Виктория Панфилова
На таджикских рынках все больше китайской продукции и китайцев-продавцов.
Фото Reuters
Президент Таджикистана Эмомали Рахмон завтра начнет официальный пятидневный визит в Китай. Он намерен обсудить вопросы дальнейшего сотрудничества с руководством КНР, а также привлечь в Таджикистан новых инвесторов. Рахмон посетит промышленные регионы Китая, где встретится с местными бизнесменами. Приоритетным направлением китайских инвестиций остается электроэнергетическая отрасль Таджикистана. Со своей стороны, республика может заинтересовать Китай рынком сбыта товаров, а также источниками сырьевых ресурсов.
Двустороннее сотрудничество началось после того, как были решены вопросы делимитации и демаркации границы – с советских времен Таджикистану досталась не урегулированная с Китаем пограничная проблема. Поднебесная претендовала на три спорных участка Горно-Бадахшанской автономной области общей площадью свыше 20 тыс. кв. км. Душанбе удалось отстоять большую часть территорий, уступив Пекину лишь 990 кв. км. Но, судя по всему, Китай был доволен и этим, поскольку сразу начал строительство автодороги Душанбе – Куляб – перевал Кульма – Каракорум – Ташкурган, которая стала первой трассой, связавшей две страны и предоставившей республике непосредственный выход к южным морям. После этого китайские инвестиции в Таджикистане стали обычным явлением.
Сегодня Поднебесная является важнейшим для Таджикистана политическим и экономическим партнером, вложившим в горнодобывающий сектор республики более 100 млн. долл. и более 200 млн. долл. – в строительство главных магистралей. Помимо этого в Таджикистане работает более 50 китайских компаний, которые реализуют проекты по реконструкции автодороги Душанбе–Чанак, включая строительство туннеля «Шахристан», строительства туннеля «Шар-Шар», высоковольтных линий электропередачи ЛЭП-500 Север–Юг и ЛЭП-220 Лолазор–Хатлон и другие. В целом же объем китайских инвестиций превысил 1 млрд. долл. Как считают эксперты, по инвестициям и кредитам Китай опередил Россию и Иран, вместе взятых.
Власти Таджикистана не скрывают, что видят в Пекине более выгодного экономического партнера, чем Москва. Этим и объясняется, что Китай куда с большей легкостью получил доступ к таджикским недрам, нежели Россия. Президент Рахмон неоднократно предлагал Москве разработку серебряного месторождения «Большой Канимансур», расположенного также на севере страны. Это месторождение считается одним из крупнейших в мире. Его запасы оцениваются в более чем 50 тыс. тонн. Однако России этот проект был неинтересен. В Душанбе ожидают, что Пекин возьмется за его разработку. Таджикский экономист Носир Хамидов считает, что своих денег на разработку месторождений или строительство гидроэлектростанций у Таджикистана попросту нет. Все свободные средства власти вкладывают в возведение Рогунской ГЭС. После реализации проекта Душанбе надеется отказаться от помощи МВФ и других международных институтов. «Если начнется освоение месторождения, то Таджикистан получит грандиозный экономический проект. Возможно, что в экспорте страны это новое производство не уступит алюминию и хлопку, которые сейчас составляют основную долю экспорта – 70% (алюминий) и около 20% (хлопок–волокно)», – сказал Хамидов.
Однако, как считает доктор политических наук, руководитель Центра СНГ Дипломатической академии МИД России Сергей Жильцов, данное сотрудничество – это втягивание Таджикистана в зону интересов Китая. «Предоставлением кредитов Пекин, по сути, заталкивает Таджикистан в долговую яму, которая приведет к кабальной зависимости республики от могущественного соседа. По большому счету Таджикистан получает лишь временные преференции в реализации различных проектов. Учитывая же то обстоятельство, что у Душанбе нет денег и их появление в определенных объемах и не предвидится, то расплачиваться, очевидно, придется допуском китайской стороны к сырьевым ресурсам, передачей контрольных пакетов акций стратегических предприятий или уступкой под контроль Китая отдельных транспортных маршрутов, пролегающих по таджикской территории, – теми же участками шоссе и стратегическими тоннелями на горных перевалах», – сказал «НГ» Сергей Жильцов.
При этом эксперт обращает внимание на то, что в публичной сфере Китай до сих пор дистанцировался от «политических моментов» не только в отношениях с Таджикистаном, но и всех постсоветских стран. Ключевой аспект политики Пекина – экономическая экспансия, доступ к ресурсам, рынкам. По мере расширения присутствия в Таджикистане китайская сторона начнет посылать руководству республики и мягкие политические сигналы. «Насколько внимательно станет прислушиваться к ним руководство Таджикистана, будет зависеть от того, как плотно Китай войдет в экономику республики и насколько Таджикистан будет зависим от решений, принимаемых Китаем», – сказал «НГ» Жильцов.
