Виктория Панфилова
В Китае на будущей неделе ждут газ из Туркмении.
Фото Reuters
В субботу начинается трехдневный визит председателя КНР Ху Цзиньтао в Астану и Ашхабад, приуроченный к торжественной сдаче в эксплуатацию газопровода Туркмения–Китай. В церемонии примут участие также президенты Казахстана и Узбекистана, через территории которых проходит газовая магистраль. По мнению экспертов, газопровод свидетельствует о том, что Китай стал главным стратегическим конкурентом России на центральноазиатском направлении.
Соглашение о строительстве газопровода Туркмения–Китай было подписано в Пекине в 2006 году еще при президенте Сапармурате Ниязове. Однако, учитывая непоследовательность Ниязова, реализация проекта вызывала сомнения. Пришедший к власти в декабре 2007 года Гурбангулы Бердымухамедов подтвердил взятые страной обязательства и объявил о необходимости диверсификации поставок углеводородов на мировой рынок – к уже имеющимся газопроводам в Россию и Иран 14 декабря добавилась магистраль в Китай общим объемом 40 млрд. куб. м. На начальном этапе транзит составит 13 млрд. куб. м голубого топлива с месторождений «Самандепе» и «Алтын асыр», остальные объемы газа предполагается обеспечить за счет освоения новых месторождений. Еще один трубопровод – Довлетабат–Серахс–Хангрен (Иран) – мощностью 12 млрд. куб. м планируется ввести в строй 20 декабря. Кроме того, Туркмения готова стать поставщиком газа еще для трех проектов – Прикаспийского, Nabucco и Трансафганского.
Однако при всем этом основным направлением для Ашхабада на сегодня становится Китай. Могла быть и Россия, но «Газпром», подписавший в 2003 году 25-летнее соглашение на закупку 40 млрд. куб. м с ежегодным увеличением объемов до 70 млрд. куб. м, в апреле нынешнего года после аварии на трубопроводе Средняя Азия – Центр-4, приостановил в одностороннем порядке закупки топлива и заявил о желании пересмотреть контракт в сторону уменьшения цены.
Экономическое присутствие Китая в Туркмении не ограничивается одним лишь сотрудничеством в нефтегазовой сфере, куда Пекин вложил до 4 млрд. долл. «Поднебесная довольно быстрыми темпами входит и в другие отрасли: легкую промышленность, химическую, строительную, транспортную, фармацевтическую, телекоммуникационную отрасль», – сказал «НГ» эксперт по Центральной Азии и Китаю Владимир Парамонов. Сейчас в Туркмении реализуется более 50 инвестиционных проектов на общую сумму до 500 млн. долл.
Схожая ситуация в Казахстане и в Узбекистане. Астана в нынешнем году получила кредит в 10 млрд. долл. и передала Пекину 49% акций компании «Мангистаумунайгаз», на которую претендовал «Газпром нефть». После этой сделки Китай стал контролировать треть казахстанских энергоресурсов. В Узбекистане же по итогам прошлого года действовало 107 совместных китайско-узбекских предприятий. «Общий объем китайских финансовых ресурсов в Узбекистан на конец 2008 года составил примерно 362,3 миллиона долларов», – сообщил Парамонов.
По мнению президента Института энергетической политики Владимира Милова, «Россия в Центральной Азии стратегически проиграла». «Впервые Туркмения получила реальную альтернативу экспорта. Нашей монополии на покупку их газа больше не существует. Китай стал нашим главным конкурентом», – считает эксперт. «Пекин «подсадил» государства Центральной Азии на финансовые вливания».
Примечательно, что проект газопровода Туркмения–Китай появился одновременно с российским – «Алтай», который так и не начали строить. Согласно проекту газ из Западной Сибири должен был пойти в Синьцзянь-Уйгурский автономный округ Китая. Аналитик RusEnergy Михаил Крутихин объяснил это тем, что газопровод «Алтай» – нерентабельный проект. «Несмотря на то что он по-прежнему значится в планах «Газпрома», неясно, где и когда он может осуществиться. Пекин не готов покупать газ из этого региона и по высокой цене», – сказал «НГ» Крутихин.
При этом аналитик не сомневается в реализации другого трубопровода – Nabucco, для которого Туркмения должна стать ресурсной базой. Он также считает, что Россия в Центрально-Азиатском регионе уступает Китаю. «Россия не может выиграть на сегодняшний день. В Центральной Азии сейчас один крупный игрок, с большими финансовыми возможностями – Китай. Только в рамках Шанхайской организации сотрудничества он выделил странам региона на экономические проекты 10 миллиардов долларов», – сказал Крутихин.
