0
7175
Газета Стиль жизни Печатная версия

09.04.2023 17:09:00

Мавританские байки и реалии

Рабство в стране отменили, но оно не пропало

Николай Мамулашвили

Об авторе: Николай Васильевич Мамулашвили – политический обозреватель «Радио России», специально для «НГ-дипкурьера».

Тэги: путешествие, туризм, мавритания, нуакшот, ислам, экономика, санкции, саммит, рф, африка, стандарты красоты


путешествие, туризм, мавритания, нуакшот, ислам, экономика, санкции, саммит, рф, африка, стандарты красоты Хаули спасает голову мужчин от солнца, ветра и песка. Фото Reuters

«Вот мы и на родине знаменитого Отелло – шекспировского мавра», – воскликнула одна из коллег, когда могучий российский Ил-96 приземлился в аэропорту Нуакшота – столицы Мавритании.

«Маловероятно!» – подумал я, вспомнив, что Отелло был мавром-военачальником на службе Венецианской республики. Впрочем, маврами европейцы называли всех мусульман, всех арабов и берберов, которые отвоевали земли у Испании, а затем остались на тех же территориях вплоть до Северной Африки.

В переводе с берберского Нуакшот – это место, где дует ветер. Его приносят сюда великая пустыня Сахара и Атлантический океан. Вокруг столицы, а это прекрасно видно с высоты птичьего полета, все покрыто безжизненными соляными песками, так что местным приходится фактически бороться за выживание. Плодородные земли, а их совсем немного, остались лишь на юге страны. Сахара постоянно наступает, а вместе с ней и бедность – половина страны, по сути, на грани нищеты.

И это несмотря на то что Мавритания богата железной рудой и другими полезными ископаемыми, включая золото, медь, алмазы.

Это африканское государство было последним на земле, где рабство запретили законодательно лишь во второй половине ХХ века – в 1980-м! Однако и сегодня рабство до конца не искоренено. Правоохранительные органы на факты использования рабского труда смотрят сквозь пальцы. Эксперты утверждают, что в неволе по всей Мавритании может находиться около 600 тыс. человек, а это примерно 20% населения страны.

Но в любом случае по сравнению с соседней Мали, где по-прежнему активны исламские радикалы, Исламская республика Мавритания, где живут потомки храбрых воинов, великих и отважных людей-победителей, выглядит территорией безопасной и спокойной. Но это на первый взгляд. На самом деле страна переживает не лучшие времена, и проблемы, в том числе и экономические, надо решать.

Россия готова играть роль посредника в регионе. У Мавритании непростые отношения с соседями. Западный подход – санкции и давление – только ухудшил ситуацию.

Помочь решить региональные проблемы должен второй саммит Россия-Африка. Он пройдет в июле в Санкт-Петербурге, и делегацию из Мавритании там ждут. Мавритания заинтересована в поставках углеводородного топлива, продовольствия и удобрений из России. Об этом заявил глава МИДа Сергей Лавров, посетивший Мавританию в минувшем феврале. Он также отметил, что флагманом партнерства России и Мавритании является рыболовство. «Российские сейнеры ежегодно осуществляют промысел в исключительной экономической зоне Мавритании. Мы признательны за то, что им создаются благоприятные условия. Условились принять дополнительные меры, чтобы эта работа была максимально эффективной и комфортной», – было сказано министром в стенах местного МИДа.

И именно там я увидел, как, словно свалившиеся с неба, мавританские спецназовцы, отлично экипированные, с неизменными автоматами Калашникова, берут под свой контроль все входы в здание. Репортеры немного напряглись. Сразу подумалось – неужели военный переворот? И дело не только в журналистских догадках и предположениях, граничащих с фантазией, достойной сценария крутого боевика. В столице Мавритании ситуация в целом стабильная. Тем не менее в Нуакшоте с 23.00 действует нечто подобное комендантскому часу. На досмотр силы правопорядка останавливают практически все автомобили. В городе много полицейских патрулей, да и перевороты в Мавритании случались – последний в 2008 году.

7-12-2480.jpg
Спецназовцы считают автоматы Калашникова
лучшим в мире оружием. 
Фото из архива автора
Спецназовцы оказались довольно благожелательными и общительными. Даже разрешили сделать пару снимков на память, а их капитан долго жал мою руку и что-то говорил по-французски, из чего я понял только одно. Автомат Калашникова и в Африке считают лучшим оружием в мире, особенно самую первую модель – АК 47, которой, собственно, и были вооружены местные спецназовцы.

Кстати, официальный язык в Мавритании арабский, хотя население в основном говорит на местном бедуинском диалекте – хассании.

И тут же во дворе МИДа ко мне так же на французском обратилась коллега из местного ТВ и через секунду с легкостью перешла на английский. Она напомнила, что некогда гордые мавры успешно штурмовали крепости Испании. Затем, правда, сильно сдали свои позиции. На протяжении 40 лет, а это уже в прошлом веке, Мавритания была французской колонией. Полную независимость страна обрела в ноябре 1960 года. Сегодня Мавритания отсиживаться в тени Франции не собирается. «У нас все будет хорошо, – заключила моя мавританская коллега. – Главное, чтобы нам никто не мешал».

За ту минуту, что она говорила со мной, я успел разглядеть ее руки, исколотые, как мне показалось, татуировкой бордово-коричневого цвета. Но оказалось, что ее руки были просто разрисованы хной. Подобная техника – наносить узоры – называется мехенди. Помимо Мавритании она распространена в Малайзии, Индонезии и Индии. Оказывается, в стародавние времена мехенди с учетом дезинфицирующих свойств хны женщины активно использовали для обработки рук и ногтей.

Сделав комплимент в части красиво нанесенных на руки узоров, заодно захотел спросить и про очень странные местные стандарты женской красоты, о которых мне говорили накануне поездки. В то время как во всем мире самыми красивыми считаются стройные женщины, в Мавритании самыми красивыми считаются полные дамы. И что якобы когда девушке исполняется 15 лет, ее начинают активно откармливать до тех пор, пока она не наберет нужный вес – у худой женщины практически нет шансов выйти замуж…

Но сдержался, не спросил – во-первых, посчитал неудобным, а во-вторых, все это было похоже на байку. Во всяком случае, за сутки в Нуакшоте я так и не встретил ни одной пышнотелой дамы. Наверное, не там ходил!

К слову сказать, моя собеседница была одета в национальное платье – мелафу, чем-то напоминающее индийское сари, но гораздо более широкое и просторное, с многочисленными складками с возможностью накинуть их на голову в качестве капюшона, или, если угодно, шали. В здании МИДа сотрудниц в подобных одеяниях было предостаточно. Мужчины, напротив, все в европейских костюмах. Однако в самом Нуакшоте многие представители сильной половины носят одежду, которая очень похожа на одеяние берберов, или туарегов. По сути, это накидка, или широкий халат, в который можно легко завернуться. Называется это бубу. Как правило, бубу белого или синего цвета. Говорят, что даже в самый сильный зной телу в нем прохладно и комфортно. Голову от солнца спасает подобие чалмы или, точнее, тюрбан – хаули. Трехметровый кусок ткани искусно обматывают вокруг головы, да так, что в случае необходимости нижней частью тюрбана мгновенно можно закрыть лицо от ветра и песка.

В таких же одеяниях по столице слоняются попрошайки, которых в Нуакшоте оказалось довольно много. Около нашего автобуса женщина с мальчиком лет 12–13 просила или даже требовала бакшиш. Не знаю, что не понравилось мальчишке, очевидно, он рассчитывал на большую сумму, чем купюра в один доллар, но он отбежал в сторону и со свирепым лицом стал слать в нашу сторону проклятия и даже сделал характерный жест, проведя ладонью по горлу от уха до уха.

«Мальчик оскорбился из-за американского доллара – ждал угию, наверное», – пошутил коллега. Угия – национальная валюта, которая равна примерно двум нашим рублям. Официально магазины не принимают иностранную валюту, но в большом супермаркете рядом с отелем доллары принимали, правда, обсчитывая нещадно.

А куда деваться, когда уже за полночь и все банки и обменные пункты давно закрыты. За три бутылки обычной минеральной воды (0,5 литра) продавец, не моргнув глазом, содрал с меня 5 долларов (прекрасно понимая и используя мое безвыходное положение – как же в Африке без воды!) и сразу же закрыл кассу на 10-минутный технический перерыв.

Что же, все правильно, подумал я, вспомнив знаменитую фразу из драмы Шиллера: «Мавр сделал свое дело, мавр может уходить». 

Нуакшот-Москва


Читайте также


Рынок ждет экстренного сокращения нефтедобычи

Рынок ждет экстренного сокращения нефтедобычи

Ольга Соловьева

Стоимость барреля Urals уже опустилась ниже обозначенного Западом потолка в 60 долларов

0
3062
Минфин анонсировал новую налоговую реформу

Минфин анонсировал новую налоговую реформу

Анатолий Комраков

Бизнесмены просят у государства хотя бы пять лет фискальной стабильности

0
2425
Власти Грузии все настойчивее пробиваются в НАТО

Власти Грузии все настойчивее пробиваются в НАТО

Артур Аваков

Евроинтеграции для Тбилиси оказалось мало

0
1932
Китай не отвернется от России под нажимом Брюсселя

Китай не отвернется от России под нажимом Брюсселя

Владимир Скосырев

Си призвал ЕС отказаться от курса на конфронтацию с Пекином

0
2588

Другие новости