Андрей Сафонов
Приднестровье по-прежнему живет независимо от Молдовы. Фото с сайта www.novostipmr.com
На днях Верховный совет Приднестровской Молдавской республики (ПМР) в очередной раз продлил чрезвычайное положение в экономике на 30 суток. Другого выхода нет: уже более года каждые несколько дней или недель в сердца приднестровцев закрадывается беспокойство: как там дальше с газом? Долгосрочных контрактов нет. А ведь раньше это давало простому человеку ощущение стабильности на годы вперед. Теперь же европейские банки задерживают проплату за небольшие объемы голубого топлива, поступающие в Приднестровье. А объемы эти – с гулькин нос.
Вдобавок Кишинев придумал новые разновидности того, что трудно назвать иначе как грабежом. Речь о создании так называемого фонда конвергенции, призванного внедрять «инфраструктурные проекты» на территории ПМР. Правда, обсуждать их с приднестровскими законными властями руководители Республики Молдова (РМ), если верить сообщениям СМИ, не намерены. В общем, будет «весело». Лишь бы не стало хуже…
Лидеры РМ практически каждый день атакуют в своих речах и репликах Россию, ее руководителей и дипломатов. Нередко в грубой и не вполне умной манере. Они даже гордятся тем, что торговля Молдовы и России падает, что прямое авиасообщение Кишинев–Москва прервано. Очевидно, что от разрыва экономических отношений с Россией убытки Молдовы огромны. Но тем на Западе, кто велел кишиневским властям это сделать, на саму Молдову плевать. Они добиваются следующего: выхода РМ из СНГ до окончания 2026 года, сближения и интеграции Молдовы с Румынией по всем направлениям (это альтернатива вступлению Молдовы в ЕС в качестве независимого государства), а также запрета Митрополии Молдовы как де-факто составной автономной части Русской православной церкви и монополизации православия в РМ через Румынскую православную церковь (ее прокси в Молдове – Бессарабская митрополия). Кроме того, Кишинев добивается полного подчинения Гагаузской автономии на юге РМ с возможным ее упразднением автономии, а также подчинения Приднестровья с полным упразднением приднестровской государственности.
А между тем эта зима показала, что многие вопросы можно решать успешно Молдовой и Приднестровьем. Так, ПМР подходит к марту (хотя зима еще может преподнести сюрпризы) с газом и теплыми квартирами. Ничего похожего на энергоблокаду Приднестровья 2025 года нет.
Православных Молдовы кишиневская администрация «пробует на зуб». В селе Деренеу с помощью спецназа попытались передать храм от Митрополии Молдовы румынской Митрополии Бессарабии. Но встали люди. Сотни и сотни верующих прорвали полицейский кордон и вошли в церковь, защитили батюшку и его соратников. Архиепископ Унгенский и Ниспоренский Петру вставал на колени перед полицейскими, присланными кишиневской властью, просил не препятствовать воле народа. Не помогло. По сообщениям в открытых источниках, людей били. Били и самого епископа.
Сейчас полицейские кордоны вроде бы сняты. Но где гарантия, что их не восстановят?
Чем тревожны для Приднестровья попытки утвердить в Молдове господство румынской церкви? Это лишь увеличивает пропасть между берегами Днестра. Думается, все понимают, что приднестровцы не позволят румынам взять под контроль ни один церковный приход на территории ПМР. Это абсолютно исключено. Для приднестровцев румынская церковь – это элемент оккупационной румынской администрации 1941–1944 годов. В оккупацию 1918–1940 годов Бухарест промывал мозги жителям Бессарабии с помощью своих священников. Конечно, на дворе не 1941-й, но дух румынского экспансионизма особо не изменился.
Но территория ПМР останется землей, где прихожан будет окормлять Русская православная церковь. И у такого «анклава», разумеется, будет соответствующий церковный статус. Это будет настоящим центром притяжения и для большинства правобережных православных. Так не лучше ли для властей РМ не трогать церковь наших дедов и прадедов?
10 февраля в Тирасполе прошла коллегия МИД ПМР. На мероприятии выступили президент Вадим Красносельский и министр иностранных дел Виталий Игнатьев.
Из их речей ясно следовало: политика Приднестровья не меняется. Тирасполь по-прежнему формата «5+2» (Молдавия, Приднестровье – стороны, Россия, Украина, ОБСЕ – посредники, ЕС и США – наблюдатели), как раз и предназначенного для урегулирования многолетнего конфликта.
А Кишинев тем временем и не скрывает, что это он уже семь лет, как сорвал встречи переговорщиков в этом формате. Бывший переговорщик и экс-вице-премьер по реинтеграции Молдовы Алексндр Фленкя прямо написал, что в 2019 году для него «было честью сделать «5+2» частью истории». Он также написал, что сделал это совместно с политпредставителем РМ Василием Шовой. Как говорится, занавес…
Итак, каков выход, если твои переговорные визави признаются без малейшего смущения в срыве переговоров? Да только один: твердые гарантии выполнения ранее подписанных соглашений и – это даже важнее – гарантии физической безопасности многонационального народа Приднестровья.
Такие гарантии – нахождение на приднестровской земле войск РФ как в виде остатков 14-й армии, так и сохранения нынешнего безотказного и эффективного миротворческого формата, состоящего из военных Молдовы, России и Приднестровья плюс 10 украинских офицеров-наблюдателей, которые были отозваны вскоре после 24 февраля 2022 года, но миссия их официально не аннулирована. То есть они могут в любой момент вернуться для продолжения службы.
Зная, что ты защищен, твои партнеры по переговорам будут вести себя в определенных рамках. Представим себе ситуацию, если бы мирная жизнь приднестровцев не находилась «под сенью дружеских штыков». Впрочем, лучше не представлять…
Константин Ремчуков 