0
13194
Газета Дипкурьер Печатная версия

03.06.2013 00:01:00

Катар рвется в лидеры арабского мира

Политическая и дипломатическая активность эмирата подкрепляется финансовыми вливаниями

Ирина Мохова

Об авторе: Ирина Михайловна Мохова – кандидат политических наук, независимый эксперт.

Тэги: катар


катар Эмир Хамад бен Халифа ат-Тани (слева) и премьер Хамад бен Джасем ат-Тани продвигают положительный имидж страны. Фото Reuters

Редко можно сегодня встретить человека, который бы ничего не знал о Катаре – небольшой по территории, но влиятельной монархии Персидского залива. Кто-то скажет, что Катар – ведущий игрок на региональной арене, кто-то отметит его колоссальную инвестиционную активность, а кто-то обязательно обратит внимание, что в Катаре в 2022 году состоится чемпионат мира по футболу. В чем заключается секрет Катара? Как получилось, что Доха за короткий срок смогла расширить и укрепить свое влияние на Ближнем Востоке и в Африке, добиться признания ведущих мировых держав и стать влиятельным игроком на международной арене? 

На чем держится союз таких разных стран, как США, Франция, Великобритания и Катар? Почему политика Дохи на Ближнем Востоке и Северной Африке, направленная на поддержку исламистов, не встречает серьезного сопротивления со стороны Запада? Как долго сможет Катар сохранять завоеванные позиции как среди мировых грандов, так и в странах арабской весны? Где пределы роста его влияния? 

Дипломатия чековой книжки 

Арабская весна стала для Катара звездным часом. Во-первых, Доха благодаря своему телеканалу «Аль-Джазира» стимулировала протестные выступления и способствовала падению режимов в Тунисе, Египте, Ливии. Во-вторых, в результате начавшихся изменений в арабском мире Катару удалось захватить лидирующие позиции в регионе, подчинить себе Лигу арабских государств, получить долгожданное признание своей возросшей роли со стороны Запада. 

Вместе с тем Катар вряд ли смог бы столь эффективно воспользоваться представленным арабской весной шансом без длительной и кропотливой работы на протяжении последних 10–15 лет. Доха методично расширяла сферы своих интересов, создавала выгодные альянсы с региональными силами и налаживала партнерство с ведущими мировыми державами. 

Так, амбиции Катара на региональной арене реализовывались в активной посреднической деятельности по урегулированию конфликтов в Западной Сахаре и Йемене, Эфиопии и Эритрее, Судане и Ливане.
   
Доха стала одним из главных посредников во внутрипалестинском конфликте между ФАТХ и ХАМАС. Эта политическая и дипломатическая активность Катара подкреплялась серьезными финансовыми вливаниями. Политику катарского эмира Хамада бен Халифы ат-Тани зачастую называют дипломатией чековой книжки. 

Катар вкладывает колоссальные средства в продвижение своего имиджа. Ему удалось стать крупнейшим центром проведения международных культурных и спортивных мероприятий, выставок, конгрессов, конференций. Доха не жалеет средств на то, чтобы Катар прочно ассоциировался со всем новым, интересным, красивым, успешным. И эта политика приносит свои плоды. 

На протяжении нулевых годов Катару удалось завоевать репутацию надежного, щедрого и неконфликтного партнера. Его политика до арабской весны напоминала внешнеполитическую стратегию Турции «ноль проблем с соседями». И такой подход впечатлил Запад – для него Катар стал партнером, которому можно доверять. 

Неудивительно, что повышение роли Катара пришлось не по душе Саудовской Аравии, видевшей себя центром арабского и мусульманского мира. Эр-Рияд и так с трудом мирился с важной региональной ролью Египта при Хосни Мубараке, но внезапно возникшая конкуренция с Катаром стала для королевства неприятным сюрпризом. Активность Катара в арабских делах, его крепнувшие связи с Ираном, ХАМАС и «Хезболлах», осторожное развитие контактов с Израилем вызывали растущее раздражение саудовской элиты, которой не нравились амбиции и напор ат-Тани. 
 
Наступление эмирата 

После падения режима Мубарака в феврале 2011 года стало понятным, что арабский мир вступает в новую эпоху. Египет, вошедший в период турбулентности, более не мог претендовать на лидирующие позиции в регионе. Образовавшийся вакуум стал стремительно заполнять Катар. Начавшиеся протесты в Ливии и Сирии и активное сопротивление режимов Каддафи и Асада положили конец стратегии Катара по мирному продвижению своих интересов. Новая региональная обстановка подтолкнула Доху к активным действиям. Тем более что Запад поддержал арабскую весну и осудил «кровавые режимы», подавлявшие стремление своих народов к свободе. 

Катар развил беспрецедентную активность внутри Лиги арабских государств (ЛАГ). В эту общеарабскую организацию, давно уже считавшейся формой без содержания, Катар попытался вдохнуть новую жизнь. Благодаря усилиям Дохи членство режима Каддафи в ЛАГ было приостановлено. Катар инициировал обращение ЛАГ в Совбез ООН об установлении над Ливией бесполетной зоны, активно поддержал кампанию НАТО в Ливии – техникой, вооружениями, деньгами, топливом и инструкторами для повстанцев. 

Похожий сценарий Доха попыталась реализовать в Сирии. Членство официального Дамаска в ЛАГ было приостановлено, место режима Асада на последнем саммите в Дохе весной 2013 года было передано оппозиции. Этот беспрецедентный шаг, на который под мощным катарским давлением пошла Лига, можно расценивать как своеобразную революцию под катарским флагом в ЛАГ. После этого стало очевидно, что лидерство в организации перешло к Дохе. Несогласие с предоставлением места оппозиции в ЛАГ таких стран, как Алжир, Ирак, Ливан, не было принято в расчет. 

В настоящее время Катар призывает к военному вмешательству в конфликт в Сирии, не скрывает предоставление военной и материальной поддержки оппозиции. По многочисленным данным, Доха финансирует исламистов, воюющих против режима Асада ради создания в стране исламского эмирата. Эти «борцы за свободу» тесно связаны с международным джихадистским движением и разделяют противоположные идеалы тех представителей оппозиции, которых поддерживает Запад. 

Почему Катару позволяют это делать его западные союзники? Почему у Дохи развязаны руки в Сирии? Ответы на эти вопросы имеют несколько аспектов. 

Вооруженные силы Катара год от года демонстрируют все большую мощь.	Фото Reuters
Вооруженные силы Катара
год от года демонстрируют
все большую мощь.    
Фото Reuters
Во-первых, активизация Катара в регионе, новая, более решительная роль Дохи в ЛАГ совпала с интересами ключевых западных игроков, не желающих активно вмешиваться в вихрь событий на Ближнем Востоке, в Северной Африке и Африке Южнее Сахары. На фоне острых проблем, спровоцированных финансово-экономическим кризисом, Запад вынужден снижать объемы экономической помощи региону. При этом он заинтересован в стабильном развитии арабского мира и сохранении там собственного политического веса. Однако оплачивать эту стабильность он не в состоянии. И здесь Катар, амбициозный и активный игрок, завоевавший доверие Запада, смог взять на себя и политическое лидерство, и частичное решение экономических проблем, с которым столкнулись страны арабской весны. 

Тунисская «Нахда» и египетские «Братья-мусульмане» – силы, идеологически близкие к Катару. Не случайно и Тунис, и Египет стали получать от Катара значительную финансовую помощь. В частности, Доха предоставила Египту помощь в размере 5 млрд. долл. и пообещала в ближайшие годы инвестировать в его экономику еще 18 млрд. Помощь Тунису исчисляется сотнями миллионов долларов. Подобные вливания способствуют стабилизации в этих странах, которая на руку Западу. 

Во-вторых, Катар готов сделать все, чтобы положить конец режиму Асада. То есть реализовать цель, которую поставили перед собой западные страны, но которая в силу многих причин до сих пор не достигнута. Действия Катара на сирийском направлении помогают Западу избавиться от Асада «катарскими руками» и с помощью его же денег. Вместе с тем когда речь заходит о поставках повстанцам оружия из США, Франции и Великобритании, то говорится о необходимости поставлять его только не связанным с джихадом и террористической деятельностью отрядам Свободной сирийской армии. То, что он уже поставляет оружие джихадистским группировкам, по логике Запада останется исключительно на совести Катара. 
 
Доха – спасительница 

Доверительные отношения, сложившиеся с ведущими странами Евросоюза, также подкрепляются щедростью Катара. Чековая книжка Дохи очень пригодилась Европе, переживающей период стагнации. Катар стал одним из крупнейших инвесторов в экономику европейских стран.
Согласно Financial Times, Катар в ближайшее время планирует инвестировать в экономику Великобритании около 12 млрд. долл. (в инфраструктурные проекты, энергетику, дороги и железные дороги). Доха профинансировала 95% расходов на строительство самого высокого небоскреба в Западной Европе – лондонского Shard, Катару принадлежит доля банка Barclays, а также известный лондонский магазин Harrods. У Дохи – 20% акций компании, владеющей лондонским аэропортом «Хитроу». Всего доля Великобритании в инвестициях Катара составляет около 27%. 

Активы Катара во Франции также впечатляют. Около 10% его инвестиций в мире приходится на Францию. Ему принадлежат акции таких гигантов, как Total (3%), Vinci (7%), Lagardere (12%), Veolia Environnement (5%), LVMH (1%) и Vivendi (3%), что оценивается в 6 млрд. евро. Катар владеет во Франции отелями категории люкс, а также легендарным футбольным клубом «Пари Сен-Жермен». Общий пакет планируемых инвестиций во Францию оценивается в 10 млрд. евро. По некоторым данным, около 80% военной техники и вооружений Катара – французского производства.
Недавно Катар объявил о намерении инвестировать около 1 млрд. долл. в греческую экономику, а также купил шесть греческих островов в Ионическом море. С какой целью Дохе вкладывать средства в тонущую греческую экономику, как не для укрепления связей с ЕС и инвестиций в собственный имидж? Взаимные экономические интересы только скрепляют этот странный на первый взгляд союз западной демократии и арабо-мусульманского консерватизма. 
 
Хрупкость успехов 

Доха добилась колоссальных внешнеполитических успехов. Многие факторы сложились в пользу Катара, и он смог ими эффективно воспользоваться: арабская весна, уход с авансцены региональной политики Египта, отличные отношения с Западом, экономический кризис в Европе и США. Все эти факторы, помноженные на амбиции ат-Тани и его колоссальные финансовые ресурсы, привели к тому, что Доха получила все то, к чему стремилась. Доха добилась признания и влияния в региональной и мировой политике.
 
Однако, несмотря на экономическую помощь, население в Тунисе, Египте, Ливии не питает симпатий к Катару. Нередко можно услышать обвинения Дохи в активном вмешательстве во внутренние дела стран арабской весны, в лицемерии, зашоренности взглядов его элиты. Доха многими воспринимается как выскочка с деньгами, решившая, что может влиять на ход истории.
Во время визита эмира Катара в Тунис в январе 2012 года недовольные вмешательством Катара в тунисские дела и его прямой поддержкой «Нахды» организовали демонстрации протеста. Знаменитое тунисское Degage! («Отваливай!») раздавалось в его адрес. В Ливии, несмотря на ключевую роль, которую сыграла Доха в свержении Каддафи, мало кто питает симпатии к Катару. По некоторым оценкам, на первых свободных выборах ливийские исламисты потерпели поражение именно по причине их тесных связей с Катаром. Экономическая помощь Катара воспринимается значительной частью египетского общества как помощь идеологически близким «Братьям-мусульманам» ради удержания ими власти. 
 
Это противоречие растущего влияния Катара в регионе и его негативного восприятия местной социальной средой объясняется отсутствием новых идей, способных объединить или показать новый вектор развития. Любое долгосрочное влияние всегда основывалось на идеях, которые исходили от стран-новаторов и копировались остальными. Великая французская революция принесла социальное освобождение и новые политические институты: СССР – деколонизацию и социальные гарантии, современным США и Западу – демократию и либеральные ценности. Арабская весна объединила миллионы людей вокруг идей справедливости и ответственности власти. Катар не создал ничего подобного, в основе его влияния лежат деньги, которые однажды могут закончиться.   

Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Потребительские настроения наткнулись на опасную вилку

Потребительские настроения наткнулись на опасную вилку

Михаил Сергеев

Несбывшиеся экономические ожидания народа могут стать проблемой для власти

0
980
"Зерновой коридор" под угрозой вербальных интервенций

"Зерновой коридор" под угрозой вербальных интервенций

Анатолий Комраков

Россия способна преподнести мировому рынку продовольствия неприятный сюрприз

0
829
Фондовый рынок в России решили держать полузакрытым

Фондовый рынок в России решили держать полузакрытым

Ольга Соловьева

Возвращение нерезидентов на биржу пока откладывается

0
846
Товарооборот между РФ и КНР по итогам первых семи месяцев 2022 года вырос на 29%

Товарооборот между РФ и КНР по итогам первых семи месяцев 2022 года вырос на 29%

0
405

Другие новости