Притча о свободе духа

НЫНЕШНИЙ театральный сезон в Бухаресте подарил зрителям две премьеры из русской классики. И обе в Национальном театре имени И.Л. Караджале - на главной сцене страны. "Свадьба Кречинского" Сухово-Кобылина уже получила всеобщее признание и ежегодную премию Союза театральных деятелей за режиссуру. А вот премьера "Живого трупа" по пьесе Толстого только состоялась.

Джелу Колчаг, поставивший пьесу Льва Толстого, не скрывает своего особого пристрастия к русской пьесе: "Хоть мы и латиняне, но чувствую в себе большую долю славянских кровей, о чем говорит и моя фамилия, хотя она и кончается на "г"┘" В разные годы, в том числе в академии, ставил "Чайку" и "Платонова" Чехова.

Свой нынешний выбор "Живого трупа" он объясняет так: "Я увидел в этом произведении притчу о положении человека, который считает, что свобода духа - превыше всего. Персонаж Протасова мне представляется современным. Моему личному опыту - в моих, конечно, пропорциях - созвучна его точка зрения, согласно которой совершенство духовное выше материального. В нашем хаотическом мире мы должны сохранить равновесие, верить в себя и верить в моральные ценности. Парадокс Феди Протасова состоит в том, что чем ниже падает он социально, тем выше духовно он становится┘ Это подтекст морально-философский, но привлекает и собственно сама повесть с мелодраматическими акцентами, которые переходят в трагические - это публике нравится".

Необычная история написания пьесы "Живой труп", которая при жизни Толстого не ставилась и даже не публиковалась (по настоятельной просьбе родственников лиц, ставших ее прототипами), дала режиссеру простор для творческой фантазии и оригинального режиссерского решения. "Пьеса ведь осталась незавершенным наброском, - поясняет Джелу Колчаг. - Я хотел, чтобы у меня в спектакле Федор Протасов был философом. Чтобы дать истинное измерение его личности, я ввел в спектакль и метафизический мир героя, то есть круг людей, соответствующих ему. Это персонажи и отрывки из других произведений Толстого: "После бала", "Крейцерова соната", "Хаджи Мурат", "Люцерн" и даже фрагмент из его статьи о религии".

Спектакль во многом создан под замечательного актера Мирчи Русу. Он считает роль Феди Протасова "самой сложной", с которой еще предстоит "бороться". В судьбе Протасова он видит много общего с судьбой современного актера, которого "по-настоящему никто не ценит", поскольку жизнь, как он говорит, закручивается куда-то в сторону ложных ценностей, всепоглощающей вульгарности, дурного вкуса и субкультуры. "Надеюсь, зрители уловят в спектакле этот крик души по поводу судьбы артистов┘" - комментирует Мирча Русу.

Большой удачей спектакля стала музыка, вернее, "русская зона цыганской музыки", как выразился популярный композитор Нику Алифантис. Колчаг отобрал песни и романсы из соответствующего репертуара, а Алифантис придал своей обработкой, введением профессионального хора "Да Капо", а самое главное - исполнением live особый размах театральному действу.

В "Живом трупе" задействованы как корифеи румынской сцены - Илинка Томоровяну (Каренина), Мирча Албулеску (Абрезков), Симона Бондок (Анна Павловна), так и студенты театральной академии. Душой и вдохновителем постановки стал новый генеральный директор Национального театра Дину Сэрару, известный прозаик и театральный менеджер, который внес свежую струю в жизнь этого старейшего сценического коллектива. О его творческой энергии и пробивной силе говорит хотя бы такой факт: в разгар режима Чаушеску, в 1978 году, будучи директором бухарестского Малого театра, он умудрился "пробить" через все партийные цензуры замечательный спектакль "Мастер и Маргарита" (режиссер Кэтэлина Бузояну).

Не без помощи директора спектакль "Живой труп" имеет и интересное внесценическое обрамление: до начала и в перерыве в фойе второго этажа за роялем русская певица (Наталья Теодосие, солистка Румынской оперетты), аккомпанируя себе, исполняет цыганские романсы на русском языке: "Не уезжай ты, мой голубчик", "Метелица"┘ А в роскошно изданной 24-страничной программке охвачена вся творческая судьба Льва Толстого и подробности написания и постановок "Живого трупа", в том числе на сцене бухарестского Муниципального театра в марте 1945 года, с великой певицей Марией Тэнасе в роли цыганки Маши. Любопытно, что тот спектакль был возрождением прославленной постановки пьесы в театре "Буландра" в 1923-1924 годах. Вот такие славные традиции открываются за нынешней премьерой "Живого трупа". Впрочем, в этом нет ничего удивительного, ведь Румыния - страна театральная.