«Единой России» больше не нужны «паровозы»

В некоторых регионах губернаторские кампании стартовали буквально с места в карьер. Фото с сайта www.belgorod.izbirkom.ru

В единый день голосования (ЕДГ-2026) прямым голосованием изберут глав восьми субъектов РФ, трое из них имеют статус врио. А еще трое будут утверждены парламентами своих регионов. Все они – за минусом Ульяновской области, где губернатор из КПРФ, и глав Чечни и Тывы – есть в партсписке «Единой России» на выборах в Госдуму. Смысл пребывания там губернаторов – это не выступать для ЕР «паровозами», они ей больше и не нужны, а быть частью партии президента. Но если по Рамзану Кадырову вопросов нет, то по Владиславу Ховалыгу они имеются.

Выдвижение кандидатов на посты глав регионов проходит достаточно активно. Например, в Белгородской области помимо врио губернатора Александра Шуваева заявились представители уже четырех партий – КПРФ, «Справедливой России», ЛДПР и Партии пенсионеров.

В Чечне глава республики Рамзан Кадыров идет на выборы от ЕР, остальные партии пока не представили ему соперников, в Мордовии тоже пока известен только один кандидат – глава республики Артем Здунов (ЕР). А вот в Тыве явно что-то случилось. Во-первых, в избирком документы подали уже четыре кандидата. Это глава республики Владислав Ховалыг (ЕР) и представители КПРФ, ЛДПР и «Новых людей». Но, конечно, гораздо более интересным стал тот факт, что Ховалыга нет в партсписке ЕР на выборах в Госдуму – в отличие от подавляющего большинства региональных руководителей. Напомним, что в 57 региональных подгруппах ЕР состоят 55 губернаторов.

«НГ» решила посмотреть, что происходит с теми, у кого в этом году или выборы, или перевыборы. Ранее главы регионов первой категории выступали у ЕР в роли «паровозов», аккумулируя и концентрируя административный ресурс для достижения партией высоких результатов – вместе со своими результатами. А врио обычно не рисковали выходить на первые позиции в рамках депутатских кампаний.

Как выяснила «НГ», если с Русских и Кадыровым все понятно: один – из другой партии, второй – выстраивает собственные отношения с федеральным Центром, то казус Тывы, наверное, надо изучать с той точки зрения, что в Госдуму от ЕР выдвинулся предыдущий глава республики. А так во главе региональных подгрупп ЕР оказались все избираемые ныне губернаторы, включая и тех, кто не идет на прямые выборы, а утверждается парламентом. Это, к примеру, врио главы Дагестана и действующие руководители Северной Осетии и Карачаево-Черкесии.

Глава Политической экспертной группы Константин Калачев напомнил «НГ», что если участие губернаторов-старожилов и можно объяснить желанием электорально помочь ЕР, то намерение новичков – это получить «мандат доверия» со стороны Кремля: «Это демонстрация не только лояльности и причастности к «государевым людям», но и того, что федеральный Центр не ошибся в своей кадровой политике и сделал ставку на тех, кто готов с ходу войти в кампанию и взять на себя ответственность за результат партии. И что, будучи только назначенными, они готовы вкладываться организационно и политически в общий результат партии власти».

Руководитель Центра развития региональной политики Илья Гращенков сказал «НГ», что он действительно трактовал бы участие глав регионов в думском списке ЕР не только как технологию «электоральных паровозов». «В случае действующих губернаторов и особенно врио – это еще и публичная фиксация их места в президентской вертикали. Губернатор в такой конструкции выступает не просто администратором региона, а политическим представителем общей линии власти», – пояснил он. По словам Гращенкова, для врио тут имеется и дополнительный смысл: «Они еще только проходят процедуру легитимации в регионе, и включение в список ЕР фактически встраивает их губернаторскую кампанию в федеральную кампанию партии президентского большинства. Это сигнал региональным элитам, муниципалитетам, бизнесу и избирателям: перед вами не временная техническая фигура, а человек, на которого системой сделана ставка».

При этом эксперт подчеркнул, что не стоит автоматически считать отсутствие того или иного губернатора в думском списке ЕР признаком скорой отставки. «У больших региональных фигур могут быть другие каналы демонстрации лояльности – личный политический вес, особый статус региона, участие в федеральной повестке, силовой или мобилизационный функционал. Но если отсутствие в списке совпадает с другими признаками – слабым результатом, конфликтами элит, потерей федерального внимания, тогда это уже может читаться как тревожный сигнал», – заметил Гращенков.

В то же время, по его оценке, главная тенденция первого этапа кампании в том, что «ЕР собирает не просто партийный список, а вертикаль ответственности». Думская кампания сшивается с губернаторскими, региональными и муниципальными – и от губернаторов ждут не только административного сопровождения выборов, но и личного политического результата. «Поэтому-то главы регионов в списке ЕР – это и демонстрация, что они «государевы люди», и еще форма персонального обязательства: отвечать за результат партии президента на своей территории», – констатировал Гращенков. При этом, конечно, новое здесь не сама технология, а степень ее политической нагрузки. Ведь кампания «проходит в условиях СВО, бюджетного напряжения, тревожности общества и растущих бытовых проблем» – и поэтому списки ЕР должны показывать не только управляемость, но и «мобилизационную спаянность системы – федеральный Центр, правящая партия, губернаторы и региональные элиты идут в одной связке».