Выставка «Из России: шедевры французской и русской живописи 1870–1925 годов» в Лондоне открылась. С успехом. Такого успеха, пожалуй, ни одна выставка и не имела. Успехи, конечно, были – хорошо, кто помнит, открылась выставка «Россия!» в Музее Гуггенхайма. Но – кто помнит, опять же – этому успеху сильно поспособствовал приход на открытие президента России Владимира Путина. Последующим посетителям, рассказывали потом, даже предлагали особый сюжет – экскурсия по следам российского президента... А еще хорошо прошла выставка русского авангарда в Брюсселе. И тоже – спасибо Путину, снова пришел на открытие, вместе с бельгийской королевской четой, личным присутствием поддержал престиж отечественного искусства.
А тут – президента нет, в отношениях между странами – стойкое похолодание, и вообще до сих пор выставка тихо-спокойно, хотя и с уважительными откликами, с интересом со стороны местного населения, путешествовала по Европе. Но в Лондоне, когда эта выставка до него наконец добралась, – совсем другое дело. Очереди, солнце (тоже – редкость!) и высокий спрос на сувенирную продукцию.
Рассказывать всю предысторию сегодня нет смысла. Но были и подозрения в адрес дальних родственников, что те, мол, могут предъявить свои права и арестовать экспозицию. Были и прочие волнения. Особые – у организаторов: в какой-то момент промелькнула информация, что те уже стояли на пороге финансовой пропасти и все надежды были – поправить дела за счет интересной выставки из России. Каталоги отпечатали опять же...
Надо признать, Россия пошла на Британию широким фронтом: с одного фланга – там, где речь шла про провинциальные филиалы Британского совета, с другого – когда буквально поставила туманный Альбион перед необходимостью срочного, срочнее, чем хотелось бы и чем собирались, принятия закона, который бы гарантировал... Так что больших гарантий и быть не может. И, надо признать, победили. Филиалы сами стали снимать свои вывески. Закон нужный – приняли, в музее, который принимает экспозицию, все счастливы (лица счастливчиков показывали по телевизору, сомнений быть не может). И независимая британская пресса присмирела. Пишет о выставке в восторженных тонах, тонко замечая отличия Малевича от Матисса, а Матисса – от Моне. Всё – об искусстве...
Что же? Надо признать успех российской дипломатии. Или – повзрослевшего российского пиар-сообщества: ведь, как ни крути, все, что случилось, – обыкновенный пиар-ход. Но, конечно, талантливый. Поставить всех на ноги – парламентариев, публику, которая теперь, конечно, валом повалит в музей смотреть на «Танец» Матисса, даже те, кто до сих пор не интересовался ни изобразительным искусством вообще, ни тем более его упадническими течениями начала ХХ века.
И главное – раньше для такого серьезного отклика нужен был президент (его и сегодня успеха ради, когда нужен особо масштабный отклик, возят на закладку автомобильных заводов, на презентацию новой военной формы). А тут – без президента, своими силами (без того, чтобы нанять, например, американскую пиар-службу, что тоже случалось в новейшей российской истории). Успешная выставка. Спасибо четырем российским музеям – Третьяковской галерее, Эрмитажу, Русскому и ГМИИ имени Пушкина. А еще – солдатам невидимого пиар-фронта. За то, что тоже не подвели.
Геннадий Петров 
Дарья Гармоненко 
