Анастасия Башкатова
Фото Сергея Киселева / Агентство «Москва»
В российской экономике в апреле резко подскочила потребительская активность, следует из данных Росстата, обнародованных на минувшей неделе. Другой вопрос в том, как трактовать скачок показателей. Ведь база 2022 года, начиная с тех месяцев, на которые пришелся потребительский шок, была настолько низка, что теперь любой выход в плюс может показаться бурным ростом. Так, в апреле 2023-го оборот розничной торговли в сопоставимых ценах увеличился на 7,4% к апрелю 2022-го. Для полноты картины текущие показатели имеет смысл сравнивать с периодом до шоков 2022 года. Но даже в этом случае возможны разночтения.
Например, в Минэкономразвития (МЭР) сообщили, что «потребительская активность в апреле растет как относительно прошлого года, так и к уровню двухлетней давности». Правда, под потребительской активностью в отчете министерства понимается совокупный показатель, охватывающий не только торговлю, но и платные услуги населению, а также оборот общественного питания. И именно за счет двух последних компонентов потребительская активность как раз и смогла превысить уровень 2021 года, чего о торговле сказать как раз нельзя.
На это указывают и в Институте народнохозяйственного прогнозирования (ИНП) РАН. С одной стороны, «в апреле 2023-го темпы прироста оборота розничной торговли в сопоставимых ценах впервые с марта 2022-го вышли в положительную область». Но с другой – есть отставание торговли от уровня апреля 2021 года. По оценкам, которые приводят в ИНП РАН, оно составляет 3,6% (а по оценкам МЭР, 2,9%).
Хотя в этом отставании экономисты видят и потенциал роста потребительского спроса. Главное – обеспечить соответствующие условия: это увеличение реальных доходов населения и формирование позитивных ожиданий на средне- и долгосрочную перспективу.
Роспотребнадзор на прошлой неделе подвел ковидные итоги для экономики РФ, оценив ущерб от заболевания. Ведомство пояснило: экономический ущерб состоит из прямых медицинских расходов и непрямых потерь экономики – это потери рабочего времени, когда пациент находится на лечении и выбывает из трудовых отношений, также это потери рабочего времени в случае летального исхода пациентов трудоспособного возраста. Определившись с понятиями, Роспотребнадзор сообщил, что «суммарный экономический ущерб РФ от COVID-19 в 2022 году составил не менее 1,6 трлн руб.». Как пояснили в ведомстве, «экономические потери государства от COVID-19 в 2022 году могли быть существенно выше». Избежать этого удалось благодаря своевременному тестированию.
За три года пандемии соответственно экономика РФ могла потерять более 3 трлн руб. – и это только из-за ковида. Напомним, в 2020 году Роспотребнадзор оценивал экономический ущерб от COVID-19 для России почти в 1 трлн руб. В 2021 году ведомство таких оценок не приводило, но можно предположить, что они были сопоставимы. При этом ежегодно удар по экономике РФ наносится, естественно, и другими, «обычными» инфекционными заболеваниями, и речь идет тоже приблизительно о триллионе в год. Если же учесть и все другие заболевания, а также и постковидные осложнения, то можно говорить о еще более внушительных оценках экономического ущерба.
Такие расчеты могут показаться праздными арифметическими упражнениями, однако их можно воспринимать и как важное доказательство того, что вопросы качества здравоохранения и экономического развития не могут рассматриваться изолированно друг от друга.
В международной экономической повестке одной из главных новостей недели стало временное разрешение проблемы с лимитом госдолга США. В субботу президент Джозеф Байден утвердил закон о налоговой ответственности, который приостанавливает действие текущего лимита госдолга (речь идет о 31,4 трлн долл.) до 1 января 2025 года и увеличивает лимит со 2 января 2025 года для выполнения обязательств, установленных в период приостановки.
