Замороженная звезда

В течение 48 часов в Кремле можно было увидеть двух звезд из Франции: звезду уходящую (в рамках прощального тура в Москву приехал Шарль Азнавур) и звезду восходящую, но уже имеющую мировую известность: Эмму Шаплин.

Ее голос называют хрустальным и небесным. Наверное, он и в самом деле хорош, по крайней мере необычен для поп-сцены насыщенностью верхнего регистра и манерой исполнения, балансирующей на грани классики и эстрады. Однако обаяние тембра быстро исчезает при переходе из высокой тесситуры в среднюю и низкую. Не идеальна и интонация, нередко «гуляющая» в сторону завышения; есть проблемы с постановкой дыхания. Если же солистку сопровождает не один инструмент, а несколько, то ее голос частенько «тонет» и проваливается.

Впрочем, Кремль – не консерватория, а мы не экзаменационная комиссия. Концерт – это прежде всего музыка, скажут зрители. А поп-концерт – это хиты, добавим мы.

Здесь тоже не все гладко. Песни Шаплин претендуют на многозначительность, однако стираются из памяти, едва прозвучав; к тому же страдают монотонностью и однообразием. Такую музыку – угловатую и словно распадающуюся на отдельные частицы – можно было бы вполне представить в «Снежной королеве» для характеристики ледяного царства. Но больше всего они напоминают экзерсисы, написанные с целью продемонстрировать публике все грани вокального дарования дивы.

Но поп-концерт – это прежде всего шоу, скажет другая часть публики. А вот с этим у Эммы Шаплин просто беда. Когда в начале концерта под мрачную музыку медленно задвигались фигуры в белых балахонах (оказалось – музыканты, шедшие к своим рабочим местам), вряд ли кто-то в зале предполагал, что мы видели самый зрелищный момент вечера. Все остальное время певица бродила по сцене (скрупулезности ради отметим: дважды переодеваясь), в основном прижав руку к уху с помещенным там миниатюрным монитором. Еще запомнился неподражаемый поклон-книксен, исполненный в кожаных штанах с заклепками и сапогах на огромной платформе. Впрочем, сама Шаплин простодушно призналась как-то в интервью: «У меня нет большого гастрольного опыта. И, когда я выхожу на сцену, чувствую себя несколько потерянной и забытой, похожей на марионетку в руках у кукловода». Что правда, то правда.

Кульминацией концерта стало появление Николая Баскова, который спел с Шаплин дуэт, предупредив, что объявлять его не будет – музыка и так общеизвестна, поэтому сердца забьются ей в такт. К своему стыду, ваш покорный слуга хит всех народов не узнал, поэтому ничего у него не забилось, он видел только, как Басков пытался сгрести хрупкую девушку в объятия, она деликатно, но умело уворачивалась, и слышал невероятные децибелы двух золотых голосов, старавшихся перекричать друг друга в запредельной тесситуре. После дуэта в зале возникли две очереди: одна с букетами Баскову (который благородно оставил весь грузовик цветов на авансцене), вторая – в гардероб. И закралась крамольная мысль: а вдруг в музыке разбираются не только те, которые с букетами, но и те, которые в гардероб?

Если честно, лучшее на концерте звучало до его начала, в антракте и по окончании. Было это что-то из ностальгических 50-х, под симфоджаз пел не то Мэтт Монро, не то Тони Беннет. И подумалось: как жаль, что ушла в прошлое эта эпоха, что уходит хрипловатый и нескладный Азнавур, а на нашу долю остаются красавцы и красавицы с золотыми голосами.