Александр Яковлев Хорошие соседи – великое дело. Особенно в коммуналке.
Три стены комнаты Бокаревых закрывали стеллажи с книгами. Когда мне исполнилось пять лет (а родился я 1 января), щедрая рука главы соседского семейства по-новогоднему обвела полки с разноцветными корешками: «Выбирай любую книгу!»
И я выбрал. Я уже заранее ее приглядел. С 1936 года в издательстве «Детская литература» выходила «Библиотека приключений и научной фантастики». В среде книжников ее еще называли «рамка» – за тисненый прямоугольный кант на обложке.
На стеллаже стояла большая подборка «рамки». Но меня манил темно-синий увесистый томик с названием, которое сразу заворожило: «Таинственный остров». Да, Жюль Верн.
Странно, ничего из произведений этого автора я в последующем не читал. Ну не тянуло. Раз и навсегда «наелся» одним-единственным. Но уж попировал. Со всем известным (моему поколению) чтением с фонариком под одеялом.
И уносило же это чтение… Обострялось все: фантазия, зрение, слух… А запах бумаги? Рисунки? В общем, таинственный остров.
А потом была долгая жизнь лет в 20 без этих таинств. Хотя, возможно, были другие.
Обрушилось, как волны прибоя на остров: Литинститут, новое обретение когда-то открытого. Да, того таинственного острова, который, оказывается, назывался Литература.
Нет, я не открыл всех ее тайн, как верилось. Да это и хорошо, что они остались при ней. Ибо по-прежнему манят новых открывателей.
А «Таинственный остров»? Что ж, всего лишь одна из книг. Которая у каждого своя.
