0
4463
Газета Кино Печатная версия

26.01.2017 00:01:00

Мартин Скорсезе поговорил с Богом

В российский прокат выходит фильм, над которым режиссер работал более 20 лет

Тэги: кинопремьера, молчание, мартин скорсезе


кинопремьера, молчание, мартин скорсезе Действие разворачивается в Японии середины XVII века. Кадр из фильма

Первый вариант сценария к фильму «Молчание» по одноименному роману японского писателя Сюсаку Эндо Скорсезе и сценарист Джей Кокс написали еще в начале 90-х. Снимать планировали в начале 2000-х, но денег так и не нашли. Проект отложили еще на 10 с лишним лет – за это время выбыли заявленные актеры. Главные роли в итоге сыграли Эндрю Гарфилд, Адам Драйвер и Лиам Нисон. И несмотря на то, что Американская киноакадемия фильм проигнорировала (картина номинирована на «Оскар» лишь за операторскую работу Родриго Прието), эта лента 74-летнего Скорсезе заслуживает внимания как одна из самых серьезных, вдумчивых и явно ключевых в его фильмографии.

После вышедшего в 2013 году «Волка с Уолл-стрит» критики и зрители поражались тому, каким живым, свежим, даже дерзким получился новый фильм 70-летнего Скорсезе. «Молчание» вышел совсем иным не только тематически, но и по ритму и тональности:  медитативное повествовательное кино, построенное по большей части на статичных кадрах. Что не делает его застывшей вещью в себе, монументом, памятником классику Скорсезе. «Молчание» в сравнении с другими работами Скорсезе не менее динамично, разве что динамика здесь внутренняя. А как иначе, когда главный собеседник – Бог?

Действие разворачивается в Японии середины XVII века –  в эпоху жесточайшего гонения на христиан в Стране восходящего солнца. Узнав о том, что отправившийся туда с просветительской миссией священник Кристован Феррейра (Нисон), по слухам, не выдержав пыток, отрекся от веры, его ученики – молодые иезуиты падре Родригес (Гарфилд) и падре Гаррпе (Драйвер) – вызываются разыскать потерянного наставника. Они не верят, что тот предал христианство, и готовы ценой собственных жизней доказать обратное. Им открываются ужасающие картины: инквизиция свирепствует, загоняя верующих крестьян в подполье. Затаившись в страхе не смерти даже, а мучений, те вынуждены проводить обряды в тишине и под покровом ночи. Появлению Родригеса и Гаррпе несчастные радуются как второму пришествию, иезуиты теперь не бросят паству и помимо поисков Феррейры берутся помогать японцам-христианам. Путешествие превращается для героев Гарфилда и Драйвера в испытание их собственной веры. Стоит ли она мучений – этот извечный, всю дорогу волнующий самого Скорсезе вопрос проходит через весь фильм. Об этом же он снимал  «Последнее искушение Христа»,  поднимал тему в «Кундуне», здесь – углубив, расширив. Становясь центральным персонажем, герой Эндрю Гарфилда превращается чуть ли не в воплощение Христа, окруженного учениками. Он испытывает постоянное искушение, стоически переживает предательство, отчаянно взывает к Богу: «Почему ты не можешь остановить страдания?» – и раз за разом слышит в ответ лишь молчание, укрепляющее веру, дающее понимание того, что формальное отречение – инквизиция требует наступить ногой на святой лик – не значит ничего в масштабах той самой веры. Эту простую мысль режиссер прячет за детальным описанием скитаний своего персонажа, ближе к финалу все-таки отчетливо проговаривая ее с экрана – в прямом смысле голосом Бога. Почти как в «Рае» Кончаловского, несмотря на художественную пропасть между двумя этими фильмами. Оправдание этой кажущейся наивности в самой теме: трудно быть Богом, но и говорить о нем не легче.

Слушать, впрочем, не менее тяжело, да и захочет ли кто-то? Судя по реакции оскаровских экспертов, в цене картины о кризисе. Хотя «Молчание» обнаруживает себя не менее актуальным высказыванием, чем попавшие в номинации  черные фильмы о социальном неравенстве, борьбе за гражданские права,  о нации и ее самоидентификации. Япония как место действия играет определяющую роль в духовном путешествии героя Гарфилда, становится источником и делает «Молчание» глубоким, неоднозначным, амбивалентным высказыванием. Чужаки, хоть и с благой миссией, остаются чужаками, насаждающими свою религию там, где она по определению не может прижиться, – не потому, что так захотел зловещий инквизитор Иноуэ (потрясающий Иссэй Огата, сыгравший главную роль в «Солнце» Сокурова), а потому, что так задумано природой. И принятие этого – важнейший шаг духовного становления падре Родригеса и едва ли не самый точный, пусть и метафорический, неочевидный комментарий к событиям сегодняшних дней. 

Япония становится определяющей и для создания визуального ряда. Грязная, затянутая то ли туманом от близости воды, то ли дымом от костров инквизиции страна бедняков и императоров. Камера замирает, наблюдая за героями издалека, позволяя им двигаться в кадре. Безусловно, это дань традиции азиатского кино, прежде всего стилистике фильмов Акиры Куросавы. «Молчание» напоминает и картины Терренса Малика. Но такой же осмысленной и внутренне динамичной статики, как у Скорсезе, удается добиться разве что филиппинцу Лаву Диасу. А таких выдающихся актерских работ, как в «Молчании», и вовсе не сыщешь. Речь об Эндрю Гарфилде, в этом году уже поразившем зрителей ролью в военно-патриотическом эпосе «По соображениям совести». Но персонаж в картине Скорсезе сам по себе интереснее и сложнее, требует филигранной игры и мастерства, молчания и одновременно внутреннего движения, выраженного в глазах, в мимике, языке тела. Не уступают и второстепенные персонажи, будь то служащий здесь триггером для духовного роста героя Гарфилда падре Гаррпе в исполнении Адама Драйвера или появляющийся на мгновения, но за это время переживающий тонкую и ощутимую трансформацию Феррейра Лиама Нисона. И упомянутый инквизитор Иссэя Огаты, его манера игры чужеродна  американскому и европейскому кино, – это своего рода мистическое откровение, и местный Иуда Китидзиро (Ёскэ Кубодзука), трагикомический персонаж, в чем-то трикстер, до смешного много раз предающий героя, но в итоге оказывающийся его верным последователем. В нем, как во многих разбросанных по фильму деталях, стоит искать ответы. Ведь Бог у Скорсезе не молчит – он всего лишь ждет правильного вопроса.  


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Коронавирус добрался до Грузии

Коронавирус добрался до Грузии

Юрий Рокс

Власти призывают не поддаваться панике, но магазины быстро пустеют

0
614
В Санкт-Петербурге согласовано шествие памяти Бориса Немцова 29 февраля

В Санкт-Петербурге согласовано шествие памяти Бориса Немцова 29 февраля

0
353
В Кремле не сочли коронавирус угрозой голосованию по поправкам в Конституцию

В Кремле не сочли коронавирус угрозой голосованию по поправкам в Конституцию

0
319
Бюрократические ловушки для соотечественников

Бюрократические ловушки для соотечественников

Екатерина Трифонова

Украинцы продолжают приезжать в Россию – и стали меньше уезжать

0
1276

Другие новости

Загрузка...
24smi.org