0
3802
Газета Экономика Печатная версия

03.10.2023 20:38:00

В России не хватает корма для "единорогов"

Технологические стартапы могут мягко надавить на мир

Тэги: стартапы, единороги, брикс, малое технологическое предпринимательство

On-Line версия

215-4-2480.jpg
Apna – сетевая платформа для работников –
стала самым молодым индийским
«единорогом»: компании понадобился
21 месяц для получения такого статуса.
Фото Dreamstime/PhotoXPress.ru
В мире насчитывается свыше полутора тысяч «единорогов» – стартапов с капитализацией от 1 млрд долл. и соответствующих определенным критериям. Как минимум каждый четвертый «единорог» обитает в БРИКС. Но с оговоркой: за исключением России, следует из исследования Высшей школы экономики (НИУ ВШЭ). Авторы, однако, уточнили: «единороги» в РФ раньше были, но эти компании утратили такой статус после выхода на биржу или продажи бизнеса основателями. Для появления новых «единорогов» не обойтись без венчурных инвестиций, говорят эксперты и уточняют, что это не праздный вопрос, ведь «единороги» способны решить многие проблемы экономики.

«Единорогом» принято называть компанию, которая достигла оценки в 1 млрд долл. в течение не более чем 10 лет с момента основания, при этом не проходила первичное размещение на бирже (IPO) и остается в собственности своих создателей не менее чем на четверть. Именно это выделяет «единорогов» из массы технологических стартапов. «Единороги» могут превращаться в еще более впечатляющих «существ»: например, в «гектокорнов» – стартапы, перешагнувшие отметку в 100 млрд долл. Такой путь прошла, в частности, космическая компания Илона Маска SpaceX.

Эксперты Института статистических исследований и экономики знаний (ИСИЭЗ) НИУ ВШЭ изучили среду обитания «единорогов» и рассказали об особой ситуации в России. По их данным, на конец июня 2023-го в мире насчитывается 1531 таких стартапов. Больше всего их в США – 745. Но не только там сконцентрированы технологические новации. Например, как минимум каждый четвертый «единорог» (412) находится в БРИКС. Для сравнения: во всем Евросоюзе таких стартапов насчитывается примерно в три раза меньше – 124.

Больше всего в БРИКС «единорогов», которые предлагают собственные технологические решения в области торговли и доставки товаров (66 компаний), финансовых услуг (41), искусственного интеллекта (39), разработки приложений – 30.

Про БРИКС нужно сделать особую оговорку. Общий показатель по числу «единорогов» вытягивает прежде всего Китай, где счет идет на сотни – 304. В Индии их около сотни – 86. В Бразилии – 20, в ЮАР – 2. А в России – 0, показал анализ.

Один из авторов исследования, эксперт центра «Российская кластерная обсерватория» ИСИЭЗ НИУ ВШЭ Кирилл Тюрчев, пояснил «НГ», что на самом деле «единороги» появлялись и в России. Это компании, которые на слуху прежде всего в сфере IT и смежных областях. Но они утратили такой статус «после выхода на биржу или продажи бизнеса основателями», уточнил Тюрчев.

Кроме того, эксперт отметил, что «сейчас в мире насчитывается как минимум 27 «единорогов», основателями которых стали выходцы из России». И они затрагивают разные сферы от пассажироперевозок до нанотехнологий.

Другое дело – готовы ли теперь эти компании признавать свое происхождение. «На протяжении 20 лет – с 2000 по 2020 год – большинство стартапов в России были ориентированы на внешний рынок», – уточнил руководитель направления массовой акселерации «Национальной технологической инициативы» (НТИ) Сергей Синегубкин.

«Большинство российских технологических компаний, выходящих на глобальные рынки, представляли именно рынок IT. Некоторые компании из этого списка в последние годы резко изменили свое позиционирование: сначала с «российских технологических компаний» на «компании российского происхождения», потом – на отрицание и этого факта», – обратил внимание замдиректора НТИ, председатель Технического комитета 194 «Кибер-физические системы» Никита Уткин.

«Единороги», как и их основатели, крайне мобильны, продолжил Тюрчев. «Поскольку такие компании развиваются за счет венчурного капитала, то и выбирают они, как правило, локации с его наибольшей концентрацией: Сан-Франциско, Лондон, Нью-Йорк», – пояснил он.

Да и ситуация оттока «единорогов», по словам эксперта, характерна для большинства стран, в которых такие компании появляются. «К примеру, рекордсмен по числу уехавших основателей – Израиль: 151. Далее следуют Индия – 145, Китай – 63, США – 50, Франция – 45», – перечислил исследователь.

А что же с Россией? «К сожалению, предпосылок к появлению новых «единорогов» в России становится все меньше и меньше», – считает Тюрчев. Во-первых, это связано с частичным ограничением доступа отечественных компаний к международному венчурному рынку. «Во-вторых, государство и институты развития, по всей видимости, постепенно отказываются от поддержки венчурной модели развития стартапов», – полагает Тюрчев.

«Здесь нужно понимать, что «единороги» – это именно порождение венчурного рынка. Инвесторы в поиске потенциальных «единорогов» ищут не ренты, а взрывного роста стоимости компании, – пояснил он. – Ожидание этого роста может растянуться на несколько лет и сопровождаться дополнительными возрастающими затратами на исследования и разработки, выход на новые рынки, рекламу». Это рискованные инвестиции, которые могут и вовсе не окупиться: бизнес, выбранный инвестором, вполне может прогореть.

Хотя одновременно с этим, как уточняется в исследовании, сама по себе тема развития инновационного бизнеса в правительственной повестке появляется все чаще. «В недавно опубликованной Концепции технологического развития России до 2030 года поставлена цель увеличения числа малых высокотехнологичных компаний в три раза, а крупных – в пять раз», – напомнили эксперты ВШЭ. Это амбициозные планы, и они обостряют задачу поиска источников инвестиций, в том числе венчурных.

«Традиционно инвесторы в нашей стране вкладываются в классические рынки: недвижимости и финансовый. Сейчас, с учетом санкционного режима, в России появилось много возможностей зарабатывать быстро и качественно, получать сумасшедшую маржинальность – выше 10–20–30%. Поэтому многие инвесторы не рассматривают такие рискованные направления, как венчурный рынок, когда есть классический рынок с огромной маржой», – комментирует член генсовета «Деловой России», гендиректор компании «Первая Группа» Алексей Порошин. 

Емкость рынка инвестиций в России абсолютно не сопоставима с крупнейшими рынками – такими, как Китай и США. «В нашей стране объем венчурных инвестиций пока не набирает и 500 млн долл., не говоря уже о миллиарде долларов в год», – сообщил Порошин. Хотя на рынке представлено множество качественных, сильных идей, особенно в секторе финтеха. И инициатив становится все больше, но для их выращивания нужен достаточный объем средств.

Впрочем, Тюрчев уточнил, что Россия имеет большой потенциал в выращивании «единорогов из пробирки» – так называемых deeptech-единорогов. «В основе их бизнес-модели лежит передовая технология, разработанная, как правило, в стенах исследовательской организации, – пояснил он. – По этому пути сейчас пошли Евросоюз и Республика Корея, недавно запустившие свои программы по отбору и выращиванию таких «единорогов».

И как считает эксперт, если Россия тоже пойдет по такому пути, то страна вполне может получить своих «единорогов» в сфере квантовых вычислений, нанотехнологий, робототехники или биотехнологий. Также можно ожидать «единорогов» в активно развивающейся сфере кибербезопасности или в proptech – технологиях управления недвижимостью.

В итоге, по мнению Уткина, правильнее было бы ставить вопрос не о том, когда и за счет чего в стране появится один новый «единорог», а о том, как и когда будет создана среда, в которой такие технологические компании перестанут быть приятным исключением и начнут появляться регулярно.

Но нужно ли это экономике? Эксперты единодушны: да. Самый очевидный и почти сразу ощутимый положительный эффект – «появление новых высокопроизводительных рабочих мест в технологическом секторе, появление новых продуктов и услуг на основе наиболее передовых технологий», говорит Тюрчев.

Помимо этого, наличие в России даже одного «единорога» стало бы важным сигналом, который может побудить крупнейших мировых венчурных инвесторов более внимательно присмотреться к российским компаниям, считает также исследователь.

«Скажем, второе место по объему инвестиций в «единорогов» после США принадлежит Китаю. В этой стране уже появился целый ряд «серийных» инвесторов в «единорогов», которые ищут объекты для инвестиций не только на своей территории, но и далеко за ее пределами. Уже сейчас Китай активно инвестирует в «единорогов» Великобритании, Сингапура, Индонезии, Индии и других стран», – пояснил Тюрчев. Хотя, по его словам, конечно, нужно понимать, что в обмен на инвестиции, вероятнее всего, «единорогу» в будущем придется отдать свои уникальные технологии.

Однако именно такой интерес крупных игроков венчурного рынка может привести к возникновению эффекта «снежного кома», когда появление одной успешной компании начинает привлекать множество инвесторов из разных стран. Наиболее яркий пример – Бразилия. Как пояснил Тюрчев, первый бразильский «единорог» появился сравнительно недавно, в 2018 году, в Сан-Паулу. И сейчас на этот город приходится более половины (12 из 20) всех «единорогов» страны, а сам он считается венчурной столицей Латинской Америки.

Как считает Уткин, также интересен опыт Индии, где уже много десятилетий применяется системный подход, в рамках которого делается ставка на развитие компетенций программистов, обучение точным наукам, знание английского языка. Если 20–30 лет назад Индия упоминалась в контексте, допустим, низкоинтеллектуальных колл-центров, IT-сервисов с относительно низкой квалификацией работников, то теперь «команды топ-менеджмента всех мировых IT-гигантов наполнены индийцами, систематически появляются свои интересные технологические компании, плотно связанные с глобальными рынками, молодые программисты все чаще оказываются на пьедестале соответствующих олимпиад по программированию, а научные и научно-практические конференции наполнены именно индийскими специалистами», говорит Уткин.

Особенно заметно влияние инженеров и специалистов из Китая и Индии в международных организациях, занимающихся вопросами стандартизации информационных и цифровых технологий, добавил он. «В итоге те, к кому несколько десятилетий назад относились снисходительно и над кем любили подтрунивать на международных рынках, теперь оказывают заметное влияние на правила их функционирования, – пояснил Уткин. – Это и есть soft power (мягкая сила. – «НГ»), за которой всегда следуют технологические компании – лидеры». 

Для экономики страны наличие «единорогов» дает прямой и косвенный положительный эффект, продолжил Синегубкин. «Прямой эффект – налоги от деятельности компании. А косвенный – это популяризация малого технологического предпринимательства», – пояснил он. При этом эксперт ожидает, что если развивать меры поддержки, в частности, на основе создаваемого Минэкономразвития Реестра малых технологических компаний, то в течение ближайших 5–10 лет в стране появится много успешных стартапов.

Несмотря на все «но», связанные с инвестициями, часть экспертов все же примерно определили сроки появления в стране новых «единорогов». По оценкам члена генсовета «Деловой России», гендиректора IT-компании QVEDO Альберта Хачатряна, речь может идти о периоде 2025–2027 годов. И как он считает, с учетом гонки технологий это будет не единственное появление «единорога» на всю страну.



Читайте также


БРИКС-2024: от амбиций к реальности

БРИКС-2024: от амбиций к реальности

Татьяна Монэгэн

Россия принимает эстафету председательства в объединении

0
5609
Доллар стал средством политического шантажа

Доллар стал средством политического шантажа

Анастасия Башкатова

Китайским банкам пригрозили финансовой изоляцией за сотрудничество с Москвой

0
6849
Новой валюты БРИКС пока не будет

Новой валюты БРИКС пока не будет

Ольга Соловьева

Москва призывает дружественные страны создавать "бесшовные финансовые сервисы"

0
4581
Как Независимый Казахстан помогает другим странам в рамках ООН

Как Независимый Казахстан помогает другим странам в рамках ООН

Аркен Арыстанов

За годы Независимости республика прошла путь от получателя помощи до международного донора, входящего в число стран с уровнем доходов выше среднего

0
6672

Другие новости