Прошедшее вчера заседание правительства в очередной раз выявило деликатную, но существенную проблему – косноязычие премьера. Михаил Фрадков регулярно радует публику пассажами а-ля Черномырдин при обсуждении серьезнейших проблем развития российской экономики. То у него надо подставить какие-то ведра, то грядки, то вредители, то прокуратура, то генеральный штаб реформ. Лексическая невнятица может скорее означать нечеткость мысли, неспособность выразить содержательную позицию, адекватную рассматриваемой проблеме. Словесные же эскапады премьера не компенсируются последующей ясностью действий и распоряжений. За два с половиной года премьерства так и не удалось прочитать или выслушать внятную позицию Фрадкова по ключевым направлениям реформ. Слова и термины, которыми он пользуется, соответствуют эпохе «красных директоров», а его представления о путях, ведущих к успеху, наивны, если не примитивны.
Взять хотя бы недавний разнос, который премьер устроил министру финансов Алексею Кудрину по поводу кассового недоисполнения бюджета в размере 61% от годовой росписи. Минфин недодал 304 млрд. руб., потому что заявители не представили на эти программы соответствующие документы. Реакция премьера оказалась странной, если не сказать больше: «Складывается впечатление, что есть какие-то вредители. Рано или поздно надо будет эти документы сдавать в прокуратуру».
Всем известно, что мы весьма критически оцениваем деятельность Кудрина, считая, что он абсолютно недостаточно развивает финансовую систему в стране. Институтов и инструментов сбережения и последующего накопления в подавляющем числе регионов катастрофически мало. Причем эти инструменты не дифференцированы ни по возрасту клиентов, ни по их достатку, ни территориально. Это существенно подрывает основы долгосрочного экономического роста, напрямую зависящего от развитости и изощренности финансовой системы.
Но в рассматриваемом случае мы не можем бросить камень в огород Кудрина. За что его ругать? За то, что не дал денег тем, кто не представил документального обоснования, уповая на силу ранее принятого решения о финансировании расходов? И что, лучше было бы дать эти деньги? Чтобы их немедленно украли. И вот тогда уж точно у прокуратуры нашлись бы вопросы к министру финансов.
Проблема с финансированием государственных инвестиций стоит не первый год. Огромное количество бюджетополучателей – экономически малообразованные люди, не владеющие стандартами того, что называется Project Management, то есть управления проектами. И эти люди в ключевых министерствах и ведомствах готовят убогие бумаги, по которым ни один коммерческий банк не выдаст ни копейки. Что сделано правительством для переобучения персонала подконтрольных подразделений, повышения их фактической грамотности, соответствующей критериям современного бизнеса?
Это – частный случай. Таких много. Представляется, что руководитель такого ранга должен владеть всем арсеналом понятий и категорий современной экономики. Спасибо Гайдару за то, что научил российскую элиту произносить слово «макроэкономика». Теперь нет другого Гайдара, который научил бы руководителей слову «микроэкономика».
Новый фокус реформ – микроэкономика с развитием конкуренции, институтов инвестиций, инноваций, поддержкой предпринимательства и подготовкой квалифицированных рабочих рук.
Главный показатель экономики – производительность. Именно ее рост – показатель здоровья системы.
Основная особенность России – региональный ее характер. Никакой средней температуры по больнице – только температура каждого пациента, то есть региона.
Микроэкономика, производительность, регионы – вот ключевые направления деятельности правительства, если оно хочет что-то делать для страны, а не присутствовать при регистрации внезапно растущих макроэкономических показателей, объяснить которые никто не может. Потому что они носят характер трансцендентальный по отношению к акцентам и приоритетам правительства.
Геннадий Петров 
Дарья Гармоненко 
