Михаил Сергеев
Добыча нефти в РФ может принести дополнительную выгоду федеральному бюджету. Фото Reuters
Налоговая цена российской нефти поднялась из-за перекрытия Ормузского пролива больше чем в 2,3 раза по сравнению с началом этого года. Однако пропорционального прироста доходов бюджета РФ пока не наблюдается. Да и сама военная премия к цене российской нефти может скоро исчезнуть, поскольку американские власти обещают решить проблему судоходства в Ормузском проливе «не позже лета». При таком сценарии самое время выяснить – куда же исчезает значительная часть нефтегазовых доходов федерального бюджета.
Биржевые цены нефтяных фьючерсов держатся выше 90–100 долл. уже больше двух месяцев. А за реальные поставки каждого барреля покупатели платят еще больше. Однако нефтегазовые доходы российской казны все еще ниже прошлогоднего уровня на 38,3%.
Куда исчезла военная премия российского бюджета и почему нефтегазовые доходы бюджета оказались существенно ниже ожиданий – заинтересовались российские экономисты. По их расчетам, причина недополучения нефтяных налогов кроется не только в укреплении рубля, но и в особенностях уплаты налога на дополнительный доход (НДД), который нефтяники платят вместе с налогом на добычу полезных ископаемых (НДПИ).
К концу третьего месяца глобального энергетического кризиса Россия все еще имеет существенный бюджетный дефицит 5,9 трлн руб., что почти на 2 трлн больше, чем запланировано на весь год. Причина такого солидного дефицита не только в наращивании госрасходов (+15,7%), но и в провале нефтегазовых доходов, которые пока не удается восстановить даже за счет высокого внешнего спроса на сверхдорогую нефть.
«После роста цены Urals для целей налогообложения в марте можно было ожидать более заметного увеличения дополнительных нефтегазовых доходов и соответственно более крупных покупок валюты и золота по бюджетному правилу. Однако фактический результат оказался значительно скромнее: дополнительные нефтегазовые доходы за апрель составили лишь 21 млрд руб., что оказалось заметно ниже рыночных ожиданий», – отмечает эксперт Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) Эмиль Аблаев. При этом низкие нефтегазовые доходы вновь обострили споры о необходимости девальвации рубля.
За первые четыре месяца этого года нефтегазовые доходы федерального бюджета составили 2,3 трлн руб. против 3,7 трлн руб. за аналогичный период прошлого года. «Основным фактором снижения стали поступления по налогу на добычу полезных ископаемых на нефть и налогу на дополнительный доход от добычи углеводородного сырья. Поступления НДПИ на газ и газовый конденсат также снизились. При этом общее снижение нефтегазовых поступлений частично смягчило сокращение выплат обратного акциза на нефтяное сырье с учетом демпферной и инвестиционной компонентов», – отмечают в ЦМАКП.
В апреле частичное улучшение сборов из-за роста нефтяных цен сочеталось с сохранением слабой динамики по другим компонентам нефтегазовых доходов. НДПИ на нефть действительно оказался выше, чем в апреле 2025 года, что согласуется с более высокой мартовской ценой Urals для целей налогообложения. Положительный прирост наблюдался по НДПИ на газ, газовый конденсат, а также по экспортным пошлинам на газ. «Тем не менее общий объем нефтегазовых доходов в апреле был ниже прошлогоднего на 21,2%. Это определялось меньшими поступлениями налога на дополнительный доход от добычи углеводородного сырья, а также увеличением выплат по обратному акцизу на нефтяное сырье, включая демпферную компоненту, на фоне роста цен на энергоносители», – объясняет Аблаев.
Назначаемая каждый месяц правительством РФ условная цена барреля Urals для целей налогообложения была на 30,5% выше по сравнению с прошлогодним уровнем. Но более крепкий рубль частично ограничивал этот эффект повышения нефтяных цен. Поскольку курс доллара в рублях был на 6,6% ниже прошлогоднего уровня.
Общий объем нефтегазовых доходов зависит не только от котировок нефти в каждом месяце, который предшествует поступлению доходов, но и от ценовой динамики внутри соответствующих налоговых и отчетных периодов. Общие нефтегазовые доходы бюджета зависят еще и от контрактных условий и цен поставок, цен на газ и нефтепродукты, а также от специфики выплаты обратного акциза. В результате динамика Urals может расходиться с кассовым исполнением нефтегазовых доходов, объясняет эксперт. Высокая мартовская цена Urals не могла сразу в полном объеме отразиться в совокупных нефтегазовых доходах бюджета. «Более выраженный эффект может проявиться позднее, прежде всего после поступлений по налогу на дополнительный доход от добычи углеводородного сырья за второй квартал 2026 года», – прогнозируют в ЦМАКП.
Но как долго сохранится военная премия для российского бюджета – большой вопрос.
«Движение через Ормузский пролив возобновится, как только это станет возможно, но самое позднее – этим летом», – пообещал в субботу министр энергетики США Крис Райт. Американский чиновник заверил, что, если Иран «продолжит держать мировую экономику в заложниках, то американские военные силой откроют Ормузский пролив. «Мы сделали первые шаги в этом направлении, но лучше заключить сделку, не прибегая к военной силе», – объяснил министр Райт. За словами «этим летом» может скрываться начало военной эскалации как в июне, так и в августе. На летние военные планы американцев может повлиять и решимость Ирана сохранить свой полный контроль над Ормузом неопределенно долгое время.
Но даже в случае начала судоходства в Ормузском проливе в июне российская казна может рассчитывать на эффект высоких нефтяных цен по крайней мере до конца года. Причина сохранения высоких цен на черное золото – в необходимости многомесячной работы по восстановлению разрушенной нефтегазовой инфраструктуры в странах Ближнего Востока.
Ранее чиновники американского Минэнерго предполагали, что в случае завершения горячей фазы конфликта в апреле с постепенным восстановлением торговых потоков через Ормузский пролив цена барреля нефти Brent опустится ниже 90 долл. лишь в четвертом квартале 2026 года. А в следующем, 2027 году среднегодовая цена составит, по прогнозам американских чиновников, около 76 долл. за баррель (см. «НГ» от 08.04.26). Однако сегодня мы видим, что о начале восстановления торговых потоков через Ормузский пролив говорить еще рано. Другими словами, уровень в 90 долл. за баррель к концу года сегодня можно считать слишком оптимистичным сценарием.
Тем не менее в американском Минэнерго все надеются на снижение нефтяных цен к концу года. «Мы ожидаем, что мировые запасы нефти будут сокращаться в среднем на 8,5 млн баррелей в сутки (б/с) во втором квартале 2026 года, в результате чего цены на нефть Brent останутся на уровне около 106 долл. за баррель в мае и июне. По мере роста добычи нефти на Ближнем Востоке мы ожидаем падения цен на нефть, которые снизятся в среднем до 89 долл. за баррель в четвертом квартале», – говорится в новом отчете американского ведомства.
