Богословие вместо коммунизма?

	Господь Бог вместо Владимира Ленина. Фото Артема Чернова (НГ-фото)

РОССИЙСКИЕ светские высшие учебные заведения вступили в новую эпоху своего существования - теперь в их стенах с 1 сентября 2000 г. впервые в истории отечественного высшего образования будет официально преподаваться новая специальность "Теология".

2 марта министр образования России Владимир Филиппов подписал приказ 686 "Об утверждении государственных образовательных стандартов высшего профессионального образования".

В соответствии с этим документом на основании решения коллегии Минобразования России от 1 февраля 2000 года специальность "Теология" включена в перечень направлений подготовки бакалавров и магистров, а также в перечень специальностей подготовки дипломированных специалистов. В государственных вузах будут обучать по академическим степеням "бакалавр теологии" и "магистр теологии", а также готовить дипломированных специалистов с квалификацией "теолог".

Как извещает о том официальное сообщение пресс-службы Отдела внешних церковных сношений Московского Патриархата, "приказ предполагает поэтапный переход системы образования на новый перечень специальностей. В частности, Управлению образовательных программ и стандартов высшего и среднего профессионального образования предстоит утверждать примерные учебные планы по специальностям, организовать разработку и утверждение соответствующих программ дисциплин в рамках образовательных стандартов".

В соответствии все с тем же информационным сообщением "проект государственного образовательного стандарта по дисциплине "Теология" в данный момент находится на рассмотрении в отделе гуманитарного образования" (так в тексте, но, очевидно, имеется в виду отдел гуманитарного образования Министерства образования). Стандарт разработан специалистами Православного Свято-Тихоновского богословского института и "рассчитан на православное богословие, но по желанию может быть модифицирован применительно к иным вероисповеданиям".

В отличие от западных университетов, исторически эволюционировавших из средневековых богословских центров, российские светские вузы, возникшие в середине XVIII века, никогда не знали обязательного преподавания богословских дисциплин. В царской России была разветвленная сеть соответствующих конфессиональных учебных заведений, и государство предпочитало не смешивать богословие со светскими дисциплинами. Лучшие умы России неоднократно высказывали сомнение о целесообразности подобной акции.

Основанием же для начала работы по внедрению "теологии" в умы современных российских студентов послужило письмо от 21 января 1999 г., подписанное Патриархом Московским и всея Руси Алексием II, президентом Российской академии наук академиком Юрием Осиповым, президентом Российской академии образования академиком Николаем Никандровым и ректором Московского государственного университета Виктором Садовничим.

Внимательно "изучая ход образовательных реформ, развитие образовательной деятельности", руководители российской науки и предстоятель РПЦ сделали вывод о том, что духовный вакуум, образовавшийся в российских вузах после крушения коммунистической идеологии (зависимость от которой они, впрочем, называют недостатком), заполняет тот, "у кого просто больше денег". Это "может быть Мун или другие секты, это порнография и обучение "безопасному" сексу в угоду мировым фармацевтическим фирмам, сбывающим свою контрацептивную продукцию на большом русском рынке, наконец, это наркомания, насаждаемая еще в средних классах школы".

"Весь мировой опыт убедительно свидетельствует", как продолжают авторы письма, сыгравшего решающую роль в принятии нового стандарта, "что церковь, религиозное воспитание с успехом противостоят разврату, наркомании, сектантскому зомбированию личности, умеют вырабатывать у детей и молодежи необходимый иммунитет в отношении губительного для нации нравственного разложения".

После всего сказанного вполне логично звучит призыв, также высказанный в письме: "После того как покончено с системой государственного атеизма, преподносившегося как подлинная свобода совести, нужно покончить с постсоветским господством антирелигиозного направления в школе".

За отсутствием возможности далее цитировать этот поражающий воображение документ, который полностью будет опубликован в одном из ближайших номеров приложения "НГ-религии", хочется все-таки отметить, что авторы полагают, что "необходимая справедливость будет достигнута, если изучение традиционной в различных регионах России конфессиональной теологии (православия, ислама, иудаизма и буддизма, а также других христианских конфессий) сможет развиваться в государственных учреждениях в соответствии с традиционной в каждом регионе культурой доминирующего населения и потребностью исторической науки".

По сведениям "НГ", инициатором письма и стандарта выступал не Патриарх, как это можно было бы предположить, а представители государственных научных учреждений, особенно Российской академии образования. По большому счету Церковь заинтересована в введении государственного стандарта по специальности "Теология" всего лишь для того, чтобы выдавать соответствующие государственные дипломы выпускникам духовных учебных заведений. Но обычно осторожный в вопросах взаимоотношений с государством и постоянно подчеркивающий, что Церковь от государства отделена, Патриарх в этот раз совершил ошибку. Пойдя на поводу у дурных советчиков, он дал повод противникам РПЦ обвинять ее в претензиях на духовную власть в стране.

Реакция подавляющего большинства преподавателей и студентов МГУ на принятое решение отрицательная. В частных беседах сотрудники ведущего вуза страны утверждали, что на ректора "оказывалось давление сверху", потому, дескать, он и дал свое согласие на сомнительное нововведение. Ни средств, ни помещений, ни профессорско-преподавательских кадров для проведения в жизнь новой образовательной инициативы у МГУ на сегодняшний день нет. Ожидается, что для этого могут быть реорганизованы соответствующие кафедры исторического, философского и филологического факультетов.

В принятом постановлении заложена и опасность "цивилизационного кризиса", особенно нежелательного в сегодняшней России. Акцент, сделанный Министерством образования на возможности введения в регионах традиционной для них теологии, открывает возможности для культурного сепаратизма, неизбежно превращающегося со временем в сепаратизм политический. Тем более что теология будет преподаваться в государственных вузах, что уже само по себе придает ей политическое значение. Например, в некоторых регионах России язычество утверждено в местных законах как традиционная религия. Готовы ли Министерство образования и Московская Патриархия к преподаванию в марийских вузах традиционной для марийцев теологии поклонения березовым рощам? О проблемах, связанных с исламом, даже упоминать страшно.