Дело было в Вене

Виктор Крафт. Венский кружок: Возникновение неопозитивизма / Пер с англ. А.Никифорова. - М.: Идея-Пресс, 2003, 224 с.

В очередной раз подтверждая свою неколебимую верность традиции аналитической философии, издательство "Идея-Пресс" решило на сей раз обратиться к ее истокам. Благо и повод к тому имеется: в 2004 году, вообще урожайном на философские юбилеи, исполняется 80 лет со дня основания знаменитого Венского кружка. "Идея-Пресс" затеяло по этому случаю мини-серию книг об одном из самых ярких философских сообществ в истории ХХ века. Ее-то и открывает очерк Виктора Крафта.

Венский кружок - феномен и в самом деле уникальный. Приватные встречи сравнительно небольшого числа философов и ученых, регулярно собиравшихся по четвергам для дискуссий по проблемам современной науки, всего за каких-нибудь двенадцать лет переросли в интернациональное сообщество, вдохновленное идеей восстановления научного авторитета философии, и дали жизнь одному из самых влиятельных философских движений ушедшего столетия. В емком изложении Крафта и в дополняющем его обширном предисловии Олеси Назаровой история этого блистательного интеллектуального предприятия впервые предстает русскому читателю как целое, во всей ее многосторонности и сложности.

Хотя Крафт сам был участником Венского кружка, личного в его книге очень немного. Создавая в 1950 г. первую немецкую книгу о нем, Крафт больше заботился не о биографических подробностях (хотя, наверное, о таких неординарных личностях, как Мориц Шлик, Ричард Карнап, Курт Гедель или Людвиг Витгенштейн, он мог бы поведать много интересного), а о том, чтобы дать читателю возможность оценить интеллектуальную мощь его участников. Поэтому он мало пишет о внешних событиях и куда больше - о характере и направлении поисков новой философии, содержании дискуссий, позициях оппонентов, аргументах и контраргументах. А спорили в Венском кружке о вещах сложных и основополагающих. О реформе логики и возможности создания универсального научного языка. О выработке критериев для отделения научных высказываний от ненаучных. О философском значении теории относительности и квантовой механики. О возможности строго научного описания душевной жизни. Об очищении философии от туманных метафизических теорий и превращении ее в дисциплину не менее точную, чем математика.

Книга Крафта помогает даже самому малоподготовленному читателю не только разобраться в этих дискуссиях, но и почувствовать вкус к ним, ощутить атмосферу творчества, определявшую жизнь кружка. Так что это не просто удачное компактное введение в философию неопозитивизма, а увлекательная экскурсия в кажущийся многим недоступным мир по-настоящему фундаментальных научных и философских проблем.

Что же касается внешней истории Венского кружка, то и она по-своему очень поучительна. В предисловии, написанном тогда же, в 1950 году, Крафт сетует на недостаток внимания к идеям Венского кружка, с грустью отмечая, что его достижения до сих пор не получили в Германии должной оценки. Ныне, когда склад мышления, выпестованный в Вене, доминирует на большинстве философских факультетов западных университетов, в том числе и немецких, эти жалобы воспринимаются как анахронизм. Столь радикальное изменение ситуации стало возможно прежде всего благодаря организационным усилиям венских энтузиастов. Хотя кружок прекратил свое существование уже в 1938 году, его идеи благодаря международному сотрудничеству распространялись все шире и в конце концов изменили интеллектуальный климат и в Европе, и далеко за ее пределами. Поэтому, размышляя о судьбе Венского кружка, невольно вспоминаешь замечательные слова антрополога Маргарет Мид: "Никогда не сомневайтесь, что маленькая группа думающих и согласных между собою людей может изменить мир".