Шахидский отдел кадров

Вчера сетевые СМИ распространили заявление представителя Аслана Масхадова Ахмеда Закаева, содержащее ответ на очередную угрозу Басаева продолжать теракты против гражданского населения России. «Я уполномочен заявить, что Правительство ЧРИ категорически отвергает эту позицию и решительно осуждает взятие заложников и убийства ни в чем не повинных граждан, – говорится в распространенном тексте. – Намеренное использование гражданских лиц в качестве мишени является военным преступлением и подлежит ответственности в рамках Женевских конвенций».

Обращает на себя внимание, что заявление Ахмеда Закаева прозвучало вскоре после сообщения о том, что спецслужбами установлены более 80 смертников, направляющихся в Россию (эти данные огласил в минувшую пятницу на заседании Госдумы директор ФСБ РФ Николай Патрушев). В ЦОС ФСБ России корреспонденту «НГ» вчера отказались давать какую-либо дополнительную информацию о возможном «массовом» появлении террористов-смертников. Не удалось прояснить ситуацию и в МВД РФ. «Давать комментарии по заявлению, оглашенному представителем другого ведомства, было бы нелогично», – заявили «НГ» в пресс-службе МВД.

Если новые шахиды действительно готовы объявиться в российских городах, то логично предположить, что при подготовке терактов они задействуют уже имеющуюся организационную сеть, использовавшуюся ранее. На следы этой четко действующей системы правоохранительные органы постоянно натыкаются при расследовании громких терактов. Так было, например, когда сотрудники ФСБ совместно с милицией нашли в июле 2003 года базу террористов в подмосковном поселке Толстопальцево (наводку на нее дала Зарема Мужахоева, готовившая взрыв на 1-й Тверской-Ямской улице). Готовый к взрыву склад боеприпасов террористов был обнаружен в марте этого года в Люберцах – позднее выяснилось, что квартиру-«схрон» снимали двое кавказцев. А после череды августовских терактов (взрывов самолетов и у метро «Рижская») милиция вышла на несколько квартир в подмосковном Клину, где были прописаны сотни человек, в том числе выходцы с Северного Кавказа. Именно такой клинской пропиской обладал, в том числе, и случайно погибший при взрыве у «Рижской» «куратор» смертницы Николай Кипкеев.

Кто же эти люди и как они попадают в Москву? Как рассказал корреспонденту «НГ» бывший зампрокурора столицы Юрий Синельщиков (одно из последних подконтрольных ему дел – теракт в Тушино на фестивале «Крылья» в июле 2003 года), вербуются шахиды, как правило, на Северном Кавказе. «На моей памяти не было ни одного, кто уже обосновался в Москве или хотя бы часто сюда наезжал, – говорит он. – Вербовщики тщательно подходят к вопросам отбора кадров. Как правило, смертницами становятся женщины, у которых погибли родственники, мужья, сыновья. Но были случаи, когда шахидками становились женщины, в биографии которых не было таких трагедий».

По словам нашего собеседника, схема непосредственной подготовки к теракту давно обкатана. В столицу смертники приезжают на обычном поезде за день-два до намеченного события. Причем зачастую без сопровождения куратора (эти люди – в большинстве своем кавказцы – приезжают в столицу за несколько месяцев до теракта, регистрируются, а сразу после акции снова скрываются на Кавказе либо в приграничных с ним областях). Куратор встречает смертников и отвозит на заранее подготовленную квартиру, из которой смертник уже не выходит до «дня Х». На кураторе лежит ответственность за создание всех необходимых условий – от поиска квартиры и обеспечения питания шахида до сборки взрывного устройства.

Жилье снимается за несколько недель, и ни в коем случае не посредством агентства, а через «десятые руки» – например, через родственников знакомых. При этом владельцы квартиры чаще всего не догадываются, кто на самом деле будет там жить. «Прибывший шахид никогда не бегает по городу в поисках квартиры, а четко знает, куда ехать и кто его будет ждать, – рассказал Юрий Синельщиков. – По приезде он незамедлительно приступает к намеченному и действует по заранее оговоренному плану».

Отдельное место в подготовке теракта занимает переправка взрывчатки. «Чаще всего мы устанавливали ее происхождение – это Кавказ, – рассказал наш собеседник. – Там ее можно легко купить или отвоевать. В Москву пластит привозят на автомобилях – понятно, что проводить сплошной досмотр легковушек на въезде в город невозможно. Чтобы вывернуть наизнанку каждую идущую с юга машину, не хватит никаких сил и средств». Что касается средств, расходуемых на подготовку террористического взрыва, то, по словам Юрия Синельщикова, «это отнюдь не астрономические суммы». В среднем бюджет одного теракта составляет несколько тысяч долларов.