Ярослав Соколов
Фото сайта Vecteezy
В начале 2026 года Росстат обнародовал данные, согласно которым россияне стали резко заболевать депрессией и тревожными расстройствами. Так, в 2024 году таких случаев стало на 21,5% больше по сравнению с 2020 годом. А продажи рецептурных антидепрессантов увеличились – с 1 по 18 января 2026 года было куплено уже более миллиона упаковок, что на 18% больше, чем за аналогичный период в прошлом году.
Тревожный звонок от статистиков был услышан в Минздраве. 1 июля ТАСС сообщил, что Министерство здравоохранения РФ планирует обновить стандарт лечения депрессии, добавив в него в том числе акупунктуру токами крайне высокой частоты, электросудорожную терапию и гипоксивоздействие. Это следует из проекта приказа министерства. Согласно новому проекту, пациентам для лечения депрессии можно будет проводить электропунктуру, электронейростимуляцию мозга, транскраниальную магнитную стимуляцию, плазмаферез, ультрафильтрацию крови и низкоинтенсивную лазеротерапию (внутривенное облучение крови).
Также планируется предусмотреть тренировки с биологической обратной связью по электроэнцефалографии при заболеваниях ЦНС и мозга, гипоксивоздействие, воздействие излучением видимого диапазона.
Пациентов с депрессией также будут проверять на гепатиты, ВИЧ и бледную трепонему.
Приказ Минздрава РФ впервые подробно регламентирует работу отделений и кабинетов медицинского освидетельствования на состояние опьянения, устанавливая единые требования к их оснащению, штатному составу и организации работы.
В борьбе с депрессией не отстают и законодатели. С 1 сентября 2026 года фельдшеры в России смогут оказывать первичную доврачебную помощь в сфере психиатрии и наркологии при отсутствии специалиста. Об этом РИА Новости рассказала 2 июля член комитета Госдумы по охране здоровья Юлия Дрожжина. Действия фельдшера должны быть согласованы с врачом из диспансерного отделения наркологического диспансера или больницы. «Одно из важных изменений касается доступности помощи: если в медицинской организации нет врача психиатра-нарколога, первичную доврачебную помощь сможет оказать фельдшер», – цитирует Дрожжину агентство. По ее словам, это позволит быстрее оказать необходимую помощь пациентам, особенно в небольших населенных пунктах и там, где ощущается кадровый дефицит.
Что скажу по поводу этих инициатив.
Если комментировать приказ о расширении полномочий фельдшеров в сфере психиатрии, то речь фактически идет о первичной доврачебной помощи по профилю «психиатрия-наркология» в тех медицинских организациях, где отсутствует врач – психиатр-нарколог. Формально фельдшер не получает полномочий врача и должен согласовывать свои действия со специалистом. Однако сама инициатива выглядит как попытка нормативно оформить кадровый дефицит.
Фельдшер может провести первичную оценку состояния, оказать экстренную помощь, связаться с врачом и организовать дальнейшую маршрутизацию пациента. Но в психиатрии и наркологии граница между первичной оценкой и диагностическим решением очень тонка. За жалобами на тревогу, бессонницу, возбуждение или спутанность сознания могут скрываться интоксикация, абстинентный психоз, передозировка, тяжелое соматическое заболевание или высокий суицидальный риск. Ошибка здесь может стоить человеку жизни.
Особенно много вопросов вызывает формулировка о согласовании действий фельдшера с врачом. Неясно, будет ли врач доступен круглосуточно, сможет ли он дистанционно оценить состояние пациента, кто будет принимать окончательное решение и кто понесет ответственность в случае ошибки. Без четких протоколов такое согласование легко превращается в административную формальность.
Повышать доступность помощи необходимо. Но доступность нельзя обеспечивать за счет фактической замены врача специалистом с меньшим объемом подготовки. Фельдшер может быть первым звеном помощи, но он не должен становиться постоянным суррогатом психиатра-нарколога. Иначе государство вместо решения кадровой проблемы просто снизит требования к тому, кто обслуживает наиболее сложных и уязвимых пациентов.
Теперь о том, что касается обновления стандарта лечения депрессии.
Проект нового стандарта лечения депрессии вызывает серьезные вопросы, поскольку в одном перечне оказались методы с принципиально разным уровнем доказательности.
Электросудорожная терапия – признанный метод лечения тяжелой, психотической, суицидальной или устойчивой к другим видам терапии депрессии. Транскраниальная магнитная стимуляция также имеет доказательную базу и применяется при определенных формах депрессивных расстройств. Это полноценные медицинские методы, которые требуют строгих показаний и квалифицированного контроля.
Совсем иначе следует оценивать внутривенное лазерное облучение крови, гипоксические процедуры, плазмаферез, электропунктуру и ряд других физиотерапевтических вмешательств. Убедительных данных, позволяющих считать их стандартными методами лечения депрессии, нет. Включение таких процедур в официальный документ создает впечатление, что все перечисленные методы обладают сопоставимой эффективностью. Это не соответствует современным представлениям о доказательной медицине.
Стандарт лечения не должен превращаться в каталог оборудования, имеющегося в медицинских учреждениях. Включение процедуры в стандарт придает ей организационную и финансовую легитимность: под нее закупают медицинское оборудование, выделяют средства и начинают назначать пациентам. Поэтому требования к доказательности должны быть особенно строгими.
Основой лечения депрессии остаются качественная диагностика, оценка суицидального риска, психотерапия с доказанной эффективностью, обоснованная фармакотерапия и регулярное наблюдение. Аппаратные методы могут применяться по конкретным показаниям, но они не должны подменять полноценную психиатрическую и психотерапевтическую помощь.
Предложенный перечень создает риск имитации лечения: пациент проходит множество процедур, медицинская организация демонстрирует активность, но ключевые причины депрессии и реальный риск для жизни могут остаться без должного внимания.
