0
5733
Газета Экономика Интернет-версия

04.05.2023 20:13:00

Алиментный фонд сделает богаче 1,5 миллиона российских детей

Минфин вряд ли добровольно выделит деньги на поддержку неполных семей

Тэги: неполные семьи, алиментный фонд


неполные семьи, алиментный фонд Многим одиноким родителям приходится гоняться за бывшими супругами, которые не платят алименты. Фото РИА Новости

Более трети российских семей воспитываются только одним из родителей и должны получать алименты от второго родителя. Однако около 1,5 млн родителей не выплачивают своим детям алименты, что существенно снижает уровень доходов неполных семей. В связи с этим экономисты предложили создать в стране единый алиментный фонд, который будет пополняться сначала из бюджета, а потом за счет взыскания денег с неплательщиков алиментов.

Для привлечения нерадивых родителей к финансовой дисциплине директор Института социальной политики ВШЭ Лилия Овчарова предложила создать алиментный фонд для поддержания семей с одним родителем. По ее словам, алименты можно выплачивать из фонда, а государство впоследствии будет предъявлять регрессные иски должникам. Идея создания такого фонда была озвучена еще летом 2010 года как инициатива Общественной палаты, которую поддержал бывший в то время уполномоченным по правам ребенка при президенте России Павел Астахов. Тема уже тогда была актуальной, так как за 2009 год в службу судебных приставов поступило около 2 млн дел о злостном уклонении от уплаты алиментов, из которых только 82 тыс. (4%) были исполнены. А общий долг родителей перед детьми в России на тот момент составлял около 1 млрд руб.

Вопрос создания алиментного фонда обсуждался осенью 2020 года на правительственном уровне. По идее, из фонда деньги должны оперативно выплачиваться ребенку, если они взысканы с родителя судом, но он их не платит. А в дальнейшем уже фонд, а не оставшийся с ребенком родитель, должен через службу судебных приставов требовать возмещения денег с должника. Тогда высказывалась идея, что формироваться фонд должен за счет отчислений работодателей из зарплаты всех работающих, но именно этот момент и стал препятствием: ведь получается, что ответственность одних размазывается на всех. Прямо финансировать фонд за счет федерального бюджета Минфин РФ также вряд ли захочет.

Размер алиментов, назначаемый судом, зависит от количества детей: на одного ребенка алиментщик обязан выплатить четверть от всех своих доходов, на двух детей – треть, на троих и больше – половину. Но недобросовестные алиментщики научились скрывать доходы, часто их действительно очень мало или вообще нет, и в итоге детям часто достаются суммы ниже минимального прожиточного уровня по региону. В пояснении к находящемуся на рассмотрении в Госдуме законопроекту от ряда депутатов говорится, что при прожиточном минимуме на ребенка в 13,9 тыс. руб. и минимальном размере оплаты труда в 15,7 тыс. руб. родитель уплачивает алименты на содержание одного ребенка в размере одной четверти, или 3,9 тыс. руб., то есть менее 30% величины прожиточного минимума на ребенка. Остальные расходы ложатся на второго – ответственного родителя.

Депутаты предлагают установить норму, по которой если родители не договорились о размере содержания на ребенка, алименты взыскиваются судом в прежних пропорциях, но сумма выплаты должна составлять не менее 50% среднего прожиточного минимума на детей, установленного в том или ином субъекте. Однако главный вопрос – как добиться, чтобы все дети, кому положены по решению суда алименты, гарантированно получали их, остается открытым. Поэтому ученые и продолжают настаивать на создании алиментного фонда.

Суть такого института в том, чтобы деньги доходили до детей, а уже государство искало возможности взыскать алименты с должников, пояснял первый зампред комитета Совфеда по социальной политике Валерий Рязанский. Он также говорил о том, что надеяться только на судебных приставов уже не приходится (по отчету Федеральной службы судебных приставов, в пользу детей в 2020 году было взыскано 19 млрд руб., но количество неоконченных дел за 2020 год составляло 791,7 тыс.).

Предыдущие исследования показали, что алименты своим источником дохода называют около 1,5 млн неполных семей. Из них почти 18% получают их нерегулярно или не в полном объеме. Чаще всего уклоняются от уплаты многодетные мужчины в возрасте от 30 до 42 лет. У среднестатистического должника по алиментам, как правило, нет постоянного источника дохода, часто это опустившиеся, неработающие люди, бомжи. Уклонисты придумывают разные способы, чтобы занижать официальный доход. Часто при отсутствии денежного дохода такие люди тем не менее обладают недвижимостью, автомобилями, иными ценными вещами, которые, впрочем, переписаны на других людей и остаются вне доступа приставов. В результате взыскать долг удается только с каждого 10-го.

Фонд пока не создан потому, что непонятны источники его финансирования, а финансовый блок правительства последовательно затягивает инициативы, направленные на повышение благосостояния населения, считают эксперты. Фонд помогал бы эффективнее бороться с бедностью, тем более что опыт в стране был, а деньги можно найти.

«Уход мужчины из семьи резко увеличивает риск попадания оставшегося домохозяйства в абсолютную бедность, – сказал «НГ» старший научный сотрудник Института социальной политики ВШЭ Василий Аникин. – Даже если женщина продолжает работать, риски, связанные с низкой зарплатой или потерей высокооплачиваемой занятости, продолжают действовать. Тем более сейчас, когда иностранные компании уходят и возможности трудоустройства на аналогичные зарплаты сокращаются. Причем риски бедности для одинокой матери сохраняются, даже если отец выплачивает какие-то алименты. Дело в том, что, хотя статистика исходит из пониженных коэффициентов при расчете прожиточного минимума на ребенка, в реальности затраты на детей зачастую могут легко сравняться и в ряде случаев даже превышать расходы взрослых».

Алиментный фонд нужен, чтобы хотя бы частично снижать риск сползания неполных семей в бедность за счет предсказуемости и регулярности получения из него денег, говорит Аникин. «Идея фонда сдерживается финансовым блоком правительства, так же как и другие инициативы в сфере социальной политики, – считает он. – Минфин, конечно, много делает, чтобы сохранить финансовую стабильность в стране, но недостаточно, чтобы, например, стимулировать профессиональный интеллектуальный труд бюджетных работников в регионах. Необходимо изменить подходы и переходить к национальным тарифам, то есть начать выравнивать уровень доходов в регионах по среднему показателю стоимости жизни, как, например, в современной Германии или во Франции, а не по среднему доходу, как в России после 2012 года. Ведь сейчас у нас в регионах уровень жизни, то есть цены, примерно одинаковы, а зарплаты могут отличаться в разы: учитель в Москве получает в среднем 100–120 тыс., а в Иванове – 20–40 тыс. при том же уровне трудовой загрузки, что, очевидно, объясняется не столько квалификационными различиями, сколько несправедливыми региональными неравенствами. Необходимо выравнивание зарплат бюджетников по стоимости жизни с сохранением региональных вилок, отражающих верхние и нижние границы квалификационных уровней, а не вариацию средних зарплат в регионе, которая зачастую зависит от исторически сложившихся обстоятельств. Пока же низкие зарплаты бюджетников, среди которых женщин большинство, являются ключевым фактором фискальной бедности в современной России на региональном уровне».

Подобные инициативы, да и тот же алиментный фонд пока буксуют из-за нерешительности финансового блока, хотя деньги в стране есть, продолжает Аникин: «Финансирование фонда могло бы быть смешанным, государственно-частным. Государство могло бы стимулировать крупный и средний бизнес на создание корпоративных отделений такого фонда, осуществляя надзор за их работой через единый госфонд. Такое перенаправление средств от «сверхдоходов» топ-менеджмента было бы более понятным и более приемлемым для общественности и самого бизнеса, чем простое изъятие их через паушальный налог. Еще один источник пополнения такого фонда – это кассы взаимопомощи, которые, например, активно создавались самими трудовыми коллективами во времена СССР».

Овчарова обратила внимание, что за последние девять лет доля расходов на труд в ВВП сократилась на 8,3 процентных пункта (п.п.), то есть практически на 10 трлн руб. в ценах 2022 года. «При условии, что численность занятых практически не менялась, это свидетельствует о снижении трудовых доходов», – объясняет она.

Необходимо не только выявлять проблемы, которые не позволяют семьям реализовать репродуктивные намерения, но и готовить цепочку предложений для их решения, заявил на конференции научный руководитель Института демографической политики Валерий Иваницкий. В нынешней ситуации во взаимодействии семьи и государства при решении демографических проблем важны даже не деньги, а взаимное доверие, полагает он, отмечая при этом, что принятых мер демографической политики недостаточно. Он предлагает, помимо действующих мер поддержки семей, детей, задуматься о едином демографическом пособии, которое регулировалось бы на федеральном уровне и выдавалось при рождении ребенка любой семье вне зависимости от места рождения и уровня дохода.

По данным недавнего опроса ВЦИОМа, более половины (51%) опрошенных в целом и две трети молодежи считают, что такое пособие должны получать все семьи. Размер пособия должен быть привязан к федеральному МРОТу или прожиточному минимуму. Такая мера, полагает Иваницкий, будет хорошо воспринята обществом, причем выдачу пособия следует начинать с момента постановки беременной женщины на учет в женской консультации. Подобные трансферты, считает он, позволят снизить миграцию из села в город и из малых городов в крупные.


Другие новости