Уходящий год стал переломным для Приднестровья – как в плане переговоров по урегулированию конфликта на Днестре, так и общей перспективы.
В начале года, после того как власть в регионе сменилась и к работе приступил новый президент – Евгений Шевчук, в Кишиневе и Брюсселе появилась надежда на то, что окончательное урегулирование конфликта завершится скоро и на условиях молдавской стороны. Основанием для таких прогнозов послужила фигура приднестровского лидера – он молод, энергичен, прагматичен и может вести диалог со всеми участниками переговорного процесса, в том числе с молдавским руководством. Более того, он сделал первые шаги в сторону Кишинева, фактически открыв Приднестровье для молдавских товаров, разблокировав железную дорогу и сделав более открытой зону безопасности, контролируемую трехсторонним миротворческим контингентом (Молдавия, Приднестровье, Россия). В ЕС и США приветствовали ставшие постоянными личные контакты президента Приднестровья с премьер-министром Молдавии Владимиром Филатом. Градус напряженности в отношениях Кишинева и Тирасполя очевидно снижался. На «прозападного» Шевчука ставили в ЕС, к нему в гости зачастили немцы, шведы, поляки и прочие гости из Европы. В Кишиневе строили планы по интеграции в ЕС единым молдавским домом, то есть вместе с Приднестровьем. Однако уже через полгода стало понятно: если Молдавия и уйдет в ЕС, то одна.
Об этом открыто заявила Россия. Сначала о праве Приднестровья самому решать свою судьбу в случае смены Молдавией статуса сказал посол по особым поручениям МИД РФ Сергей Губарев. «Молдова и Приднестровье с точки зрения международного права – абсолютно равные субъекты»,– подчеркнул он. Линию на поддержку Россией непризнанной республики продолжил вице-премьер РФ, спецпредставитель президента по Приднестровью Дмитрий Рогозин. Он заверил приднестровцев в том, что Москва их не бросит, и заявил Кишиневу, что российские миротворцы останутся в регионе «столько, сколько будет нужно».
На фоне требований Кишинева вывести из региона всех российских военных, в том числе и миротворцев, заявление Рогозина прозвучало как вызов. И в молдавской столице заговорили о новой политике Кремля в отношении региона. Россия сообщила о намерении финансировать Приднестровье и дальше, а также перевооружить миротворческий контингент. Москва давала понять: Россия не намерена ликвидировать свое военное присутствие в зоне, в 200 километрах от которой – в Румынии – расположена военная база НАТО. Сигнал был принят. В Кишиневе заговорили о том, что решение приднестровского конфликта можно заморозить на время и подписать осенью будущего года соглашение об ассоциации Молдавии с ЕС. В Брюсселе, где раньше подчеркивали, что евроинтеграция возможна только в случае решения приднестровской проблемы, от этого требования отказались. Сменило тон и Приднестровье, там рассматривают диалог с Молдавией как со страной-соседкой, связывая свое будущее только с Россией. В новый год юридически единая Молдавия входит с фактически уходящим в ЕС правым берегом Днестра и Приднестровьем, двигающимся в противоположном направлении.
Владимир Скосырев 
