Ольга Пономарева В Москве и 12 других российских городах впервые прошел фестиваль Праздник музыки, который зародился еще в 1980-е в Париже и раcпространился на 340 городов мира. Следуя концепции полной открытости, включая бесплатное посещение и интерес ко всем жанрам и исполнителям, фестиваль провели в парках и на центральных площадях. Как рассказал «НГ» организатор фестиваля, директор Французского института в России Матье Арден, в Париже Праздник музыки проходит в день летнего солнцестояния и заполняет собой весь город. Через несколько лет в России будет так же, но пока в Москве несколько сцен организовали в обновленном Парке Горького. Главную сцену на набережной отдали французам, а в Беседке, на Рок-сцене и на площадке La Boule выступали российские исполнители. В столицу Французский институт в России и посольство Франции при поддержке правительства Москвы привезли джазовое трио д’Ан Ба, звезду французской песни Тома Ферсена и электророкеров Oh La La! Как пояснил Матье Арден, «во Франции принцип подбора исполнителей таков: вместе играют и профессионалы, и любители. В Москву мы привезли французов-профессионалов, среди российских исполнителей много любителей».
Первыми Главную сцену опробовали джазмены из бэнда д’Ан Ба – саксофон, клавишные, перкуссия. Трио существует уже почти 10 лет, имеет престижные награды, известно качественной авторской музыкой и неожиданными аранжировками, в том числе оперных арий. Поначалу послушать выступление собралась группа серьезных джазофилов, музыканты держались вполне солидно, играли академично, а лидер бэнда Арно Руане услаждал слух длинными импровизациями на саксофоне. Но вскоре ему захотелось расшевелить публику. Слушатели изумленно переглядывались, улавливая в импровизациях то популярные мелодии, то регги, то танго. Шутливый настрой перешел в веселое дурачество, и Руане босиком выпрыгнул со сцены к публике. Вернувшись на сцену, Арно не унимался и скакал то с саксофоном, то с рупором, который использовал вместо микрофона.
Тома Ферсена французы любят за ироничные тексты и игру слов, его герой то запредельно ленив и отделывается отговорками: «А что вы от меня хотите? У меня всего две ноги, с этим многого не успеешь!» То неожиданно брезглив: «Дорогая, от тебя воняет, как от лошадки, как же мне к тебе подступиться?» Однако русской публике, как правило, приходилось довольствоваться мелодией и атмосферой. Бардовские, как бы у нас сказали, песни то отправляли в разгульный кабачок, то отсылали ко временам менестрелей, то напоминали городской или цыганский романс. Музыкальные акценты расставляли губная гармошка, дудка и гавайская мини-гитара укулеле, которая стала визитной карточкой Тома Ферсена. С ней такой же миниатюрный музыкант забирался на сундук, притопывая ногой и окончательно входя в лирический образ. Тома Ферсен сыграл на укулеле, спел баллады, сидя за роялем, а под конец разошелся и заставил публику подпевать, точнее, даже стонать, произнося французский вариант «О, да!» – Ah, oui!
