Виктория Панфилова
Вице-президент Еврокомиссии Марош Шефчович сообщил о начале работы группы по Транскаспийскому трубопроводу. Фото Reuters
В Брюсселе во вторник открылось первое заседание недавно созданной рабочей группы по Транскаспийскому трубопроводу (ТКТ). Об этом журналистам сообщил вице-президент Еврокомиссии (ЕК) Марош Шефчович. Представители Евросоюза, Туркменистана, Азербайджана, Грузии и Турции обсуждают вопросы реализации каспийского проекта. Конкуренцию туркменскому газу на европейском рынке может составить иранский.
«Рабочая группа приступила к рассмотрению вариантов строительства Транскаспийского трубопровода, который бы соединил Туркменистан с крупнейшей сетью трубопроводов, берущей начало в южном газовом коридоре», – сказал словацкому изданию Ekonomika Марош Шефчович. По его словам, цель первого совещания – найти решения для технических, юридических и финансовых вопросов. Следующее заседание рабочей группы состоится осенью.
Шефчович пояснил, что Туркменистан стремится диверсифицировать экспорт своей продукции в долгосрочной перспективе. «Ашхабад уже заявил о готовности поставлять в Европу от 30 до 40 млрд куб. м газа в год», – сказал представитель ЕК, отметив, что туркменский газ сможет обеспечить 10% от общего потребления в Европе. Нерешенным, по его словам, пока остается вопрос транспортировки туркменского газа в Европу – в частности, вопрос транзита через Каспийское море.
Заинтересованность Туркменистана в прокладке газовой трубы через Каспийское море понятна: Ашхабад, обладая крупнейшими газовыми запасами на Каспии, до сих пор не имеет выхода на западные рынки. Евросоюз, в свою очередь, рассматривает туркменский проект как один из путей диверсификации импорта энергоносителей, стремясь по политическим причинам минимизировать зависимость от России. Проблема, однако, заключается в том, что ТКТ не может быть построен без одобрения России и Ирана, желающего проложить газопровод из Туркменистана в Турцию по своей территории.
Впрочем, Ашхабад накануне саммитов ШОС и БРИКС сделал заявление о «неплатежеспособности «Газпрома», подав тем самым сигнал Западу о том, что Туркменистан свободен от обязательств с Россией. «Заявление Ашхабада отражало давнюю тяжелую историю отношений между «Газпромом» и Туркменистаном», – сказал «НГ» директор Аналитического центра МГИМО Андрей Казанцев. Он напомнил, что у туркменской стороны еще с начала 1990-х годов были претензии к «Газпрому». После развала СССР у стран Каспийского региона не было возможности самостоятельно продавать запасы своих углеводородов, поскольку у них не было собственной сети трубопроводов. Весь газ скупал «Газпром» по заниженным ценам, но по долгосрочным контрактам. Так, Туркменистан заключил в 2003 году контракт с «Газпромом» на поставку 40 млрд куб. м газа в год сроком на 25 лет, причем с последующим увеличением объемов продаваемого газа. Но уже в 2009 году, когда изменилась конъюнктура мирового рынка, а Туркменистан начал экспортировать свой газ в Китай и увеличил объемы поставок топлива в Иран, цена туркменского газа для «Газпрома» выросла. Однако российский газовый монополист в одностороннем порядке сократил закупки туркменского газа вначале до 11 млрд куб. м, а затем и вовсе свел к минимуму – до 4 млрд куб. м газа. «При этом «Газпром» не заинтересован, чтобы туркменский газ попал на европейский рынок. В этом случае он подорвет и так уже слабеющие позиции «Газпрома» в Европе. А сделав соответствующее заявление, Ашхабад показывает, что он независим от «Газпрома» и может самостоятельно решать, кому продавать свой газ, а кому – нет», – сказал Казанцев.
Руководитель клуба политологов «Южный Кавказ» Ильгар Велизаде считает, что ситуация вокруг ТКТ удивительно похожа на ситуацию вокруг Nabucco. И не факт, что проект ТКТ осуществим в ближайшей перспективе. «И тогда, как и сейчас, были заинтересованные стороны, велись консультации, даже было принято политическое соглашение, но проект Nabucco так и не состоялся. Конечно, рабочие встречи и определение общей линии реализации проекта весьма важны с точки зрения согласования наиболее принципиальных моментов в его реализации, однако остающиеся весьма высокими риски излишней политизации Транскаспия диктуют необходимость решения этого вопроса также и в политической плоскости», – сказал «НГ» Велизаде.
По словам политолога, в рамках процесса по определению политико-правового статуса Каспия в проект конвенции включен отдельный пункт о прокладке трубопроводов. В рамках этого процесса идет согласование позиций всех участников «каспийской пятерки». «Именно поэтому Азербайджан и Туркменистан не спешат выступать с конкретными политическими заявлениями, а тем более предпринимать конкретные шаги по реализации проекта», – считает Велизаде. По его мнению, строящаяся в рамках южного газового коридора инфраструктура пока не предусматривает возможности прокачки по таким газопроводам, как TAP и TANAP, значительных дополнительных объемов газа. Для этого нужны новые договоренности, а их пока нет. «Это означает, что в ТЭО проектов необходимые корректировки также не вносились. В принципе сказанное относится и к перспективам поставок по данной инфраструктуре иранского газа», – пояснил эксперт.
Вчера посол Ирана в Азербайджане Мохсен Пакайин заявил, что его страна рассматривает возможность присоединения к проектам TAP и TANAP для экспорта своего газа в Европу. Уже начались переговоры на уровне Национальной нефтяной компании Ирана с SOCAR (Госнефтекомпанией Азербайджана). Это межведомственные переговоры, и сроки и условия их завершения пока неизвестны. «Не следует забывать, что Иран только начинает выходить из режима санкций и процесс этот может затянуться», – сказал Ильгар Велизаде.
Российский эксперт Андрей Казанцев считает, что иранский газ может стать основным конкурентом туркменскому на европейском рынке. Если цены на нефть с учетом иранских поставок уже определены, то на газ нет. Но это вовсе не означает, что у европейцев пропадет интерес к ТКТ. «Основная линия Европы направлена на диверсификацию. Чем больше будет существовать маршрутов поставок углеводородов, тем лучше. А тем более с учетом того, что политические проблемы вокруг Ирана даже после подписания соглашения никуда не денутся. Если не США, то Израиль точно будет напряженно относиться к сотрудничеству с Ираном. Поэтому Транскаспий останется востребованным проектом», – заключил Казанцев.
