Ольга Пономарева Энергичная и вдохновенная, темпераментная и озорная. Все эти эпитеты относятся к хрупкой девушке из Японии с потрясающей манерой игры на рояле и невероятными прическами. Одна из самых ярких джазовых пианисток мира Хироми Уехара дала единственный концерт в московском Доме музыки и собрала полный зал.
Хироми начала покорять мир еще в раннем возрасте. В 14 лет уже выступала с Чешским филармоническим оркестром, в 17 лет – играла в четыре руки со знаменитым Чиком Кориа. Со времен выхода дебютного диска Another Mind в 2003 году каждый ее альбом становится событием и расходится в считанные дни. А джазовые столицы от Портленда до Копенгагена заранее присылают ей приглашения на фестивали. Наконец, Хироми – одна из признанных джазовых композиторов современности.
С ее сочинениями оркестр Стенли Кларка объехал весь мир. Тем не менее японка до сих пор очень трепетно относится к поклонникам. Во все глаза вглядывается в зал, ловит слухом каждую овацию и переживает отсутствие аплодисментов в естественных паузах между игрой.
На сцену Дома музыки вышла очень улыбчивая девушка в кедах, юбке поверх коротких штанишек и сложносочиненной прической в японском стиле. «Добрый вечер. Я рада быть здесь. Спасибо», – старательно выговорила она по-русски и буквально рванула к роялю, такому же миниатюрному, как и она. Одна из первых композиций называлась «Сакура», и Хироми столь же старательно произнесла это по-русски. Но, вероятно, это была сакура, под которой японцы по весне в перерывах между работой в палисаднике слушают джаз, потому как на нежную мелодию были нанизаны такие заводные синкопы, что это невольно вызывало улыбку. Сидящие по соседству японки были просто в детском восторге.
Пальцы Хироми скакали по клавиатуре как кузнечики, демонстрируя изумительную технику и легкость. А сама пианистка так раззадоривалась во время игры, что мотала головой, топала в такт ногой, периодически подскакивала на стуле и даже вскрикивала. Все знают, как кричит во время игры в теннис Мария Шарапова, но, оказывается, и игра на рояле вызывает похожие эмоции. Правда, Хироми скорее играет с роялем. Она буквально скручивает его в бараний рог, требуя чего-то доселе невиданного. В одной из композиций, «Старый замок у реки в лесу», она сначала проехалась по клавишам, как утюгом, и, пока звук еще не затих, начала развивать мелодию, а потом и вовсе запустила одну руку под крышку и принялась трепать струны, отвечая другой рукой на басовых клавишах. В следующей композиции Хироми так разошлась, что сунула под струны железную линейку. И рояль стал покорно имитировать клавесин. Джазовый такой клавесин.
Определить жанр, в котором играет и сочиняет Хироми, невозможно. Это импровизация на всевозможные темы и апелляция ко всем возможным жанрам – от академической классики до современного джаза. Композиция может начинаться как соната Бетховена, продолжиться как барочная музыка, незаметно перетечь в узнаваемый стандарт, а закончиться разбитной серией аккордов в стиле залихватского ресторанного тапера. У Хироми есть трогательное пристрастие к эффектным финалам, но в ее исполнении ничто не звучит вульгарно.
Интересное наблюдение. Такая смущенная у микрофона, у рояля она совершенно утрачивает восточную зажатость и выдает по полной. Если Хироми хочет созорничать, она знает, с чего начать. Когда мощные аплодисменты в конце непрозрачно намекали на бисы, она стремглав выбегала из кулис и снова начинала требовать от рояля то переливов меланхолии, то чего-то заводного. Зал Дома музыки вызывал Хироми неоднократно. Кричал «браво». Поклонники лезли с цветами и протягивали диски для автографов. Но вот прозвучало несколько эффектных аккордов, и Хироми – схватив букет – снова смущенно сбежала за кулисы. А меломанам в фойе осталось только удивляться и обсуждать, что хрупкая талантливая девушка из Страны восходящего солнца умудряется вытворять с роялем.
