Константин Ремчуков: В Китае приговорены к смертной казни два бывших министра обороны
Банк БРИКС лавирует между юанем и антироссийскими санкциями
Предвыборная борьба "за свободу интернета" приторможена
Инфляция показывает врачам зубы
Хакеры нацелились на срыв гособоронзаказа
Госсовет Мордовии законодательно поддержал тюремную экономику
Репатриантам из Прибалтики трудно попасть в Россию
Грузинская оппозиция выбрала день, который все изменит
Война на Ближнем Востоке уходит на новую глубину
Трамп намерен дожать Кубу
Белград сближается с НАТО
В Москве помогают с профориентацией и старшеклассникам, и их родителям
ХАМАС подпитывается гуманитарной помощью
Трампа в КНР ждут сложные переговоры
Киргизские трудовые мигранты осваивают Японию
"Американский центробанк" оказался в центре политических интриг
Книга недели - Адреса Михаила Булгакова. "Факт: в Москве тесно"
Корея. Так похоже на Россию
Злу нельзя даже тапочки приносить
Павлиний хвост. Пасхальный рассказ 1976 года
Стоит ли ждать от патриарха Шио III промосковской политики
Папа Лев XIV – это не только "анти-Трамп"
Евреи Ирана – выживание во время войны и перемирия
Женщина-архиепископ захотела признания Ватикана
11.11.1999
В воспоминаниях Муслима Магомаева есть нечто очень интересное. Язык, на котором говорит время в таких сочинениях, заведомо вне иронии и вне сомнения. Он полон обломков великого стиля своей эпохи. У Магомаева это трогательные фразы типа "заведующая кафедрой общего фортепиано Кулиева оказалась непреклонной" или совершенно завораживающей сцены мучительного выбора между ПМЖ во Франции и мачехой-родиной СССР с обязательным атрибутом стилизованной трагедии: "чем больше я пил, тем больше я трезвел"...
