Владимир Терлецкий Частный исторический музей Станислава Станкевича начинался с экспонатов, рассказывающих обо всем, что связано с последними трагическими месяцами семьи российского императора Николая Романова.
Станислав Евгеньевич родом из Алапаевска, где до сих пор помнят о несчастной доле родственников последнего русского царя: князей Иоанна Константиновича, Игоря Константиновича и Константина Константиновича. Расследование следователя Соколова показало, что всех их вместе с семьями расстреляли, сбросили в шахту, где они лежали довольно долгое время, пока не стали разлагаться. Тогда трупы достали, раздели, а одежду сожгли. Осталась фотография их мертвых тел, опубликованная лишь в наши дни.
Много лет спустя Станкевич красил крышу у дальней родственницы. Сверху увидел за дровяной поленницей какой-то сверток. Оказалось - исторические бумаги. Это были копии документов о высылке из Екатеринбурга в Алапаевск Романовых. Станислав Евгеньевич пошел по дворам опрашивать земляков. Подлинность копий подтвердили родственники комиссара Бориса Булычева, руководившего транспортировкой князей в Алапаевск, - за эту акцию его матери казна стала выплачивать пенсию. Чтобы подтвердить причастность комиссара к "революционному делу", и пришлось собирать бумаги.
Опрашивая земляков, Станкевич сделал еще одно открытие. Оказывается, сожгли не всю одежду царских родственников. У одной женщины, приносившей, бывало, свою стряпню князьям, сохранился черный шелковый шарф в белую полосочку. Станислав Евгеньевич выяснил из материалов уголовного дела, что таковой был у Константина Константиновича Романова. Этот экспонат совместно с изразцом и дверной ручкой от Ипатьевского дома и составил основу романовского уголка в будущем частном музее. Правда, экспертизу шарфика не проводили, а по документам он числится сожженным.
Коллекционер вошел во вкус и стал собирать все, что связано с историей, с ушедшим временем и безвозвратно утерянным бытом. Романовский уголок разросся до "политотдела": рядом с календарем 1918 года соседствуют портреты Сталина, книги тех лет, партийные речи, лозунги ("Изменить кардинально и срочно методы борьбы с преступностью") и т.д.
Официально датой рождения первого в Екатеринбурге частного музея считается 1984 год, когда Станкевичу удалось выбить у руководства СвердНИИхиммаша, где он до сих пор работает начальником бюро, комнату в дворовом клубе, превратившемся со временем в спортивную школу. Сегодня "музей с помойки", как фамильярно называет его хозяин, размещается на 190 квадратных метрах. Как и в любом другом солидном культурном заведении, экспозиция делится на разделы: музей трех революций, музей Победы, картинная галерея, промышленное искусство, этнография и т.д.
Здесь собрано все, что выбрасывается обычно в утиль, но что представляет несомненный исторический интерес, поскольку никем уже не востребовано. Например, у Станкевича можно увидеть щипцы для колки сахарных голов, про которые столько написано в старинной литературе, а также потрогать формы для выпечки пасхальных куличей или проверить в действии деревянные приспособления для закупорки винных бутылок (это на Урале-то!).
Недавно за свое подвижничество Станислав Станкевич был награжден премией Чкаловского района, на территории которого расположен музей. Отношение к нему сразу изменилось: спортсмены перестали откровенно выталкивать его с площадей, а в городе уже подумывают о том, чтобы сделать частную коллекцию филиалом музея истории Екатеринбурга. А пока вопрос решается, многие музеи выпрашивают у частника экспонаты для демонстрации.
Коллекция у Станкевича действительно очень пестрая: от знаменитой "красной рубашоночки", в которой гулял "мальчонка, парень молодой", до "ундервуда", "ремингтона", магниевой вспышки, хаммеровского карандаша и похвального листа 1895 года екатеринбургского епархиального училища.
Но все-таки разнонаправленные разделы экспозиции объединяет личность страстного коллекционера, которого интересует все, что связано с прошлым, но главное - судьбы людские.
Екатеринбург
Дарья Гармоненко 