Половина работников в РФ получает меньше 66 тысяч рублей в месяц

Средняя по экономике зарплата составила почти 113 тыс. руб. в месяц, в пяти отраслях она выше 200 тыс. руб., сообщил Росстат. Однако показатель средних зарплат, лежащий в основе ведомственных отчетов и прогнозов, – это очень условный ориентир материального благополучия: он изначально искажен высокими и сверхвысокими заработками. Массив данных от тех банков, которые обслуживают зарплатные карточки населения, позволяет получить альтернативный взгляд: медианная зарплата (ее расчет не так подвержен искажениям) сейчас почти вдвое меньше показателя Росстата – 66 тыс. руб. в месяц.

Среднестатистический россиянин, который существует исключительно в статсводках, уже зарабатывает более 100 тыс. руб. в месяц. По данным Росстата за март (официальная статистика по зарплатам публикуется с сильным опозданием), среднемесячная номинальная начисленная зарплата составила 112,7 тыс. руб.

В разрезе по видам экономической деятельности средние зарплаты больше 200 тыс. руб. зафиксированы в пяти отраслях. Лидирует финансовая и страховая деятельность, в которой, по данным за март, средняя зарплата превысила 314 тыс. руб. в месяц.

В области информации и связи средний уровень зарплат достиг в марте 226,5 тыс. руб. в месяц, в добыче нефти и газа – 226,4 тыс. В сфере воздушного и космического транспорта – почти 224 тыс. руб., в производстве табачных изделий – 218 тыс. руб.

А самые низкие средние зарплаты оказались традиционно (так происходит из года в год) в производстве одежды – примерно 58 тыс. руб. в месяц, по данным Росстата за март.

Так выглядит отраслевое зарплатное неравенство: разница между самыми высокими и самыми низкими средними зарплатами в стране оказалась в отраслевом разрезе пятикратной.

Также в среднем крайне скромные зарплаты в сфере, обозначенной как «деятельность почтовой связи и курьерская деятельность», – 58,3 тыс. руб. Это совершенно не соответствует новостям о заработках курьеров, порой превышающих уровень оплаты труда высококвалифицированных специалистов, получивших не одно образование.

Изменение медианной зарплаты россиян, по данным банковских аналитиков, в руб. (медиана – уровень, выше и ниже которого получает половина работников).    Источник: Сбериндекс

Кроме того, традиционно низкими оказываются средние зарплаты в производстве мебели – примерно 68 тыс. руб. в месяц, судя по данным за март. В сфере образования и в здравоохранении мартовский показатель средних зарплат был соответственно 76,5 тыс. и 86,5 тыс. руб.

Однако хоть усредненный показатель зарплат и ложится в основу всех ведомственных отчетов и прогнозов, он изначально сильно искажен учетом крайних вариантов. Хрестоматийный пример: суммируем зарплаты директора, его заместителей, рядовых сотрудников и уборщицы, трудоустроенной на предприятии, делим на численность сотрудников и получаем среднее значение, которое может быстро расти, но не благодаря общему увеличению уровня зарплат, а росту, например, только зарплат отдельно взятых представителей руководящего отдела.

Массив данных, который регулярно аккумулируется и обрабатывается крупнейшими банками страны, обслуживающими зарплатные карточки населения, позволяет получить альтернативный взгляд на материальное положение работников и рассчитать менее искаженное крайностями медианное значение зарплат – тот уровень, выше и ниже которого получает ровно половина работников (выборки).

Как следует из отчетов Сбериндекса, в апреле этого года медианная зарплата по всем отраслям экономики РФ составила 65,9 тыс. руб.; в марте она была 66,4 тыс. руб. (показатель подвержен сезонно-календарным колебаниям). По обновленной методологии банковских аналитиков, заработные платы оцениваются после вычета подоходного налога.

При этом, например, в сфере финансов и страхования в апреле медианная зарплата, по данным Сбериндекса, была почти 106 тыс. руб., в добыче – около 105 тыс. руб., в области информации и связи – примерно 92 тыс. руб., в обрабатывающем производстве – 74 тыс. руб., в здравоохранении – 56 тыс. руб., в образовании – почти 54 тыс. руб.

Одной из самых спорных тем, касающихся российской экономики и внутренних управленческих решений, стала ситуация с зарплатами: их рост в условиях кадрового дефицита, по консенсусным ведомственным оценкам, чересчур опередил увеличение производительности труда.

Но во всех этих обсуждениях, которые проходили и на Петербургском международном экономическом форуме, обычно оставалась за кадром проблема хронически заниженного уровня зарплат (особенно в обрабатывающей промышленности, но также и в ряде других сфер), из-за которого долгое время была затруднительна автоматизация производств.

Вне зависимости от того, как это влияло на долгосрочную эффективность, предприятиям казалось, что в моменте дешевле сохранить в штате пусть даже несколько десятков сотрудников, выполняющих свои задачи в полуручном режиме за очень скромную и почти не растущую зарплату, чем инвестировать в обновление мощностей, внедряя значительно более дорогостоящие роботизированные системы.

Более того, судя по разъяснениям экспертов, на такую зарплатную политику предприятий – особенно градообразующих или критически значимых для регионов – влияли негласные социальные установки (см. «НГ» от 13.10.24).

Как пояснял замгендиректора Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования Дмитрий Белоусов, часть работодателей поддерживали, как это тогда оценивалось, «искусственную, избыточную занятость на предприятиях», мешая тем самым расти производительности труда. 

И отчасти это было обусловлено нежеланием работодателей провоцировать недовольство местных властей и жителей, ведь резкое сокращение численности работников создавало бы риски социальной напряженности.

В свою очередь, низкая производительность влекла за собой дальнейшую недооценку труда: работников сохраняли, в том числе неконкурентоспособных, но все они продолжали получать относительно небольшую зарплату. А уже это создавало «ловушку дешевого труда»: у предприятий так и не появлялось экономически убедительных мотивов для технологической модернизации производств.