0
2784
Газета Культура Печатная версия

28.04.2019 17:06:00

В Музее архитектуры идет первая московская монографическая выставка об архитекторе Александре Гегелло

Кто придумал полуарку

Тэги: монографическая выставка, александр гегелло, архитектура


монографическая выставка, александр гегелло, архитектура Кураторы выставки постарались вписать проекты Гегелло в контекст эпохи. Фото © Государственный музей архитектуры им. А.В. Щусева

«Александр Гегелло: между классикой и конструктивизмом» – кураторский проект завсектором научного отдела хранения архитектурно-графических фондов XX–XXI веков Ирины Финской. К выставке она шла с начала 2010-х годов и сейчас пишет монографию об архитекторе. Гегелло, автор памятника Ленину «Шалаш» в Разливе, жилмассива на Тракторной улице и ДК им. Горького, умер в Москве в 1965 году. Но здесь он не строил. Основу выставки составили около сотни графических листов, подаренных музею вдовой архитектора Ниной Гегелло. Всего в музейных фондах – около 5 тыс. единиц хранения из наследия этого архитектора.

С темного картонного листа 5 июня 1914 года пристально смотрит Гегелло. Его лицо складывается из белильных, карандашных и проведенных черной тушью линий. На выставке показывают юношеский графический автопортрет. Как рассказывает Ирина Финская, Гегелло вообще-то мечтал стать художником, в родном Екатеринославе (нынешний город Днепр) писал маслом, после переезда в Петербург – в основном акварелью, и такие работы есть в музейных фондах, но их сейчас не выставляют просто из-за ограниченного пространства. Но – стал архитектором. Вы проходите сквозь его «фирменную» полуарку в начале экспозиции, адресующую к новаторскому мотиву из жилмассива, а в финале видите распечатанную на огромном полотне Арку Победы с надписью «Героям-победителям слава», установленную к встрече советских войск в 1945-м на Московском проспекте. Классика у Гегелло переходила в конструктивизм – и наоборот.

Собственно, черты того и другого архитектор так или иначе сохранил и в одной из самых известных своих построек – ДК им. Горького на площади Стачек (над проектом он в итоге работал с молодым коллегой Давидом Кричевским). Это открывшийся в 1927-м первый в СССР ДК (сперва – Дом культуры Московско-Нарвского района, позднее – Дворец культуры им. Горького), в облике которого одновременно с характерными для конструктивизма формами выступов есть ордерные реминисценции, пусть и существенно трансформировавшиеся в трехгранные пилястры.

В 1921-м Гегелло окончил Институт гражданских инженеров, два года спустя – Высший художественно-технический институт (прежде – Академия художеств), где учился у Ивана Фомина. Гегелло – уроженец Екатеринослава, умерший в Москве, и – ленинградский архитектор. Не только потому, что там работал больше всего (и, к слову о Москве, хотя участвовал и в московских конкурсах, здесь ничего не построил), а по духу. То есть даже когда в 1920-х в мире озаботились проблемой жилья для рабочих и начали его строить (тут можно вспомнить, в частности, и Красную Вену), в свои конструктивистские жилмассивы 1920-х годов, дома на Тракторной улице (которые он делал с архитекторами Симоновым и Никольским) и на Серафимовском участке Гегелло вплетал классический мотив арки. Ирина Финская говорит, что тут он мог вдохновиться и одним из немецких рабочих поселков – кварталом Нибелунгов кельнского поселка Мауенхайм (и, по словам куратора, структура жилмассива на Тракторной улице как раз сходна с этим немецким кварталом). Мауенхайм во время командировки видел Лев Тверской, коллега Гегелло по бюро Стройкома.

Другое дело, что Гегелло эту арку смело переосмыслил, буквально «располовинил» (этот мотив появился у него еще в 1923 году в проекте поселка рабочих Донбасса) – по выражению куратора, символически, «как бы оставляя часть прежнего мира позади». Полуарка быстро стала одним из символов новой ленинградской архитектуры, тут вам покажут ее воспроизведение на фотографической открытке конца 1920-х – и гегелловские рисунки следующего десятилетия, обложки для журнала «Красная Нива», в том числе и с желтой полуаркой с Тракторной улицы.

Но вообще одним из любимых архитекторов Гегелло был Кваренги, и его наследие он тоже будет переосмыслять уже в период неоклассицизма, сталинского ампира, к примеру, в проекте минского Дома работников науки и искусства (1944–1945). Классикой напитаны ранние, еще ученические проекты Гегелло, классика – в его стремлении к уравновешенным купольным зданиям и ордерным членениям. В 1950-м он переедет в Москву, куда его позвали в качестве вице-президента Академии архитектуры. И больше уже фактически ничего не построит: последним его осуществленным проектом стал памятник Ленину в Казани (1940–1954).

Выставка ведет вас подробными кураторскими текстами, и их отмечаешь про себя отдельно, поскольку для обычно сложной зрителю архитектурной темы они и информативны, и легки в восприятии, а главное, вписывают конкретные проекты Гегелло в контекст эпохи. Кроме того, к нынешнему показу Ирина Финская, Владимир Слепнев и Александра Забрейко сняли о Гегелло фильм, а Денис Калашов сделал макеты ДК Горького и Дома технической учебы на площади Стачек. Наконец, его архитектурная графика висит бок о бок с фотографиями осуществленных построек.

Но тут еще отдельным мотивом становятся гегелловские архитектурные фантазии – не всегда, однако, мыслившиеся как фантазии. И порой такие, что вспоминаешь написанное пусть и по другому поводу Евтушенко: «Хорошо, что мне не удалось». Его дипломным проектом в Институте гражданских инженеров стал крематорий. Как интересно время меняет тональность мышления, на рисунке – многоступенчатая махина, поразительно напоминающая образы Вавилонской башни, какой ее воображали, скажем, художники XVI века. На что куратор отмечает, что Гегелло, как и его учитель Фомин, увлекался старыми гравюрами. Так вот крематорий, как и юношеский проект храма-памятника, в каком-то смысле напомнят о себе, когда он будет участвовать в конкурсе на Пантеон, что в 1954-м собирались воздвигнуть на Ленинских горах в Москве, – «самую большую гробницу пролетарских вождей и великих людей Советской страны»... Устрашающего вида ярусную композицию с девизом «Слава в веках» предложил Гегелло, но, к счастью, реализовано это не было. К счастью, не был ранее реализован и его проект реконструкции растреллиевского Смольного собора (в итоге он руководил послевоенной реставрацией памятника). В 1937-м архитектор предлагал сделать в Смольном планетарий, кинолекторий и выставочные пространства. К слову, прежде этот проект числился в музее как реконструкция фельтеновской Анненкирхе. Ирина Финская переатрибутировала его и нашла в архиве записки с подробностями предполагавшихся работ в Смольном. 


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


О грехопадении под яблоней

О грехопадении под яблоней

Татьяна Гусарова

Сказка 16+ об амазонках, пресс-секретаршах и свече имени Яблочкова

0
1227
Святые варвары из Санта-Барбары. В субботу на Болотной набережной откроется Дом культуры "ГЭС-2"

Святые варвары из Санта-Барбары. В субботу на Болотной набережной откроется Дом культуры "ГЭС-2"

Дарья Курдюкова

0
2542
На формирование личности влияет даже вид школьного здания

На формирование личности влияет даже вид школьного здания

Злата Савицкая

Без умения изложить свои идеи на бумаге карандашом толкового архитектора не получится

0
4842
Проблемы гуманитарного переезда

Проблемы гуманитарного переезда

Алексей Кузнецов

Крупнейший аналитический центр в области общественных наук готовится вернуться в новостройку на историческом месте

0
9127

Другие новости

Загрузка...