Немецкий порядок в научной политике

Специалисты Центра Гельмгольца в Дрездене-Россендорфе (HZDR) работают над созданием компактных ускорителей частиц на основе лазеров. Фото с сайта www.helmholtz.de

С момента объединения страны в 1990 году до наших дней Германия прошла значительный путь в развитии государственной научной политики. После воссоединения перед руководством стояла задача интегрировать научно-исследовательскую систему Восточной Германии в общенациональную, повысить эффективность научных институтов и укрепить позиции страны как одного из мировых лидеров в области исследований и инноваций. Каковы же ключевые аспекты научной политики ФРГ на федеральном и земельном уровнях.

Федеративная структура

Научная политика Германии формируется в условиях федеративного устройства, где ответственность разделена между федеральным центром и федеральными землями. Федеральное правительство через Министерство образования и научных исследований (BMBF) определяет общенациональные стратегические приоритеты, финансирует крупные программы и национальные научные организации. Земли же отвечают за высшие учебные заведения и региональные научные учреждения, вкладывая значительные средства в развитие университетов и инновационной инфраструктуры на своей территории.

Важным механизмом координации усилий стал совместный «Пакт за исследования и инновации» (Pakt für Forschung und Innovation), в рамках которого Федерация и земли договорились о стабильном росте финансирования ведущих научных организаций. Первые соглашения предусматривали ежегодное увеличение базового финансирования на 5% в период до 2015 года, а продление пакта до 2030-го закрепило дальнейший рост на 3% ежегодно вплоть до 2025 года.

Эта программа обеспечивает таким организациям, как Общество Макса Планка, Общества Фраунгофера, Союз им. Гельмгольца, Союз Лейбница и Немецкое научно-исследовательское сообщество (DFG), гарантированное постепенное увеличение бюджета и, следовательно, плановую стабильность развития.

При этом каждое из 16 земельных правительств разрабатывает и собственные инициативы в сфере науки и инноваций. Например, правительство Баварии запустило в 2019 году амбициозную программу Hightech Agenda Bayern – региональную «технологическую повестку», нацеленную на развитие приоритетных направлений (искусственный интеллект, вычислительные технологии, новые материалы и др.). В рамках этой инициативы Бавария инвестирует около 5,5 млрд евро в 2020–2027 годах, что сделало ее крупнейшей региональной инновационной программой в Германии.

В целом федеративная модель позволяет сочетать общефедеральные приоритеты с конкуренцией и инновационными инициативами на региональном уровне, что укрепляет всю научную экосистему страны.

Движение денег

За период 1990–2025 годов финансирование науки в Германии существенно возросло как в абсолютном выражении, так и относительно экономики страны. 

Общие расходы на исследования и разработки (включая государственные и частные) выросли с около 60 млрд евро в середине нулевых до почти 130 млрд евро в 2023 году. В 2023-м на НИОКР приходилось 3,1% ВВП Германии. Для сравнения: США – около 3,4%, Китай – 2,4%.

Структура финансирования выглядит следующим образом: около 69% всех расходов на исследования и разработки (R&D) обеспечивает бизнес-сектор, примерно 17% приходится на университеты и оставшиеся 14% – на внеуниверситетские государственные научные учреждения. Такой баланс отражает традиционную для Германии модель партнерства государства и частного сектора в научно-инновационной сфере.

Рост доли НИОКР в ВВП не был равномерным на всем протяжении рассматриваемого нами периода. В 1990-е и начале 2000-х годов вложения в науку росли сравнительно медленно (около 1,4% в год в 1991–2005 годы), и доля расходов колебалась вблизи 2,2–2,5% ВВП. Однако начиная с середины нулевых в научной политике произошел качественный сдвиг: правительство запустило ряд стратегических программ, благодаря которым финансирование науки начало расти ускоренными темпами – в 2005–2019 годах среднегодовой прирост расходов составил 3,4%. В результате уже к 2017 году Германия превысила рубеж в 3% ВВП на НИОКР.

Согласно отчетным данным, эти меры дали ощутимый результат: к началу пандемии Германия занимала 6-е место в мире по научной интенсивности экономики (3,17% ВВП на науку, наравне с США и опережая прочие крупные экономики Европы). Хотя темпы инвестиций Китая, Южной Кореи и некоторых других стран опережают европейские, Германия закрепила за собой статус одного из мировых научно-инновационных центров.

Инициативы о превосходстве

В ГДР ведущей структурой была Академия наук (AdW) с сетью институтов, подчиненных единому руководству, тогда как в ФРГ научный ландшафт был децентрализован (университеты, общества Макса Планка, Фраунгофера и пр.). В ходе переговоров об объединении было принято принципиальное решение ликвидировать Академию наук ГДР и интегрировать ее институты в западногерманскую систему.

Эта задача (Einpassung – встраивание) была возложена на Научный совет Германии (Wissenschaftsrat) – экспертов, которые в 1990–1991 годы провели оценку примерно 200 научных институтов бывшей ГДР силами 500 специалистов из ФРГ и Восточной Германии. По результатам аттестации часть институтов была закрыта или сокращена, а лучшие научные коллективы получили шанс продолжить работу в составе западных научных организаций.

Университетский сектор также претерпел значительные реформы, особенно начиная с нулевых годов. Традиционно немецкие университеты финансировались преимущественно из бюджетов земель по принципу выравнивания, что зачастую не стимулировало конкуренцию за качество исследований. Ситуация начала меняться с запуском в 2005 году федеральной программы «Инициатива превосходства» (Exzellenzinitiative). После сложных переговоров между федерацией и землями была достигнута договоренность временно (на конкурсной основе) профинансировать наиболее перспективные научные проекты и вузы для вывода их в мировые лидеры.

В первую фазу (2006–2011) выделено 1,9 млрд евро, во вторую (2012–2017) – 2,7 млрд евро. Средства распределялись по трем направлениям: «Кластеры передового опыта» (Exzellenzcluster – межуниверситетские исследовательские консорциумы по прорывным тематикам), «Университеты превосходства» (ограниченное число лучших вузов, получивших дополнительно десятки миллионов евро на реализацию стратегий развития) и «Аспирантские школы» (Graduiertenschulen – программы подготовки молодых ученых). Этот проект получил неофициальное название «немецкая Лига Плюща». Впервые был привнесен элемент элитарности в традиционно равномерную немецкую высшую школу.

В итоге за прошедшее десятилетие Германия стала намного привлекательнее для иностранных исследователей, и теперь все больше талантов рассматривают немецкие вузы как место для научной карьеры. С 2019 года программа продлена в формате постоянной «Стратегии превосходства» (Exzellenzstrategie) с ежегодным финансированием около 533 млн евро (75% – федеральный бюджет, 25% – бюджеты земель).

Помимо Excellence Initiative, в нулевые годы были реализованы и другие ключевые программы реформирования науки. Одной из них стал «Высший школьный пакт» (Hochschulpakt) – соглашение между центром и землями 2007 года об экстренном расширении мест в университетах в ответ на приток студентов после демографических изменений и перехода на 12-летнее обучение в школах.

Наконец, в 2014 году было внесено изменение в Конституцию (ст. 91b Основного закона), снявшее прежний запрет на постоянное участие федерации в финансировании университетов. Это позволило после 2020 года сделать программу «Стратегии превосходства» бессрочной и открывает путь для новых федерально-земельных проектов в высшем образовании.

Себе и людям

Международная кооперация – одно из ключевых направлений научной политики ФРГ. В 2008 году федеральное правительство приняло первую «Стратегию интернационализации образования, науки и исследований», а в 2017 году утвердило ее обновленную версию.

В ее рамках были определены приоритеты: развитие научной дипломатии, привлечение талантливых ученых из-за рубежа, расширение двустороннего и многостороннего сотрудничества, поддержка развития научных систем в странах-партнерах и участие в формировании европейской научной политики. Так, в частности, федеральное Министерство образования и науки (BMBF) поставило задачу – довести долю иностранных партнеров в проектах, финансируемых министерством, до 20%. В 2023 году в германских университетах обучалось почти 380 тыс. иностранных студентов (13% от общего числа учащихся), а на должностях преподавателей и научных сотрудников работали более 65 тыс. иностранцев.

Одним из инструментов научной внешней политики стало создание сети Германских центров научных и инновационных исследований (DWIH) за рубежом. Такие центры открыты в Нью-Йорке, Сан-Франциско, Дели, Токио, Сан-Паулу и ряде других мировых научных столиц.

Германия является одним из лидеров ЕС по участию в рамках программ Horizon 2020 и Horizon Europe – немецкие исследователи координировали тысячи проектов, а национальные организации получали наиболее крупное финансирование среди стран ЕС. Немецкое правительство поддерживает принцип открытой науки и научной мобильности в Европе, сотрудничает с европейскими партнерами в создании крупных установок (например, источник синхротронного излучения ESRF, рентгеновский лазер XFEL в Гамбурге, адронный коллайдер FAIR в Дармштадте и др.).

Также на площадках ООН и «большой семерки» немецкое правительство инициировало обсуждения роли науки в достижении целей устойчивого развития (SDG), запустило проекты помощи ученым-беженцам (программа Philipp Schwartz – спасение ученых из зон конфликтов начала действовать с 2015 года).

По цифровому пути

В последние десятилетия цифровая трансформация стала центральной темой научно-технологической политики Германии. Уже в 2006 году, формулируя первую Высокотехнологичную стратегию (Hightech-Strategie), Германия обозначила в числе приоритетов развитие информационных технологий, интернет-экономики и электронных услуг.

Особый импульс цифровизации придала инициатива «Индустрия 4.0», объявленная в 2011 году на Ганноверской промышленной ярмарке. Эта стратегическая концепция, поддержанная правительством, фокусировалась на внедрении кибер-физических систем, роботизации и «умного» производства. «Индустрия 4.0» запустила множество проектов по оцифровке производственных процессов, стандартизации протоколов связи машин, созданию опытных фабрик будущего при ведущих научных организациях.

Следующим шагом стала разработка национальной стратегии в области искусственного интеллекта (AI). В ноябре 2018 года федеральное правительство утвердило программу «Искусственный интеллект, сделанный в Германии», поставив цель вывести страну и Европу в мировые лидеры по разработке и применению AI-технологий. План предусматривает финансирование со стороны государства в объеме 3 млрд евро до 2025 года, при ожидании сопоставимых инвестиций от бизнеса.

Средства направляются прежде всего на исследования – от создания как минимум 100 новых профессур по AI до поддержки интердисциплинарных центров, стартапов и пилотных проектов по внедрению ИИ в промышленность, транспорт и здравоохранение. Стратегия также включает меры по развитию необходимых вычислительных ресурсов (суперкомпьютеры, облачные платформы для науки), нормативное регулирование AI и международное сотрудничество в этой сфере.

Помимо AI, Германия уделяет внимание таким направлениям цифровизации, как квантовые технологии, 5G/6G связь, большие данные, блокчейн и проч. В 2020 году были приняты обновленная Цифровая стратегия и программа «Цифровой путь» в рамках Высокотехнологичной стратегии, направленные на ускоренное развитие цифровой инфраструктуры и навыков.

Германия активно участвует в общеевропейских инициативах – например, проект GaIA-X по созданию европейского облака. В научной сфере происходит масштабная цифровизация процессов исследований: создается Национальная исследовательская дата-инфраструктура (NFDI) для хранения и обмена большими научными данными, внедряются открытые репозитории и стандарты Open Access (Германия одной из первых заключила крупнейшие соглашения DEAL с издательствами для обеспечения открытого доступа к научным публикациям).

Все эти усилия отражают понимание: в условиях четвертой промышленной революции научная политика должна быть неотделима от цифровой политики. Консолидируя усилия государства, бизнеса и научного сообщества, Германия стремится не только адаптироваться к цифровым переменам, но и формировать их, сохраняя за собой конкурентоспособность и технологическую независимость в длительной перспективе.

ФРГ активно пытается привлекать иностранных ученых. Британский физик Стюарт Паркин ведет исследования на экспериментальной установке в Институте микроструктур Общества Макса Планка в г. Галле.  Фото Reuters

Германия славится сильными традициями прикладных исследований и тесной связью науки с промышленностью. Ключевую роль здесь играют внеуниверситетские научно-исследовательские организации, прежде всего Общество Фраунгофера, специализирующееся на доведении технологий «от идеи до рынка». Fraunhofer – это крупнейшее в Европе объединение прикладной науки: оно насчитывает 75 институтов по всей Германии, около 32 тыс. сотрудников, а его совокупный бюджет в 2024 году достиг 3,6 млрд евро.

Особенностью модели Фраунгофера является смешанное финансирование: лишь 14% бюджета составляют базовые дотации федерации и земель, остальное – это контрактные исследования для промышленности и конкурентные проекты. Такая схема обеспечивает постоянную ориентацию на прикладной результат и потребности экономики. Не случайно многие разработки, ставшие промышленными стандартами, вышли из лабораторий Fraunhofer (например, аудиокодек MP3, изобретенный в институте IIS в Эрлангене).

Наряду с Фраунгофером прикладными и тематическими исследованиями занимаются центры общества Гельмгольца (объединяют большие национальные лаборатории по энергетике, космосу, онкологии, геонаукам и др.), а также ряд институтов союза Лейбница (направленные на практические задачи от аграрных технологий до экономики). Их финансирование в основном государственное, но они также все активнее работают с бизнесом.

По оценкам, немецкая экосистема стартапов – одна из наиболее динамичных в Европе. Причем около 10% основателей стартапов в Германии – иностранцы, а среди сотрудников инновационных фирм 22% приезжих специалистов. Это свидетельствует о глобальной привлекательности немецкой инновационной среды и успешности мер по поддержке предпринимательства на основе знаний.

Одной из заметных инициатив нулевых годов стал «Конкурс передовых кластеров» (Spitzencluster-Wettbewerb), проведенный BMBF. В 2007–2012 годах в три раунда были отобраны 15 ведущих региональных кластеров, объединяющих фирмы, университеты и институты по определенным технологическим направлениям (например, «электромобильность в Баварии», «аэрокосмический кластер в Баден-Вюртемберге» и т.п.). Каждый победивший кластер получил федеральное финансирование (до 40 млн евро) на реализацию стратегий развития инноваций. Эта мера, будучи частью Высокотехнологичной стратегии, помогла консолидировать ресурсы в наиболее перспективных для Германии технологических сферах и повысить их международную конкурентоспособность.

Следует подчеркнуть, что научная политика ФРГ традиционно придерживается двухкомпонентного подхода: поддерживаются как фундаментальная наука (в основном через Общество Макса Планка, DFG и университеты), так и прикладные исследования и инновации (через Общество Фраунгофера, Ассоциацию Гельмгольца, программы для бизнеса). Баланс между ними обеспечивается долгосрочными соглашениями.

Результатом стало то, что Германия сегодня занимает высокие места в глобальных рейтингах инноваций. Например, входит в топ-10 по Nature Index публикационной активности и по глобальному инновационному индексу.

Высокотехнологичные отрасли (автомобильная, химическая, машиностроение, фармацевтика) поддерживаются сетью научных партнерств и совместных проектов с институтами. Так, около 37% всех расходов бизнес-сектора на R&D приходится на одну отрасль – автомобилестроение. В свою очередь, научные учреждения ориентируются на практические вызовы: например, сейчас многие институты переориентируют темы исследований на климатически нейтральные технологии, зеленую энергетику, медицинские инновации, что совпадает с национальными приоритетами развития.

Программы и стратегии

За рассматриваемый период в Германии было запущено несколько крупных рамочных программ, определявших вектор научно-технологической политики. Высокотехнологичная стратегия (Hightech-Strategie, HTS) – пожалуй, главная из них. Впервые принятая в 2006 году, HTS стала первой всеобъемлющей межведомственной стратегией инновационного развития Германии. Ее цель – скоординировать усилия разных министерств и частного сектора для превращения Германии в ведущего инноватора мира и достижения целевого показателя 3% ВВП на НИОКР. Позже планку этого показателя подняли до 3,5% к 2025 году.

В последующие годы HTS регулярно актуализировалась: в 2010, 2014 и 2018 годах была представлена версия HTS-2025, сфокусированная на решении конкретных социальных «миссий». Например, переход к экологически чистой энергии, здоровое долголетие, интеллектуальная мобильность и т.п. В рамках HTS было инициировано множество программ – от уже упомянутых конкурсов кластеров и поддержки средних предприятий до специальных проектов, таких как научное обеспечение перехода к возобновляемой энергетике.

С приходом нового правительства в 2021 году стратегия была пересмотрена: с 2023 года вместо HTS действует «Стратегия будущего в области исследований и инноваций» (Zukunftsstrategie Forschung und Innovation). Она сохраняет преемственность, но еще сильнее ориентирует на комплексные вызовы общества и междисциплинарность. В новой стратегии выделено шесть приоритетных целей: достижение климатической нейтральности и циркулярной экономики; лидерство в лечении заболеваний и здоровья для всех; цифровой суверенитет Европы; развитие космоса и океанов; обеспечение социальной устойчивости и сплоченности.

Другими ключевыми программами стали уже упомянутые выше «Инициатива превосходства» (поддержка университетов, 2005+) и «Пакт за исследования и инновации» (институциональная поддержка научных обществ, 2006+). Эти инициативы иногда неофициально называли частью «трех пактов» реформ, наряду с «Пактом для высшей школы» 2007 года. Совокупно они обеспечили крупнейшие за послевоенную историю инвестиции в науку и высшее образование Германии и задали курс на долгосрочное укрепление научной системы.

* * *

Подводя итог, надо отметить, что за период 1990–2025 годы Германия реализовала всеобъемлющую модернизацию научной политики. Интегрировав восточную и западную научные системы после объединения, страна затем сконцентрировалась на наращивании финансирования, повышении конкурентоспособности институтов и университетов, интернационализации исследований и освоении новых технологических волн (цифровизация, зеленые технологии).

Инновационная экономика поддерживается прочным фундаментом из исследований – недаром Германия остается вторым по величине экспортером высокотехнологичной продукции в мире.

Вызовы, конечно, остаются – от конкуренции в области AI до необходимости еще больше вовлекать малый бизнес в инновации. Опыт последних десятилетий показывает, что государственная научная политика ФРГ умеет гибко адаптироваться и задавать амбициозные ориентиры на будущее.