0
4058
Газета Политика Печатная версия

20.10.2022 20:39:00

Адвокатов ловят на объяснениях и опросах

Разговоры защитников с правоохранителями оборачиваются нарушением профессиональной этики

Тэги: правоохранители, адвокаты, профессиональная этика, нарушения, заказные дела, сфабрикованные обвинения

On-Line версия

правоохранители, адвокаты, профессиональная этика, нарушения, заказные дела, сфабрикованные обвинения Фото сайта apmo.ru

В адвокатском сообществе отмечают рост числа случаев, когда защитников вызывают к следователям для дачи объяснений или участия в опросе при проведении оперативно-разыскных мероприятий (ОРМ). Однако часто оказывается, что этими процедурами подменяют настоящие допросы, от которых у адвокатов есть законная защита. С помощью подмены силовики пытаются узнать конфиденциальную информацию от адвокатов, чтобы потом обвинить их в разглашении «профессиональной тайны». Продолжаются и попытки переводить защитников в свидетели. Все это в любом случае выводит юриста из процесса.

Совет Адвокатской палаты Москвы уже подготовил рекомендации для попавших в такую ситуацию адвокатов. В документе говорится о «многочисленных обращениях защитников» по этому поводу.

По мнению юристов, действия силовиков посягают на конфиденциальность информации, полученной адвокатом в связи с оказанием им юрпомощи. Следовательно, правоохранители намеренно создают для него риск разглашения адвокатской тайны. В рекомендациях отмечается, что правоохранительными органами в ходе доследственных проверок «все чаще принимаются решения о вызове адвокатов для получения от них объяснений по вопросам, связанным с их профессиональной деятельностью». В палате предупреждают, что это «по своим правовым и профессионально-этическим смыслу и последствиям аналогично вызову адвоката на допрос». То есть в случае дачи объяснений или участия в опросе при осуществлении ОРМ адвокат, как и в случае его допроса, теряет свою независимую позицию. Самим же фактом опроса адвоката создаются формальные основания для изменения его процессуального статуса и отвода от участия в конкретном деле.

Как пояснил «НГ» вице-президент Адвокатской палаты Москвы, партнер КА Pen&Paper Вадим Клювгант, именно такие вызовы адвокатов к правоохранителям – это новая тенденция. Но, как и вызовы на допрос, они обычно имеют недопустимые и незаконные цели: выведывание адвокатской тайны либо воспрепятствование профессиональной деятельности адвоката. Проблема в том, что если специальные порядок и основания вызова адвоката на допрос регламентированы уголовно-процессуальным законом и по этому вопросу есть правовые позиции КС, что затрудняет злоупотребления и произвол, то «специальные гарантии адвокатов от необоснованных вызовов для дачи объяснений и для опроса прямо не предусмотрены законодательством, чем и пытаются пользоваться силовики».

Именно этим обстоятельством, пояснил Клювгант, и вызвана необходимость выработки и опубликования рекомендаций для адвокатов о действиях в рассматриваемых ситуациях, когда вызов связан именно с профессиональной деятельностью адвоката по оказанию юридической помощи доверителю. «В целом же это еще одно негативное следствие отсутствия законодательно установленной ответственности за воспрепятствование профессиональной деятельности адвоката, – подчеркивает Вадим Клювгант. – Но восполнить этот пробел не удается из-за саботажа силового лобби в течение многих лет, несмотря на все усилия адвокатского и правозащитного сообществ, а на определенном этапе – и Минюста».

Член Ассоциации юристов России Мария Спиридонова подтвердила, что у следственных органов сложилась новая практика по вызову защитников для дачи объяснений. Руководствуясь нормами Уголовно-процессуального кодекса РФ и Федеральным законом «Об оперативно-разыскной деятельности», представители следственных структур вызывают защитников для дачи «объяснений». При этом ссылаются на то, что объяснения не входят в состав доказательств. На самом же деле подобное истолкование закона не может применяться, поскольку в той или иной мере нарушает законодательство об адвокатской тайне.

«Применение подобного толкования в обход положений об адвокатской тайне нашло свою цель в получении от адвоката информации, известной о доверителе. Впоследствии это может помочь на стадии предварительного расследования составить новую позицию обвинения, а также может помочь в поиске новых доказательств», – отмечает Спиридонова. Эксперт «НГ» подчеркивает, что такая ситуация – один из способов давления на адвокатуру. Пресечь подобное возможно только по суду, который может дать толкование применяемым следствием нормам и оценку их действиям.

Так, в силу наличия публичных полномочий у сотрудников следственных органов среди адвокатов может возникнуть неясность относительно правоприменения положений, которые пытаются использовать следственные органы. «Для того чтобы устранить подобное регулирование, законодателю надлежит внести поправки в части толкования оперативно-разыскных мероприятий, их сути, а также мер предварительного расследования, проводимых в рамках уголовно-процессуального законодательства», – подчеркнула собеседница «НГ».

Юрист Андрей Лисов тоже считает, что подобные вызовы адвокатов в следственные органы и органы дознания стали серьезной проблемой. «Несмотря на декларируемую защищенность и независимость института адвокатуры, права адвокатов стремительно урезаются, причем не на законодательном уровне, а «снизу», посредством злоупотреблений со стороны среднего и старшего начальствующего состава органов внутренних дел и юстиции», – сетует он. Юрист отмечает, что главной целью силовиков в большинстве случаев, конечно же, становится воспрепятствование работе адвокатов. «Честная и эффективная работа адвокатов очень часто мешает ведению оперативно-разыскных мероприятий, проходящих с явными нарушениями законодательства», – заметил Лисов.

По его мнению, нельзя забывать также о «заказных» делах, которые весьма распространены, особенно в сегменте экономических преступлений. В данной ситуации, продолжает он, нужно повысить контроль за деятельностью правоохранительных органов со стороны надзорных структур: «Прокуратура должна оперативно реагировать на жалобы со стороны адвокатов в воспрепятствовании их профессиональной деятельности, в том числе и путем вызовов в следственные органы и органы дознания». При необходимости должностные лица следственных органов и органов дознания должны привлекаться к ответственности – вплоть до увольнения из органов внутренних дел и возбуждения против них уголовных дел.

Помимо прочего эксперт рассказал также о распространившейся практике задержаний адвокатов по сфабрикованным обвинениям, в том числе относительно «сокрытия фактов преступлений» подзащитных, мошенничества и т.д. Например, адвокатов обвиняли в посредничестве при передаче взяток или в оказании давления на свидетелей стороны обвинения. И данные задержания, по словам Андрея Лисова, тоже «имеют своей целью оказать давление на независимых защитников, вынудив их отказаться от защиты конкретных подследственных или бездействовать, не препятствуя нарушению законов со стороны следователей».

Как отметил председатель КА «Вашъ Юридический поверенный» Константин Трапаидзе, попытки получить объяснения от адвокатов периодически происходят: «Как правило, еще на стадии проверки заявлений о преступлении с целью получения правоохранительными органами доказательства причастности того или иного лица к совершению преступления». Глава AVG Legal Алексей Гавришев напомнил «НГ», что в уголовно-процессуальном законодательстве адвокат отнесен к категории спецсубъектов, в отношении него работает «особый порядок выполнения процессуальных и проверочных действий». Согласно же федеральному закону об адвокатуре, проведение в отношении защитников ОРМ и следственных действия допускается только на основании судебного решения. Также там сказано, что любые сведения, которые стали известны адвокату в силу оказания юридической помощи, являются адвокатской тайной. И адвокат ни под каким предлогом не может такие сведения разглашать без согласия доверителя. Поэтому-то «практически любой вызов адвоката на допрос является незаконным». Правда, уточнил эксперт, разглашение допустимо в тех случаях, когда адвокату стали известны сведения о совершенном преступлении доверителем до начала оказания ему юрпомощи. Юрист AVG Legal Кирилл Орехов описал «НГ», как на практике выглядят действия в отношении адвоката: следователь проводит допрос доверителя в присутствии защитника – и сразу во время него либо сразу после принимает решение и о допросе адвоката. «У адвокатов в таких случаях просто отсутствует возможность обжаловать незаконное решение следователя в порядке гл. 16 УПК», – пояснил эксперт. Он отметил, что попытки выудить сведения, которые стали известны адвокату в процессе профдеятельности, конечно, являются незаконными. И все же правоохранители пренебрегают правами адвокатов, чтобы быстрее раскрыть преступление либо чтобы произвести отвод адвоката в связи с его участием в деле в качестве свидетеля. Как сказал «НГ» член Адвокатской палаты Москвы Александр Иноядов, действительно уже продолжительное время существует практика оказания давления на неугодных, которых под предлогом наделения статусом свидетелей предполагалось отводить от защиты конкретных лиц. Эксперт пояснил, что исключением являются лишь те случаи, когда сам доверитель не возражает против допроса его представителя.

Между тем, заметил «НГ» зампредседателя московской КА «Центрюрсервис» Илья Прокофьев, сам по себе вызов адвоката для дачи объяснений или проведения опроса (допроса) изначально может и не свидетельствовать о нарушении должностным лицом закона либо о злоупотреблении правом. Поскольку «такие действия в отношении адвоката недопустимы только в случае, когда обстоятельства, по которым проводятся следственные или процессуальные действия, относятся к адвокатской тайне». Если же, к примеру, адвокат стал свидетелем совершенного правонарушения (преступления), проходя мимо по улице, то закон не запрещает допросить его в качестве свидетеля. Как показывает практика, часто сотрудники правоохранительных органов, вызывая адвоката на допрос, изначально могут и не знать, что не имеют на это оснований. Но бывают и такие случаи, когда права адвокатов нарушаются намеренно. Основная причина, по словам Прокофьева, – это нехватка у органов предварительного следствия иных доказательств, что делает невозможным расследование уголовного дела без показаний, полученных от адвоката. И, конечно, присутствует и желание намеренно «убрать» адвоката из дела, например, за слишком активную позицию. «В обоих случаях такие действия являются нарушением процессуального законодательства», – подчеркнул эксперт.


Читайте также


Высылать мигрантов домой станут более гуманно

Высылать мигрантов домой станут более гуманно

Екатерина Трифонова

Положение иностранных граждан обсудили на страницах "НГ" киргизский консул и МВД РФ

0
1699
Упрощенное правосудие свело функцию защиты к формальному участию

Упрощенное правосудие свело функцию защиты к формальному участию

Екатерина Трифонова

С 9 января процессуальные состязания сторон проходят по олимпийскому принципу

0
1589
Госадвокатам не перечисляют гонорары и не отдают долги

Госадвокатам не перечисляют гонорары и не отдают долги

Екатерина Трифонова

Защитники по назначению ждут от Конституционного суда справедливых решений

0
1919
Поток гастарбайтеров с семьями стал стратегическим фактором

Поток гастарбайтеров с семьями стал стратегическим фактором

Екатерина Трифонова

Миграционной политике не хватает последовательности

0
3350

Другие новости