Выборы без явки и повестки – идеал для власти

Фото пресс-службы партии Единая Россия

«Единая Россия» в преддверии избирательной кампании 2016 года намерена провести антикоррупционную чистку собственных рядов преимущественно на уровне местных заксобраний (см. «НГ» от 26.10.15). Ожидается, что около тысячи депутатов могут отказаться от мандатов из-за невозможности выполнять требования финансовой дисциплины.

Весной из «Единой России» был исключен бывший губернатор Сахалинской области Александр Хорошавин, обвиняемый в получении крупной взятки. Единороссы также собирались приостановить членство в партии экс-главы Республики Коми Вячеслава Гайзера, арестованного по обвинению в мошенничестве и организации преступного сообщества.

Дела против Хорошавина и Гайзера вышли громкими и получили широкую медийную огласку на федеральном уровне. Стоит ожидать, что финансовая и антикоррупционная профилактика в рядах «Единой России» будет освещена по меньшей мере не хуже, чем инициативы Общероссийского народного фронта (ОНФ) по борьбе с растратами на местах.

Антикоррупционная тематика до недавнего времени оставалась, пожалуй, главным козырем российской оппозиции, прежде всего – непарламентской, несистемной. Аресты губернаторов, публичные внутрипартийные чистки, в свою очередь, свидетельствуют о том, что власть пытается перехватить у оппозиции эту повестку, самостоятельно расставить в ней акценты.

Опросы показывают, что телевидение является главным источником информации для россиян. Задача власти, контролирующей ТВ, заключается в том, чтобы у граждан, потребляющих телевизионный новостной контент, складывалось совершенно определенное восприятие того, как и кто борется с коррупцией в стране. Важно показать, что борьбу ведет сама власть, причем добровольно, руководствуясь априорно присущими ей принципами честности и открытости. При этом, по сути, сводится на нет роль оппозиции, меняющей повестку дня, вносящей в нее антикоррупционный компонент, вынуждающей власть предпринимать какие-то действия.

Опыт региональных выборов последних лет никак не свидетельствует о том, что тема коррупции стала для «Единой России» по-настоящему опасной. Поражения единороссов локальны, в них сложно усмотреть генеральную тенденцию. Вместе с тем у власти, должно быть, свежи воспоминания о думской кампании 2011 года, во время которой несистемные слоганы борьбы с «жуликами и ворами» были подхвачены системной, парламентской оппозицией, а подсчет голосов спровоцировал движение протеста. Это заставляет власть действовать на опережение сейчас.

Проблема противников власти заключается в том, что тема борьбы с коррупцией, по сути, остается для них единственным инструментом влияния на повестку выборов. У них нет возможности обогнать правящую элиту в области патриотизма и заботы о престиже России после Крыма, Донбасса, а теперь и Сирии. Практически любое левое экономическое предложение, способное вызвать массовый интерес, правящая элита способна перебить. Если речь идет о непопулярных инициативах вроде снижения пенсионного возраста, то власть ведет себя осторожно, проверяет почву и в любой момент готова свернуть проект, не запустив его.

Перехват антикоррупционной тематики лишает оппозицию возможности сколько-нибудь громко заявить о себе во время выборов, а сама кампания остается без главной темы. Можно сказать, что выборы без явки и повестки являются для власти оптимальным вариантом. Если граждане не видят альтернативных политических предложений, они остаются дома, а на выборы приходит зависимый электорат и конформисты, воспринимающие голосование как ритуал поддержки действующей власти. Если у выборов нет повестки, любые дебаты отодвигаются на периферию общественного интереса, а у оппозиции нет возможности докричаться до избирателя. Впрочем, и кричать ей особенно не о чем.