0
8704
Газета Я так вижу Печатная версия

15.05.2022 19:51:00

В Туркменистане начали с мелких репрессий

Власти пишут новый адат – закон

Сердар Айтаков

Об авторе: Сердар Айтаков – эксперт по Центральной Азии (Туркменистан).

Тэги: туркменистан, репрессии, запреты, национальные традиции, женщины


туркменистан, репрессии, запреты, национальные традиции, женщины Президент Сердар Бердымухамедов презентовал книгу отца о смысле жизни. Фото с сайта www.tdh.gov.tm

В Туркменистане вводят новые запреты. Первыми от них пострадали женщины. Они столкнулись с тем, что таксисты отказывались сажать их в машины, особенно на переднее сиденье рядом с водителем. На недоуменные вопросы водители отвечали: «Боланок» (запрещено, нельзя – туркм.) и ссылались на указ, зачитанный им в таксопарках. Пошел слух о том, что частникам также запрещено перевозить женщин, не состоящих в родстве с водителем.

Ограничения коснулись и внешнего вида женщин. В салоны красоты нагрянули «проверяющие» и оповестили сотрудниц, что отныне запрещено оказывать услуги по окрашиванию волос, наращиванию ресниц, ногтей, делать маникюр. Под запрет попали татуаж, дизайн бровей, коррекция губ и груди. Одновременно во всех госорганах и на предприятиях начались проверки женщин перед началом работы – на наличие всего отныне запрещенного. Нарушительницам делалось внушение, и под угрозой штрафа и увольнения они отбывали с работы для исправления выявленных недостатков. Говорили и о внезапных проверках во время рабочего дня – с той же целью, а также с проверкой дресс-кода: женщины должны находиться на работе в национальных платьях, в некоторых случаях приветствовались национальные женские штаны (балак) под этими платьями, конечно. Излишне говорить, что другая одежда отныне сродни госизмене, ведь это расценивается как проявление фронды.

Одновременно стали отлавливать парочки праздношатающейся молодежи, выясняя степень их родства. Если такового не обнаруживалось, нарушителям предстояло выслушать внушение в отделении полиции, а по месту работы или учебы отправлялось извещение – для продолжения профилактики. На пике этой истерии случались проверки прямо на остановках общественного транспорта и с доставкой носящих чужеродное в отдел полиции. Власти даже актуализировали нормы законодательства, резко снижающие сроки абортов – с 12 до 5 недель беременности.

Общество замерло в недоумении. Находясь во внутренней эмиграции, большинство народа пропустило серию специальных конференций и семинаров, проводимых для женщин во всех вузах и прочих государственных местах сосредоточения прекрасного пола. А названием сих мероприятий было: «Особенности норм туркменских национальных традиций, семейной святости, воспитания детей и этикета».

Все говорило о том, что неспроста это, и в воздухе что-то явно сгущалось. 29 апреля президент Сердар Бердымухамедов на заседании кабмина представил правительству и народу 57-ю книгу своего отца, предыдущего президента Гурбангулы Бердымухамедова, под названием «Смысл моей жизни». «Выдающийся философско-литературный труд «Смысл моей жизни» является своего рода квинтэссенцией мудрости и исконно национальных духовно-нравственных ценностей, передаваемых туркменским народом из поколения в поколение на протяжении тысячелетий» – так характеризует эту книгу туркменский официоз.

Теперь все встало на свои места. И даже многочисленные проверяющие и гоняющиеся за нарушительницами нравственных традиций вздохнули свободно, у них появился надежный тыл – обоснование рвения: бывший президент все сформулировал, обосновал и послал в бой.

Вот только ничего нового не произошло. В 2004 году первый президент Сапармурат Ниязов выпустил второй том своей книги «Рухнама», где скрупулезно регламентировал поведение граждан и гражданок в соответствии с «духовно-нравственными традициями туркменского народа». Кстати, было ему на то время 64 года, как и Гурбангуля Бердымухамедову на сегодняшний день.

Складывается впечатление, что с угасанием маскулинности у туркменских президентов происходит одно и то же – просыпается способность к написанию назиданий, особенно регламентирующих нравственность вообще, а женщин – в особенности. А с использованием служебного положения назидания делаются для народа строгой нормой, вербальным правом, обязательным к исполнению.

И роль Сердара Бердымухамедова – и как президента, и как сына своего отца – тут как нельзя кстати. «Нужно понимать, в какой среде формировалась личность Сердара, – говорит один из бывших чиновников, знавший семью Бердымухамедовых. – Его отец во времена Ниязова был высоким чиновником, министром, вице-премьером. И одной из главных его фобий был хулиганский «залет» его сына в компании золотой молодежи. Тогда были случаи, когда за проделки детей Ниязов очень строго наказывал их отцов. Поэтому Сердара держали очень строго, в ежовых рукавицах – дома. А в школе и вузе его окружала атмосфера, построенная на ультранационализме и псевдотрадиционализме, насаждаемая Ниязовым, где роль женщины сводилась к роли матери и домохозяйки, а проявление эмансипации считалось аномалией. И в этом неприятии роли женщин и вообще в широте взглядов Сердар очень невыгодно отличается от отца – откровенного и ярко выраженного сибарита, молодость которого пришлась на «дискотечные», космополитичные, эмансипированные 1970–1980 годы. В духовном смысле Сердар скорей сын Сапармурата Ниязова, чем Гурбангулы Бердымухамедова».

Один из диссидентов говорит на эту тему: «Я бы не стал все эти запреты на проявление эмансипации и вестернизации или просто какой-либо моды связывать с ультратрадиционализмом или мизогинией Сердара. Да, апологеты этого радикального течения были сильны во власти в конце 1980-х и все 1990-е годы, отчасти сохраняя влияние и потом. На самом же деле идеологи и, если можно так сказать, политтехнологи в туркменской власти специально изобретают запреты, формируя «болевые точки» в обществе, на которые давят через силовиков – через полицию, налоговые органы, через прочие государственные институты. Власти нужны поводы для применения мелких репрессий, для психологического давления. Они культивируют постоянный страх перед наказанием, пусть в виде штрафа или иного давления, но от власти такое давление должно происходить постоянно по разным изобретаемым поводам. Это своего рода репрессалии со стороны властей в отношении общества, один из методов угнетения психологического здоровья общества, его самосознания и возможности к самоорганизации. Постоянная демонстрация кнута или палки – вот изначальная причина всех на первый взгляд сумасбродных действий властей по этим самым запретам. Как и постоянный и лжезаконный повод для их применения».

Тем временем официоз сообщает, что в заключительной части книги Гурбангулы Бердымухамедов пообещал поделиться и другими своими мудрыми идеями и наставлениями в следующей книге «Продолжение смысла моей жизни». 


Читайте также


Кодекс об иноагентах укажет на начало зимы

Кодекс об иноагентах укажет на начало зимы

Дарья Гармоненко

Иван Родин

Борьба властей с внешним вмешательством по традиции идет внутри страны

0
1960
Минск на обвинения в пытках отвечает претензиями к Варшаве

Минск на обвинения в пытках отвечает претензиями к Варшаве

Дмитрий Тараторин

Правозащитники проводят акции протеста против насилия над заключенными

0
3068
Присяжным можно прислушиваться к словам обвиняемого

Присяжным можно прислушиваться к словам обвиняемого

Екатерина Трифонова

Верховный суд немного смягчил один из главных запретов для народных заседателей

0
2538
Условия существования пространства и времени по Павлу Флоренскому

Условия существования пространства и времени по Павлу Флоренскому

Андрей Ваганов

Мнимости в геометрии и реалии в жизни

0
3782

Другие новости