Виктория Панфилова
Помимо традиционных дам в платках в Узбекистане появились и женщины в черных хиджабах. Фото PhotoXPress.ru
В Узбекистане впервые пресечена деятельность подпольной женской ячейки запрещенной организации «Хизб ут-Тахрир». Вчера ташкентский областной суд вынес обвинительные приговоры нескольким активисткам экстремистской группы, обвинив их в антигосударственной деятельности, призыве к отмене действующей Конституции и свержению существующего строя, созданию халифата и соблюдению законов шариата. Эксперты связывают усиление борьбы с религиозным экстремизмом с приближающимися президентскими выборами, которые должны состояться в марте 2015 года.
Женская подпольная группа экстремистской организации «Хизб ут-Тахрир» действовала в Ташкентской области. Как сообщили в правоохранительных органах Узбекистана, для расширения своей деятельности и привлечения новых последовательниц активистки ячейки использовали социальные сети, в частности «Одноклассники». Нередко встречи проходили в традиционном формате – в домах активистов или в кафе. Ташкентский городской суд приговорил жительниц кишлаков Янгиюльского и Чиназского районов Малохат Мирзаеву, Юлдуз Баракаеву, Вазиру Хошимову, Гулбахор Рузикулову, Саиду Отакузиеву, Хилолу Валикулову, Гульчехру Тогаеву и Ироду Курбанову за экстремистскую деятельность к различным срокам лишения свободы.
«Женщины – проповедницы радикального ислама – явление для Узбекистана довольно новое. Прежде если и сообщали о задержании женщин – участниц запрещенных религиозных организаций, то это были жены, которые вступают в ряды экстремистов в отместку за своих мужей. Сегодня появляется новый тренд, когда мужчин из «Хизб ут-Тахрир» вытесняют в Россию, их место занимают женщины, которые самостоятельно создают свои ячейки», – сказал «НГ» член научного совета Московского центра Карнеги Алексей Малашенко. По словам эксперта, сегодня женщины в исламе выполняют особую миссию. «Женский фанатизм гораздо сильнее», – считает Малашенко. Если прежде такого не было, то теперь это может стать системой.
Активизация исламской оппозиции в Узбекистане, как считает Малашенко, связана с предстоящими президентскими выборами. Несмотря на то что представители «Хизб ут-Тахрир» аль-Ислами» (Исламская партия освобождения) даже мечтать не могут о легальном участии в плебисците, изменить ход событий попытаются. Напомним, «Хизб ут-Тахрир» – запрещенная в большинстве стран мира политическая партия, идеологией которой является ислам, а целью восстановление исламского образа жизни путем создания исламского государства – халифата, которое будет жить по законам шариата. В кризисной ситуации «Хизб ут-Тахрир» способна возглавить протестные акции. И если прежде ее деятельность распространялась только в Ферганской долине, то сейчас уже и Ташкентской области. По мнению Малашенко, это достаточно показательная тенденция. Эксперт также не исключает, что активизацию исламской оппозиции могут использовать силовики, поначалу сознательно допуская резкие формы протеста, чтобы затем восстановить стабильность и в очередной раз продемонстрировать свои возможности по наведению порядка. «Обострение ситуации возможно в том случае, если в ходе транзита власти участвующие в нем группировки окажутся не способны быстро прийти к согласию, и тогда кто-то из них (особенно тот, кто почувствует, что проигрывает конкуренту) может, обращаясь за поддержкой к обществу, использовать религиозно-протестные лозунги», – говорит эксперт.
Впрочем, мало кто сомневается, что победа на предстоящих выборах будет обеспечена нынешнему президенту Исламу Каримову. Тем не менее главы различных местных кланов примеряются уже к креслу главы государства. Как отметил Малашенко, главными фигурами в этой скрытой борьбе считаются старшая дочь президента Гульнара и глава Службы национальной безопасности Рустам Иноятов – вторая по влиянию после самого Каримова политическая фигура Узбекистана.
Однако главная политическая интрига разворачивается именно вокруг Гульнары, чьи место и роль как в бизнесе, так и в политике за последние полтора года претерпели кардинальные перемены. Алексей Малашенко считает, что конфликт между Каримовым и его дочерью вряд ли можно толковать как противостояние внутри «правящей семьи». «Консолидированной «большой семьи» в Узбекистане в отличие от некоторых соседних стран (Таджикистана и в недавнем прошлом Киргизии) не существует. То обстоятельство, что Гульнара находится в длительной ссоре с матерью и младшей сестрой Лолой, на внутриполитическую жизнь в стране никак не влияет», – говорит эксперт. По словам Малашенко, «каримовский клан» фактически представлен одним человеком – самим президентом Каримовым. И если ничего чрезвычайного не произойдет, после его ухода сосостоящий почти исключительно из женщин «клан» сравнительно безболезненно для его членов растворится, причем в основном за пределами Узбекистана. Впрочем, у Гульнары Каримовой могут возникнуть проблемы и за рубежем из-за нарушений законов европейских стран при ведении бизнеса. Сейчас Гульнара находится под домашним арестом, и связи с ней никто не имеет, даже ее сын, полный тезка своего деда, Ислам Каримов, живущий в Англии.
