Виктория Панфилова
Строительство Сангтудинской ГЭС-1 стало долгостроем – первый камень был заложен в 80-х годах прошлого века.
Фото с сайта nsi.psu.ru
Сегодня начинается рабочий визит президента России Дмитрия Медведева в Таджикистан. Он примет участие в торжественной церемонии запуска в эксплуатацию Сангтудинской ГЭС-1, которую построила российская компания ЗАО «Интер РАО ЕЭС». С таджикским коллегой Эмомали Рахмоном Дмитрий Медведев обсудит вопросы возможного участия России в других энергетических проектах, в том числе Рогунской ГЭС.
К приезду президента России в Таджикистане приняли беспрецедентные меры безопасности, учитывая неспокойную обстановку в республике. На востоке страны, в Тавильдарьинском районе, в ходе спецоперации был убит эск-министр МЧС Мирзо Зиеев и несколько боевиков – граждан России. Вслед за этими событиями в Душанбе в конце прошлой недели прогремели два взрыва. Генпрокуратура возбудила уголовные дела по статье «терроризм», а объекты стратегического значения негласным распоряжением по МВД были взяты под усиленную охрану. Потому неудивительно, что Дворец наций, в котором состоятся переговоры президентов России и Таджикистана, сегодня напоминает осажденную крепость.
Отношения Москвы и Душанбе вошли в непростую фазу. Запускаемая в эксплуатацию Сангтудинская ГЭС-1 едва ли не единственный пример плодотворного сотрудничества – электростанцию построила российская компания «Интер РАО ЕЭС», получившая за это 75% акций. Ряд аналогичных проектов, в том числе строительство крупнейшей в регионе Рогунской ГЭС, остался нереализованным – сторонам не удалось устранить возникшие противоречия. Нежелание россиян принимать условия Душанбе, в то время как республика из года в год оказывается в тисках жестокого энергокризиса, вызвало недовольство президента Рахмона, поставившего под сомнение статус стратегического партнерства двух стран. Не добавила позитива отношениям и языковая инициатива таджикских властей: глава государства предложил больше не считать русский языком межнационального общения, как это было до сих пор.
«Эмомали Рахмон рядом своих заявлений или, например, распоряжением о принижении статуса русского языка, усугубил негативный фон российско-таджикских отношений. Любопытно, что острые выпады таджикского руководства последовали сразу после визитов в Душанбе американских чиновников», – сказал «НГ» заведующий отделом Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ Андрей Грозин. По его мнению, Таджикистан, едва ли не обвиняющий Россию в предательстве своих интересов, не желает учитывать интересы самой России. Как стало известно «НГ», Москва готова вложить инвестиции в строительство Рогунской ГЭС, но при одном условии: контрольный пакет акций должен остаться у российской компании. Но Душанбе в этом вопросе уступать не намерен и объявил «Рогун» национальным проектом.
Однако России этот регион не просто интересен. «Президенту Медведеву важно продемонстрировать свою успешность на постсоветском пространстве, в частности в Центральной Азии. Слишком много спекуляций как в западной прессе, так и в российской по поводу утраты позиций России в этом регионе. Прямо об этом не говорится, но подразумевается, что переигрывать Россию в Центральной Азии американцы, европейцы и китайцы начали при новом президенте. Поэтому в Кремле особенно заинтересованы в достижении успеха. Правда, не любой ценой», – сказал «НГ» Грозин.
Можно предположить, что переговоры президентов в Душанбе будут жесткими. Не зря на днях вице-спикер Госдумы РФ Владимир Жириновский сказал, что в ответ на недружественные действия со стороны Душанбе Москва может ввести визовый режим с Таджикистаном. По мнению Грозина, заявление Жириновского, «часто угадывающего действия Кремля на постсоветском пространстве», можно расценить как месседж таджикскому руководству.
Противоречия Москвы и Душанбе не ограничиваются энергетикой и языковой сферой. Остроты отношениям добавили маневры таджикской стороны вокруг аэродрома «Айни». В приобретении этого стратегического объекта заинтересованы, кроме России, США и Индия. Если в самое ближайшее время вопрос с «Айни» будет решен в ущерб интересам Москвы и, наоборот, не будет пролонгирован документ о дальнейшем пребывании в Таджикистане российской военной базы, если не прозвучат гарантии по защите интересов российского бизнеса в этой стране не только в энергетике, но и в торговле, в сфере коммуникаций и связи, российско-таджикские отношения осложнятся еще больше.
