Фармацевтическая аритмия

На нашем аптечном базаре (другого приличного слова для отечественного рынка лекарственных средств не придумать) случился очередной дефицит. Исчезли из продажи все лекарственные формы амиодарона. Выложивший эту информацию в сети врач Алексей Эрлих тотчас выяснил, что произошло это во всей стране разом: в Питере, Москве, Новосибирске, Кемерове, Нижнем Новгороде, Саратове, Иркутске, Краснодарском и Ставропольском краях.

И ладно бы выпускал этот препарат один зарубежный производитель – нет, есть несколько заводов отечественных. Импортозамещение налажено. Препарат не самый дорогой, но весьма востребованный: его принимают десятки, если не сотни тысяч людей с нарушениями ритма сердца. Заменить его «просто так» нельзя: антиаритмическая доза подбирается индивидуально, и обычно не с первого раза. Используется препарат и по другим показаниям.

Краткое расследование показывает, что в ближайший месяц, а то и два его в российских аптеках не будет. Уже сейчас народ занялся серыми перевозками из региона в регион и из-за ближайшей (и не только) заграницы. Контрабанда – не контрабанда, а жить-то хочется.

Сразу пресеку вопросы: лекарство это в основном пациенты сами покупают в аптеке, значительно меньшее число получает его бесплатно.

Пропал препарат, жизненно необходимый для кого-то. Но выясняется, что пропадает у нас постоянно что-то без всякого предупреждения, а главное, без всяких разъяснений, когда ждать появления. То азатиоприн, без которого не лечат многие опухоли, то антибиотики, то препараты для лечения редких, но тяжелых заболеваний, например миастении. Последний выдающийся случай: Роспотребнадзор объявляет священную войну кори, но вакцины от кори в стране нет (кажется, наконец появилась). Как не было совсем недавно целый год вакцины от полиомиелита.

Минздрав, региональные департаменты стоят от этого в стороне. Нет дела и Росздравнадзору. Иначе говоря, нет дела никому: вы там торгуете лекарствами, ну и торгуйте. Сфера торговли – на несчастиях людей. Ибо нет в стране системы государственного лекарственного обеспечения. Никто не несет ответственности за доступность лекарств для населения. Не найдете вы таких записей в законах и постановлениях правительства.

Тихо и незаметно аптечные сети вытеснили аптеки. Настали времена полных монополий в аптечном бизнесе. Дистрибьюторы закупили себе аптеки по всей стране, да еще и производство дешевых заменителей-суррогатов освоили. И с прошлого года начали активно диктовать, что и как они будут продавать. По добытым с пристрастием сведениям, размеры «компенсационного взноса» сетям от производителей лекарств достигает 50% от цены препарата. Эта «компенсация» была и раньше, но умещалась в 10%. Чтобы аптекарь предложил «нужный» препарат или выложил на видное место продаваемое с «пристрастием».

Каждый легко может своими глазами увидеть приоритеты в аптеках: это и лекарства-пустышки, и приборы-пустышки, разнообразные БАДы. И разве интересует регуляторов отсутствие подтвержденной эффективности какого-нибудь чудо-магнита?

Аппетиты аптечных сетей выросли. Но конечная, продажная цена на многие препараты «зажата» регулировкой предельных отпускных цен. Иначе говоря, производитель не может продать дороже, чем это написано в утвержденном документе, – оштрафуют. И он вынужден снижать свои доходы от продаж даже дорогих препаратов. Хорошо, если на заре формирования предельных цен лет 10 назад удалось заложить маржу в 300–400% – есть куда падать. Но – недолго. И если раньше говорили о «вымывании» с прилавков дешевых, но не всегда нужных лекарств, то теперь наступил черед эффективных и жизненно необходимых. Аптечной сети нужна прибыль, ее всякие социальные глупости не очень-то волнуют.

Естественный вопрос: где государство? А оно занято совсем другим. Оно развлекается со всякими перечнями лекарств – жизненно необходимых, где огромен удельный вес (не менее 10%) фейковых препаратов-пустышек, ассортиментными перечнями для аптек и т.д. Еще государство перекладывает из кармана в карман деньги на закупки лекарств для всяческих «программ»: обеспечение редких высокозатратных болезней (устоявшееся название – «7 нозологий», хотя там уже 15 разделов, а заболеваний – больше), ОНЛС (федеральная льгота), пытается регулировать региональную льготу. А еще есть чернобыльцы, беременные женщины, дети, больные астмой и диабетом, жены ветеранов войны…

Население в нашей стране разделено на многочисленные категории. И люди, входящие в категории, должны быть благодарны: им же льготу дают. Добиться получения лекарств по льготе нормальный человек не способен, и потому большинство ею не пользуются. Есть области в стране, где 96% жителей отказались от льготы и берут у государства деньгами. Причем деньги эти идут не через структуры Минздрава или медицинского страхования, а через… Пенсионный фонд. Который в обеспечении лекарствами, как нетрудно догадаться, не заинтересован вовсе.

Давно надо порушить эту систему монетизации льгот, придуманную в бытность министром здравоохранения Михаила Зурабова. Это кощунственно – монетизировать здоровье.

20 лет ведутся бесплодные дискуссии о системе лекарственного обеспечения в нашей стране. Как это сделать, совершенно понятно. Дополнительных денег не потребуется. И здоровье людей скачкообразно улучшится. Но решения как не было, так и нет. Одни разговоры и обещания. Так что, когда произносят слова о социальной ответственности государства, нужно точно знать: социальная безответственность есть, а вот ответственности незаметно.