление к счастью». Эти благородные принципы в то время также не распространялись и на индейцев.
В течение всей первой половины XIX века большинство американцев в северных штатах принимало как данность это очевидное противоречие. Когда Авраам Линкольн был избран президентом США в 1860 году, он понял, что необходимо устранить это болезненное и постыдное разногласие – тем более что ведущие европейские державы (Франция и Британия) намного раньше уже упразднили рабство в своих колониях. США были в позорном и ничем не оправданном положении: только они среди крупных цивилизованных держав все еще сохранили в южных штатах эту «особую практику, касающуюся лиц, принуждаемых к труду» – так эвфемистически американские политики в официальных документах называли рабство.
Линкольн и Александр II – родственные души
Кстати, великий царь-реформатор Александр II тоже понял, что Россия не сможет стать цивилизованной великой державой, пока похожая на рабство и давно изжившая себя практика крепостного права, распространявшаяся на 23 млн человек (35% населения), действует в России. Российский император осознал, что надо обязательно упразднить и российскую «особую практику» для того, чтобы начать в стране индустриализацию, породить новый период экономического бума и выйти на уровень западного развития.
Когда Александр II издал указ об освобождении крепостных 3 марта 1861 года – за пять недель до начала гражданской войны в США, – президент Линкольн и все аболиционисты восторженно приветствовали решение российского государя. А спустя 21 месяц Линкольн сам издал свой указ об освобождении всех рабов в южных штатах. Южные рабовладельцы, разумеется, с гневом осудили этот указ. Они сами считали себя своего рода аристократией и консолидировались в то время с той консервативной частью российской аристократии, которая тоже противилась освобождению крепостных. Показательно, что южные рабовладельцы жестко критиковали Линкольна за то, что он стал «американским царем», который пытался своим «царским указом» навязывать южным штатам «недемократические» и «кабальные» условия, запрещающие рабство.
Действительно, Линкольн нашел в Александре II родственную душу не только из-за общей позиции против рабства и крепостного права. США и Россия также разделяли общее крайне негативное отношение к Великобритании. Британское королевство, которое к этому времени было все еще сердито на США за события американской революции – а также за то, что оно не победило в войне против США в 1812 году, – активно поддерживало южную Конфедерацию. Лондон надеялся, что раздел США на две части сильно ослабит страну. А Российская империя в то время также была зла на Британию за ее активную роль в поражении России в Крымской войне.
Еще один фактор объединял Линкольна и Александра II: оба лидера придерживались принципа сохранения территориальной целостности. Россия поддержала единство страны, когда южные штаты попытались отделиться от северных. В то же самое время, в 1863 году, США поддерживали целостность Российской империи, когда поляки восстали против России.
Декларация независимости и Трамп
Хотя противоречия между положениями Декларации независимости США и реальностью сохранялись много лет, нельзя недооценивать историческую значимость американской революции для всего мира. Действительно, впервые в современной истории создали демократический фундамент, на базе которого граждане категорически отвергли принцип абсолютной сакральности монархии, посчитав такое безоговорочное подчинение и почитание государю анахронизмом. Весьма показательно, что потом множество других стран в разные периоды копировало эту идеологическую парадигму, которая радикальным образом изменила отношения народа и его правителей. В демократических странах народ стал своего рода «работодателем», а правители – лишь «менеджерами», нанятыми избирателями на ограниченный срок. Более того, народные «работодатели» через разные органы власти имели возможность регулярно проводить аудит деятельности избранных и назначенных государственных чиновников, а также могли увольнять их, включая президента или премьер-министра, – либо используя выборы, либо в крайнем случае применяя импичмент.
Однако накануне 250-летнего юбилея Декларации независимости настроение у многих американцев совсем не праздничное. Их сильно огорчает тот факт, что президент Дональд Трамп в нарушение базовых принципов американской революции активно стремится создать автократию, против которой боролись отцы-основатели, задумавшие декларацию. Если революционеры воевали, чтобы избавиться от британского короля, то Трамп, наоборот, намерен стать американским королем. Он всячески пытается подорвать фундамент всей системы сдержек и противовесов, которая лежит в основе американской демократии.
В то время когда американцы отмечают 250 лет с даты объявления Декларации независимости, предельно важно, чтобы в США сохранились демократические принципы, изложенные в этом эпохальном документе, ради чего революционеры воевали против британских войск в конце XX века. Нужно сохранить то, ради чего в течение 250 лет – из года в год – граждане США и их нанятые представители на государственной службе так упорно трудились, чтобы принципы и институты американской демократии укреплялись и совершенствовались.
Трамп руководствуется совершенно другим принципом: «ломать – не строить, душа не болит». Но как ответственным американцам, ценящим демократию, положить конец этому разрушительному процессу? Ответ на этот важнейший вопрос лежит в тех же институтах сдержек и противовесов, которые Трамп пытается сломать: независимые СМИ, судебная система, гражданское общество, независимый Конгресс – и, самое главное, свободные и честные выборы. Те американцы и их представители в Конгрессе, которые хотят сохранить американскую демократию, должны настаивать на том, чтобы следующие президентские выборы, намеченные на 7 ноября 2028 года, прошли без манипуляций и махинаций. Если им удастся этого достичь, то результат этих выборов станет настоящим праздником 250-летия Декларации независимости США.
