Роман Уколов.
В зале суда Чахмахчян заявил, что его дело сфабриковано.
Фото ИТАР-ТАСС
Мосгорсуд приговорил бывшего члена Совета Федерации от Калмыкии Левона Чахмахчяна к девяти годам лишения свободы. Последнее заседание длилось всего 20 минут. Судье предстояло зачитать лишь финальную – резолютивную часть приговора. Основной текст приговора не оглашался ввиду наличия в нем секретных материалов.
Суд признал экс-сенатора виновным по ст. 159 УК РФ (мошенничество). Двое других фигурантов этого дела – Армен Оганесян и Игорь Арушанов – также обвинялись в мошенничестве и приговорены судом к 8 и 7 годам лишения свободы соответственно.
По данным Генпрокуратуры РФ, сенатор Чахмахчян, инспектор Счетной палаты РФ Оганесян (зять Чахмахчяна), а также главный бухгалтер общественного объединения «Ассоциация российско-армянского делового сотрудничества» Арушанов похитили у авиакомпании «Трансаэро» 1,5 млн. долл. путем мошенничества. По версии следствия, Левон Чахмахчян предлагал руководству «Трансаэро» за вознаграждение скрыть нарушения, которые были выявлены Счетной палатой в ходе проверки в апреле 2006 года. Большую часть этой суммы следовало перечислить на счета подставных фирм, а 300 тыс. долл. предполагалось передать наличными. При получении денег Чахмахчян, Арушанов и Оганесян были задержаны сотрудниками ФСБ России.
В ходе прений сторон прокурор просил приговорить Левона Чахмахчяна к 9,5 года заключения, а Оганесяна и Арушанова – к 8 и 7 годам соответственно. В своем последнем слове Чахмахчян заявил, что не признает своей вины. Он считает, что все доказательства были сфальсифицированы. «Нас судили не как граждан Российской Федерации, а как последних террористов, – заявил подсудимый перед оглашением приговора. – В материалах уголовного дела все сфальсифицировано».
Адвокаты Чахмахчяна намерены обжаловать решение суда. «Приговор считаем несправедливым и незаконным и будем его обжаловать», – заявила журналистам адвокат экс-сенатора Валентина Сизова после оглашения приговора. По словам защитника, в ходе процесса были нарушены основные принципы судопроизводства: гласность и презумпция невиновности.
В соответствии с законом при рассмотрении дела, содержащего материалы под грифом «секретно», в суде оглашается лишь окончательная часть приговора. По той же причине судебные заседания велись в закрытом режиме. С чего бы, казалось, закрывать процесс? Ни в Мосгорсуде, ни в Центре общественных связей ФСБ РФ ответа получить не удалось. Своей версией с «НГ» поделился адвокат Роберт Зиновьев, представляющий интересы первого защитника Чахмахчяна адвоката Бориса Кузнецова. Напомним, что в июле прошлого года, знакомясь с документами Генпрокуратуры в Верховном суде РФ, Кузнецов обнаружил справку с грифом «секретно», содержащую распечатку прослушивания телефонных переговоров его доверителя. Адвокат сфотографировал документ как доказательство вопиющего нарушения законодательства (сенатор обладал иммунитетом члена Совета Федерации) и направил фотографии в Конституционный суд РФ, откуда их переправили в прокуратуру Москвы, а та обвинила Бориса Кузнецова в разглашении государственной тайны.
По словам Роберта Зиновьева, в соответствии с законом процесс могут закрыть, если это сопряжено с возможностью разглашения гостайны. «Слушания, на мой взгляд, закрыли, формально руководствуясь этим поводом, но не для того чтобы сохранить гостайну, а чтобы скрыть от общественности факты нарушения закона спецслужбами», – заявил адвокат. По его данным, Борис Кузнецов нашел в материалах следствия множество других нестыковок, что грозило развалом дела. По мнению Зиновьева, случай с фотографированием секретного документа спецслужбы использовали для того, чтобы отстранить от дела дотошного защитника и закрыть процесс.
