Без фокусов

ПОХОЖЕ, публика так никогда и не узнает, как Игорю Кио удается распиливать женщину пополам и превращать людей в птиц. Триста страниц текста - и ни одного раскрытого секрета: пусть хотя бы самого простенького, того, что впервые показывал маленький мальчик Игорь Кио... или хотя бы фокуса кого-нибудь из конкурентов, того же Копперфильда...

Как рождаются иллюзии, Кио не объяснил, но при этом убедительно доказал, что ничего сверхъестественного в них нет. И если Алла Пугачева не уйдет вовремя из клетки, то встретится с тем самым львом, в которого должна была "превратиться" по сценарию аттракциона. Фокусы - это не волшебство, а работа; так же и сам цирк, если смотреть изнутри, - не вечный праздник и не самое веселое место. Там тоже хватает неумных начальников, посредственных администраторов, бездарных артистов. Хотя, конечно, больше умных и талантливых. И им посвящена значительная часть книги, похожей иногда на благодарственную речь при вручении премии: "Спасибо всем, спасибо маме..." Целые главы посвящены начальникам, режиссерам, цирковым артистам самых разных жанров, даже ассистентам, с которыми Кио приходилось работать. Иногда это просто суховатое перечисление имен, ничего не говорящих зрителю. Чувствуется, что автор просто считал себя не вправе, вспомнив одних, позабыть о других.

Но есть и другие - длинные, в десятки страниц - пассажи: автор рассказывает, рассказывает... и сам не может оторваться, настолько занимательна яркая личность. Так он пишет об Арнольде Григорьевиче Арнольде - режиссере Эмиля Теодоровича, а затем и Игоря Кио: он гениально ставил номера, был главной фигурой на репетициях, его боготворил весь цирк, но публике он остался неизвестен. Так же увлеченно Кио пишет о великих клоунах ("Клоуны - это моя страсть"): Карандаше, Леониде Енгибарове, Олеге Попове. Этих публика, наоборот, знала и любила - но как клоунов, а Кио пытается рассказать о людях - талантливых, а значит, очень непростых в общении.

И, конечно, воспоминания Игоря Кио немыслимы без подробного рассказа об Эмиле Теодоровиче Кио - отце и учителе. Это почти легенда о родоначальнике жанра: как сменил восточный тюрбан на фрак, магическую таинственность - на самоиронию... "В цирке осторожнее, чем где-либо, разглагольствуют о природе, отдыхающей на детях талантов и знаменитостей. Это выглядело бы неуважительно к династиям, столь много значащим в профессии". Сопоставление знаменитого отца и сменивших его сына и племянника - Эмиля Кио - было неизбежно и наверняка задевало. Действительно, сыну было и проще, и в то же время сложнее завоевать собственное имя. Может быть, поэтому он не любит, когда говорят: "Работал Кио" -- "в том смысле, что такая фамилия... автоматически превращается еще и в должность".

О себе Кио пишет предельно мало, только самое необходимое: семья, жена, давняя скандальная история недолгого брака с Галиной Брежневой. То же - самое необходимое - и на семейных фотографиях.

Все-таки положение обязывает. Практикующий иллюзионист вряд ли станет раскрываться перед публикой. Работа такая - если шпион должен быть незаметным, чтобы хранить секреты, то фокусник всегда на виду, а его секреты спрятаны куда надежнее. И никакая политическая ситуация не способна заставить его показать даже краешек изнанки.