0
7247
Газета НГ-Сценарии Печатная версия

28.01.2014 00:01:00

Однажды Гарлем уже был Монпарнасом

Сегодня этот крутой район Нью-Йорка переживает второй культурный ренессанс

Анна Кроткина

Об авторе: Анна Кроткина – американская журналистка.

Тэги: сша, общество, ньюйорк, гарлем


сша, общество, нью-йорк, гарлем Интеллектуальная гармония Фото Reuters

«Черные, черные, черные!» – кричал в ужасе испанский поэт Гарсия Лорка, передавая свои впечатления от Гарлема, бедного района Нью-Йорка.

Лорка, приехавший в 1929 году в Америку, чтобы учить английский, был испуган. Гарлем показался ему страшным, диким, почти африканским. В своей поэме «Ода королю Гарлема» он населил этот район многомиллионного города поварами, жарившими крокодилов, зебрами, обезьянами и змеями. Но, плохо владея английским, Лорка просмотрел тот факт, что Гарлем этого времени был населен не дикими африканскими зверями, а афроамериканскими музыкантами, поэтами, писателями, фотографами и библиофилами.

Это был период так называемого гарлемского ренессанса. Гарлем, по словам современников, был в те времена Меккой и Мединой афроамериканской культуры. Здесь, в одном из подвалов, чернокожий композитор Скот Джоплин сочинял «пикантную», по словам современников, оперу под названием «Тримониша», в которой должны были принять участие артисты разных рас. Тут веселили душу и радовали ухо молодые джазисты Дюк Эллингтон, Уилли Смит, Джелли Ролл Мортон.

Именно гарлемские чернокожие музыканты Вернон Кастл и Джеймс Юроп очаровали весь мир мелодией фокстрота. Отбросив скучный пуританизм, этот танец отплясывала нью-йоркская молодежь, доказывая всему свету, что от свободолюбивого фокстрота до равноправия полов и рас всего несколько шагов. «Гарлем – это преддверие рая», – сказала одна из его жительниц, писательница Арна Бонтемпс.

В этом раю было тесно, комнаты любого размера были нарасхват. Сдавались подвалы, чердаки и даже отдельные койки на несколько часов в ночь – на них мигранты с американского Юга спали по очереди. Новоприбывшие гарлемцы мечтали о работе носильщиков, грузчиков, швейцаров и служанок. «Простой негр никогда не слыхал ни о каком гарлемском ренессансе», – сказал однажды со вздохом афроамериканский писатель Ленгстон Хьюз. Но взлет и падение Гарлема и судьба его многочисленного и все прибывающего бедного населения оказались неразрывно связаны с судьбой творческого класса.

В течение 13 лет сухой закон помогал процветанию многочисленных клубов и танцевальных холлов Гарлема – под звуки новой, авангардной музыки посетителям нередко продавался запретный алкоголь. Когда в 1933 году запрет на спиртное был отменен, музыкальная жизнь Гарлема начала замирать. Настигнувшая Штаты депрессия и крушение банков тоже не способствовали процветанию искусств. Хотя знаменитый Дюк Эллингтон советовал своим слушателям «сесть в метро и поспешить в Гарлем», к концу 30-х началу 40-х годов делать там в принципе было нечего. Афроамериканский писатель-модернист Клод МакKей переехал в Чикаго, всемирно известный певец и актер Поль Робсон предпочел отправиться в Европу, архивист и библиофил Александр Гамби закрыл свой книжный магазин и продал часть своей коллекции; социолог, публицист и первый афроамериканский выпускник Гарварда Уильям ДюБойс переехал в Атланту. Закрылся и знаменитый в Гарлеме «Котонклуб», его певцы и музыканты разъехались кто куда.

Ансамбль песни и пляски «У нас на районе».	Фото  Reuters
Ансамбль песни и пляски «У нас на районе».
Фото  Reuters 

Большинство историков считают, что гарлемский ренессанс закончился 19 марта 1935 года, в день разгрома черным населением местных магазинов. Беспорядки начались из-за недоразумения. Пятнадцатилетний пуэрториканский подросток был пойман в магазине за кражей перочинного ножика. Несмотря на то что он прокусил заведующему магазином палец, с ним решили не связываться, и мальчик был выпущен через черный ход. Когда карета «скорой помощи» подъехала к магазину (ее вызвали, чтобы перевязать укушенного), по Гарлему поползли слухи, что малолетний воришка убит.

Погромы не способствуют благосостоянию. Потеряв свой культурный блеск и приобретя репутацию опасной части города, Гарлем превратился в один из самых нищих, преступных и запущенных районов Нью-Йорка. К 80-м годам ХХ века Гарлем выглядел как местность, претерпевшая бомбежку, – обгорелые и заколоченные здания, перекати-поле мусора, поросшие бурьяном пустыри.

Но ничто не стоит на месте в мире, где цены на недвижимость растут, а населению свойственны кочевые привычки. «Еще недавно тут была страшная преступность, я тут жить не стал бы. Теперь намного лучше, хотя дальше в нескольких кварталах на восток перемен пока мало»,– поделился со мной водитель такси, эмигрант из Африки, по дороге к моим знакомым художникам, поселившимся в Гарлеме лет восемь назад. Моя гарлемская знакомая, фотограф и кукольница, подтвердила слова таксиста: «Иногда бывают перестрелки. Недавно грабили соседнюю аптеку прямо в 11 утра, и грабитель был застрелен полицией, но тут намного дешевле квартиры. И самое главное, что я с тремя маленькими детьми могу пешком дойти от своего дома до музеев, выставок, театральных представлений. Это было бы невозможно, живи мы в другом районе Нью-Йорка».

«А для меня Гарлем привлекателен другим. Мне нравится здесь музыкальность речи, мне нравится, что когда идешь пешком по улице, прохожие тебе смотрят в глаза. Тебя видят, но не считают врагом. Чем больше ты отличаешься, тем больше ты можешь жить по своим правилам – свободно фотографировать на улице, например», – сказала другая художница и фотограф, Аня Роз.

Когда писательница и журналистка Шарифа Родес-Питс (автор книги «Гарлем без места») переехала в 2004 году в Гарлем, ее выбор места жительства виделся ею как акт расового самосознания и протеста против «белой» культуры. Но ее решение было далеко не уникально – начиная с конца 90-х годов афроамериканские художники, танцоры и поэты, как и их белые коллеги, начали понемногу переселяться в Гарлем в поисках самоопределения, умеренных квартплат и недорогих рабочих студий.

Когда речь идет о квартирном вопросе, художники и поэты ошибаться не могут. Так думают потянувшиеся за ними преподаватели, журналисты, архитекторы и другие представители творческих профессий, живущие на умеренного размера зарплаты. Собрав свои пожитки, эта вторая, не менее разнорасовая и более многочисленная, волна «креативщиков» начинает переселяться в район, куда еще недавно не ступала нога мало-мальски зажиточного гражданина. А там уже спешат открыться кафе, где можно выпить чашечку крепкого кофе, магазины здоровой пищи со свежевыжатыми овощными и фруктовыми соками и пряно пахнущие лавчонки с доброкачественным мылом и кремами, сделанными собственными руками хозяйки.

В последнюю очередь Гарлемом заинтересовались крупные строительные компании. Понимая, что творческий класс – это главный герой гарлемской истории, городские власти пообещали, что строители новых зданий будут обязаны отводить первые этажи под танцевальные студии, выставочные залы, театральные помещения.

Духовная пища хороша, но надо и меру знать...	Фото Reuters
Духовная пища хороша, но надо и меру знать...
Фото Reuters

Однако далеко не все приветствуют перемены: «Я боюсь, что через несколько лет мне в Гарлеме квартиру снимать будет не по карману. Многим моим соседям тоже придется переехать», – сказал мне молодой художник-ювелир по имени Брендон. Не рад новым соседям и хозяин одной из гарлемских книжных лавок. «Посмотрите, какие книги я продаю, – ни туристы, ни белые, переехавшие в наш район, мои книги не покупают», – сказал он мне, указывая на столы с разложенными на них книгами о рабстве, томами истории борьбы за расовое равноправие и биографиями афроамериканских политических деятелей. Но в уютном новом ресторане под названием «Винатериа», принадлежащем исконной жительнице Гарлема Ивет Липер-Буэно, демографические изменения района вызывают только энтузиазм. «Во всем городе люди разных рас живут вместе, и в Гарлеме теперь так. Но атмосфера у нас все-таки особенная. Незнакомые люди у нас часто вступают в беседу, знакомятся. У нас дружелюбней», – сказала мне менеджер ресторана и специалист по винам Габриела Давогусто.

К нашему разговору присоединился и ресторанный бармен Тимоти Болдри, оказавшийся еще и профессиональным фотографом. «Я переехал в Гарлем 10 лет назад. Раньше мне надо было ездить на работу через весь город, а теперь все рядом. Конечно, некоторым старожилам новшества не по душе. Местные ребята даже били камнями окна в отстраивающихся домах, но с процветанием не поспоришь», – заключил он.

Но что такое процветание, каждый понимает по-своему. Сможет ли динамичная культура креативного класса мирно ужиться с бытом коренных обитателей Гарлема – покажет время.

Что такое «креативный класс», по вашему мнению?

Данные в % от опрошенных
«Творческий класс»; «творческие люди с различными идеями»; «класс, позволяющий себе неординарные решения»; «люди с интересным мышлением»; «люди с нестандартным мышлением»; «с альтернативным мышлением»; «класс, где дети творческие, и творчество их в любом направлении». 3%
«Это успешные люди, например из шоу-бизнеса»; «люди, которые могут себе позволить многое»; «наиболее влиятельные люди»; «богатые люди»; «олигархи»; «золотая молодежь». 2%
«Класс развивающий»; «класс по улучшению»; «инновации пытаются ввести, что-то новое, свежее, наподобие рационализаторов прежних»; «созидание ответственное»; «люди, стремящиеся к улучшению своего существования». 2%
«Ассоциируется что-то со средним классом»; «который живет выше среднего»; «это класс выше среднего уровня жизни»; «выше среднего по доходам»; «живущие в достатке». 2%
«Идут впереди и современны»; «с прогрессивными взглядами»; «продвинутые люди в своей области»; «продвинутые люди – изобретатели, исследователи»; «тот класс, который ощущает себя на острие проблем». 1%
«Выдумка политологов»; «высказал президент»; «воры – правительство»; «из ряда вон выходящие – стрижки, модели»; «московское понятие, не влияющее на провинциальных жителей»; «те, кто выходил на митинги в 2012-м»; «молодежное новое»; «люди, ответственные за будущее страны»; «не могу объяснить, но понимаю». 1%
«Это класс, который мешает людям»; «это люди третьего сорта»; «люди, которые выпячивают себя всячески»; «у них другой смысл жизни, смотрят свысока на окружающих»; «раковая опухоль государства, которая ничего не производит»; «свищи на нашем теле»; «такого класса не существует, а те, кто так себя называет, – офисный планктон». 1%
Затрудняюсь ответить или нет ответа 88%
Источник: фонд «Общественное мнение»
Как вы считаете, сейчас люди в России имеют достаточно свободы, слишком мало свободы или слишком много свободы?

1990 1997 2007 2010 2011 2012
Слишком мало свободы 38 20 12 17 18 18
Достаточно свободы 30 32 57 61 51 59
Слишком много свободы 17 34 24 13 23 16
Затруднились ответить 16 14 6 10 8 7
Источник: Левада-Центр
Нужна ли вам лично свобода?

свобода слова свобода митингов и демонстраций свобода выезда за рубеж
Определенно нужна 37 23 39
Скорее нужна 46 39 37
Не очень-то нужна 11 24 13
Совершенно не нужна 3 9 7
Затруднились ответить 4 6 4
Источник: Левада-Центр

Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Финляндия и Швеция почти вступили в НАТО

Финляндия и Швеция почти вступили в НАТО

Геннадий Петров

Обе страны ждет чреватая сюрпризами процедура ратификации протокола о присоединении к альянсу

0
1090
В Киеве хотят создать аналог идеологического отдела ЦК КПСС

В Киеве хотят создать аналог идеологического отдела ЦК КПСС

Наталья Приходко

Украинские депутаты озадачились продвижением национальной и гражданской идентичности

0
1183
Пожилые граждане зарабатывают, как студенты

Пожилые граждане зарабатывают, как студенты

Анастасия Башкатова

Вторая половина трудовой жизни гарантирует проблемную старость

0
1525
Восточные регионы Украины получили российских кураторов

Восточные регионы Украины получили российских кураторов

Иван Родин

Они будут организовывать референдумы, а пока – обеспечивать тылы спецоперации

0
1423

Другие новости