Кризис региональной политики

Находясь на Камчатке и критикуя правительство, президент Путин среди прочего указал на отсутствие приоритетов регионального развития. Созданное три года назад после Беслана Министерство регионального развития работает слабо. Владимир Яковлев, неплохой хозяйственник, но человек, абсолютно чуждый региональной науке, не может разработать стратегию регионального развития страны, в которой те самые приоритеты, о которых говорит президент, и были бы прописаны.

Яковлев остерегается решительных и определенных действий. На заседании правительства еще 30 июня 2005 года была одобрена Концепция стратегии регионального развития. Прошло более двух лет, а эта концепция в стратегию не превратилась.

На сайте Минрегионразвития вывешены утвержденные Яковлевым 27 февраля с.г. «Требования к стратегии социально-экономического развития субъекта Российской Федерации». В этом документе говорится: «Стратегия социально-экономического развития представляет собой систему мер государственного управления, опирающихся на долгосрочные приоритеты, цели и задачи политики органов государственной власти». В этом определении содержится вся методологическая отсталость подходов министерства к региональной проблематике. Такие слова можно было бы сложить вместе лет 40 назад, когда государство было всевластным хозяином в экономике. В нынешних условиях, когда 80% ВВП производится в частном секторе, сводить стратегию к системе мер государственного управления ошибочно. Даже использование термина «государственное управление», а не «государственное регулирование» показательно. Очевидно, что на базе таких требований ни один субъект Федерации ничего практически ценного создать не сможет. В этом документе указывается еще одно требование: долгосрочная перспектива должна быть не менее 20 лет. Кто и что в рамках «государственного управления» может дельного сказать в таком временном диапазоне?

Утопизм в представлениях министерства относительно того, что такое стратегия развития, безусловно, предопределяет низкую практическую эффективность работы ведомства. Поквартально увеличиваются диспропорции в уровне социально-экономического развития регионов. Различия в среднедушевых доходах населения в первом квартале с.г. составляли 9,5 раза, а во втором – уже 9,8. Показатель, который радует руководство страны, – рост инвестиций в основной капитал, – также крайне неравномерно представлен по стране. На Москву и область приходится 16%, Санкт-Петербург и Ханты-Мансийский автономный округ – еще 10,6%, то есть в четыре субъекта вложено 26,6%, а 73,4% – во все остальные регионы вместе взятые. Примерно такая же картина и в строительстве, где на Москву и Санкт-Петербург с областями приходится 30,4% всех выполненных работ. Обрабатывающая промышленность в 19 субъектах сокращается, с угрозой превращения этих регионов в депрессивные.

Само по себе строительство объектов физической инфраструктуры без проведения микроэкономических преобразований приведет к оттоку всех мобильных ресурсов из отсталых регионов. Необходимо отдавать отчет в том, что в 20-летней перспективе единственный шанс развития отсталых регионов состоит в создании благоприятных предпосылок для развития частного бизнеса. Государство в лице регионального министерства должно обеспечить регионы всеми объектами производственной и социальной инфраструктуры для гарантии конституционных прав граждан. Все остальное – дело регионов. Но они его никогда не сделают в рамках доктрины «государственно управления».