Владислав Мальцев
Свобода на египетских баррикадах приобретает все более обскурантистский образ.
Фото Reuters
«Арабская улица» яростно бурлит. Пример Туниса, где 14 января в ходе жасминовой революции правивший страной начиная с 1987 года президент Зин аль-Абидин бен Али вынужден был бежать за границу, отдав власть оппозиции, оказался заразителен – такие же авторитарные режимы, задрапированные для поддержки Западом демократической риторикой, десятилетиями правят почти во всех арабских странах. 21 января тысячи демонстрантов выходят на улицы столицы Иордании Аммана с требованиями отставки премьер-министра Самира Рифаи. Утром 22 января столкновения оппозиционеров с полицией происходят на улицах алжирской столицы: центр города полностью блокирован спецназом, в ход пущены резиновые пули и газ, раненые есть и среди демонстрантов, и среди полицейских (то же происходило накануне падения режима бен Али в Тунисе). 25 января уличные волнения вспыхивают в крупнейшей стране арабского мира – Египте. В ходе продолжающихся вплоть до настоящего времени ожесточенных уличных боев демонстрантов с полицией в крупнейших городах страны ранены и убиты уже сотни человек. 27 января массовые митинги с требованием отставки президента Али Абдалла Салеха произошли в столице Йемена Сане.
Внимание всего мира, безусловно, приковано прежде всего к Египту, где начиная с 1981 года авторитарно правит Хосни Мубарак, наследовавший убитому 30 лет назад исламистами Анвару Садату. Во-первых, это самая густонаселенная страна Ближнего Востока (82 млн. человек, из которых 22 млн. сосредоточены в агломерации «Большого Каира»). Здесь проживает почти четверть арабского населения планеты. Во-вторых, уникально стратегическое положение Египта – по его территории проходит Суэцкий канал, одна из крупнейших транспортных артерий мира. Египет непосредственно граничит с Израилем, и его позиция на протяжении всего периода существования еврейского государства определяла состояние мира или войны на Ближнем Востоке – именно Египет нес основную тяжесть арабо-израильских войн 1967 и 1973 годов, именно его примирение с Израилем при Садате и Мубараке позволило начать процесс ближневосточного урегулирования. Смена власти в этой стране полностью перевернула бы всю ситуацию на Ближнем Востоке, как это уже было в 1950-е годы после революции офицеров во главе с Гамалем Абделем Насером.
Происходящее в Египте – массовые сборы молодежи в центрах крупных городов, направляемые через сети микроблогов Twitter и Facebook, – напоминает не только более ранние события в Тунисе, но и беспорядки в Иране в июне 2009 года и в Кишиневе в апреле 2009 года (последние получили в западных СМИ название «революция Twitter’а»), последовавшие за неудачными для местной оппозиции президентскими и парламентскими выборами. Из документов, обнародованных недавно сайтом WikiLeaks, выяснилось, что в последние годы власти США, официально поддерживая режим Мубарака, втайне готовили кадры для местной цветной революции в лице молодежного «Движение 6 апреля». Своим названием оно апеллирует к массовому протестному мероприятию «День гнева», организованному в Египте 6 апреля 2008 года оппозиционным демократическим движением «Кифая!» (по-арабски – «Достаточно!»), а символикой (характерно прорисованный белый кулак на черном фоне) прямо копирует молодежные движения, участвовавшие в цветных революциях в Сербии в 2000 году («Отпор!») и в Грузии в 2003 году («Кмара!», по-грузински – «Довольно!»). Накануне беспорядков 25 января с.г. «Движение 6 апреля» через свою группу в Facebook, насчитывавшую около 87 тыс. участников, призвало египтян выйти на улицы с требованиями политических реформ и смены власти. Неудивительно, что 27 января президент США Барак Обама и госсекретарь США Хиллари Клинтон потребовали от Мубарака не препятствовать оппозиционным демонстрациям и разблокировать египтянам доступ к социальным сетям, через которые эти демонстрации координируются. В последовавшие дни митингующие перешли уже к попыткам захвата правительственных зданий в столице Египта.
Между тем в беспорядках в Египте имеется и другой серьезный игрок – исламисты, влиятельнейшая организация «Братья-мусульмане». Еще 19 января официальный англоязычный сайт организации Ikhwanweb.com сообщил о подготовке беспорядков: «Уже 37,5 тыс. человек вступили в группу в Facebook’e с целью принять участие 25 января в акции «День гнева», и их число растет». Позже сайт сообщил, что организация, в том числе член ее исполнительного бюро Абд аль-Рахман аль-Барр, объявила о своем участии в будущих беспорядках и распространила в Facebook специальную картинку-баннер: «Я, член «Братьев-мусульман», буду участвовать в демонстрациях 25 января». После отключения в Египте 26 января Facebook и Twitter значение исламистов, опирающихся на проповеди оппозиционных режиму имамов в мечетях Каира, еще более возросло. Мощнейшая вспышка насилия 28 января, едва не закончившаяся сменой власти в Египте, началась, как сообщают западные СМИ, после завершения пятничного намаза, когда десятки тысяч прослушавших проповеди верующих хлынули из мечетей на улицы и вступили в бои с полицией. Ближайшая к президентскому дворцу мечеть была даже заранее закрыта из опасения, что она станет местом сбора протестующих. 31 января исламисты заявили о том, что отказываются признать новое правительство Египта, сформированное Мубараком в качестве компромисса с оппозицией, и призывают египтян «не прекращать повсеместные демонстрации до тех пор, пока находящийся у власти режим - президент, правящая партия, правительство, парламент - не уйдет».
В Иордании местные «Братья-мусульмане» также участвуют в протестах. 16 января на митинге у здания парламента страны, предшествовавшему будущим массовым уличным выступлениям, духовный наставник движения шейх Хаммам Саид заявил, что «тунисцы, свергнувшие тиранию и несправедливость, являются примером для всех арабских народов», и призвал иорданцев «выступить единым фронтом, как тунисцы», против власти. Собравшиеся скандировали: «Ислам – наше решение! Премьер-министр Самир Рифаи, слушай голос масс, настал твой черед!»
Иранский аятолла Ахмад Хатами заявил во время пятничной проповеди 28 января в Тегеране, что «все протесты в Египте, Тунисе, Иордании и Йемене вдохновлены Исламской революцией, эти страны фактически испытывают отголоски иранской революции, и де-факто являются ее прямым следствием». По его словам, свергнутый президент Туниса проводил политику, сходную с политикой шаха в Иране, и его постигла та же судьба. То же ожидает и Мубарака в Египте. Аятолла возвестил, что «эра арабских диктаторов – марионеток Запада уходит в прошлое» и «новая страница истории открывается массовыми демонстрациями, идущими под лозунгом «Аллах акбар!» Я заявляю тем, кто все еще не видит реалий: политической основой нового Ближнего Востока станет исламское правление, основанное на принципах исламской демократии». 31 января о том, что «произошедшее в Иране может повториться в Египте», заявил и премьер-министр Израиля Беньямин Нетаньяху.
Возможно, Арабский Восток ждет «перестройка». Однако не приведет ли демократическая волна к власти исламистов, как это случилось в 2007 году в секторе Газы?
