Сколько стоит свобода в Пакистане?

После того как бывший премьер-министр Пакистана Наваз Шариф передал в руки государства около 80% средств, принадлежавших его семье, его освободили из тюрьмы с условием немедленно покинуть пределы страны. Что он и сделал, перебравшись в Саудовскую Аравию.

По данным Рашида Куреши, официального представителя пакистанских властей, Шариф "добровольно" отказался от 300 млн. рупий и пяти весьма прибыльных промышленных предприятий ("Бразерс стил миллс", "Ильяс энтерпрайзис", "Худайбия инфиниринг", "Худайбия пейпер миллс", "Хамза спиннинг миллс"). Кроме того, в собственность государства переданы три шикарных особняка, земельные наделы и сельскохозяйственные угодья близ Лахора. Однако государство решило не трогать известный дворец "Райуинд", принадлежащий семье Шарифов. Одновременно представитель властей опроверг наличие какой бы то ни было сделки между Шарифом и пакистанской администрацией, позволившей ему уехать за рубеж. Он подчеркнул, что государство лишь положительно ответило на одну из многочисленных просьб Шарифа о помиловании: не так давно семья Шарифа направила прошение о помиловании на имя главного военного администратора Пакистана Первеза Мушаррафа и президента Рафика Тарара, и администрация на этот раз оказалась благосклонной. В общем, произошло примерно так, как мы и предсказывали (см. "НГ" от 14.10.99, 16.10.99).

Напомним, что пакистанский премьер Наваз Шариф был смещен со своего поста военными в октябре 1999 г. и по обвинению в злоупотреблении властью, коррупции, антигосударственном заговоре предан суду, осужден и помещен в тюрьму для отбытия пожизненного заключения. В последнее время, по свидетельству того же Рашида Куреши, Шариф чувствовал себя совершенно потерянным и отстраненным от жизни. "Часами он сидел на тюремной койке и не отрываясь смотрел в одну точку на противоположной стене камеры. Он почти перестал разговаривать. Казалось, что он переместился в какой-то другой мир. Чувствовалось, что он совершенно разбит психологически..." Конечно, не это послужило причиной помилования Шарифа, отмечает Куреши, просто положительно было рассмотрено его очередное прошение о помиловании. Других объяснений официальные пакистанские власти не дали. Однако, по свидетельству катарского телеканала "Аль-Джазира", сделка все-таки состоялась, и на ней особенно настаивали правящие круги Саудовской Аравии и Катара, посланцы из этих стран часто встречались с Мушаррафом.

Что касается самого бывшего премьера, то его встретил прием в Саудовской Аравии по высшему разряду - ковровая дорожка, цветы, объятия, - что вызвало сильнейшее раздражение в Пакистане, который еще не забыл, с каким энтузиазмом год назад саудовцы приветствовали приход к власти Мушаррафа.

Факт "помилования" Наваза Шарифа первую реакцию вызвал со стороны его единомышленников и бывшего пакистанского премьера Беназир Бхутто, находящегося в изгнании.

Сразу же после отъезда Наваза Шарифа в Саудовскую Аравию его сторонники из Пакистанской мусульманской лиги (ПМЛ) объявили, что намерены создать "правительство в изгнании по образу и подобию того, что существовало в Париже во времена Хомейни" и лидером его станет Наваз Шариф, а центром - скорее всего Британия, поскольку именно там ПМЛ располагает прочной материальной базой, а сам Шариф обладает приличной недвижимостью и интересами в бизнесе, что позволит, как сообщает из Лондона агентство "Ай-эй-эн-эс", начать "бескомпромиссную борьбу против режима Мушаррафа".

Другое сообщение пришло от бывшего пакистанского премьера (смещенного в свое время Шарифом) - Беназир Бхутто, которая также находится в Британии. На вопрос, не последует ли она примеру Шарифа и не обратится к военным властям Пакистана с просьбой о помиловании ее мужа Асафа Али Зардари, отбывающего тюремный срок по обвинению в коррупции, финансовых махинациях и нелегальному экспорту денег, Беназир ответила: "Ни в коем случае. Ни я, ни мой муж не замешаны в каких бы то ни было случаях коррупции, как Шариф, поэтому нам не о чем просить власти".

Тем не менее, как стало известно, Беназир планирует вернуться на родину в начале апреля "по личным причинам", поскольку теперь "она уже не боится быть арестованной". В связи с этим пакистанская газета "Санди таймс" отмечала, что Беназир, видимо, попытается "дать шанс военным достойно выйти из ситуации, позволив ей вернуться к власти, так грубо отобранной Шарифом". Но в любом случае все сходятся во мнении, что ее возвращения ждут и оно может оказаться просто триумфальным. Подобное в политической карьере Беназир уже было, и тогда она стала премьером.

Теперь, когда случилось долгожданное событие, наблюдатели с нетерпением ожидают, как будет развиваться ситуация и кто станет главным действующим лицом. Пока же разбираются следующие возможные версии: военные согласятся на возвращение Беназир и уйдут в сторону, но тогда надо будет выпускать из тюрьмы ее мужа и "начнется очередной цикл гражданского правления"; или Мушарраф, позволив вернуться Беназир, сохранит за собой достаточно возможностей, чтобы контролировать ситуацию, имея, например, в качестве тюремного заложника Зардари; или же ему удастся найти еще какой-то выход, который он ищет уже более года, чтобы прийти к преемлемой форме гражданского правления, освобождающей военных от прямого в ней участия. Беда в том, что сегодня в Пакистане не видится реального гражданского политического деятеля, способного - или осмеливающегося - взойти на политический Олимп в таких экстраординарных условиях.