Олег Панфилов Дождались: думский "министр иностранных дел" Дмитрий Рогозин заговорил о Туркмении. Заговорил бодро, угрожающе, пообещал собрать компромат на Туркменбаши и заклеймить позором диктатора, уличенного, как вдруг узнал Рогозин, в связях с афганскими талибами. "Комитет Государственной Думы по международным делам принимает к рассмотрению проблему, связанную с нарушением прав человека в Туркмении, в первую очередь в отношении русского населения, и ситуацию в республике в целом", - заявил 23 мая председатель комитета Дмитрий Рогозин.
Одни эксперты полагают, что цель заявления Рогозина - не допустить приезда Ниязова на торжества в Санкт-Петербург, где запланирована встреча глав стран СНГ. Другие видят причину изменений в отношении России к Туркмении в невнятности обязательств Ашхабада по поводу газового контракта, с помпой подписанного в Москве, - спустя несколько дней Туркменбаши с легкостью подписал аналогичный контракт с президентом Украины. Вместе с тем появилась версия "панамизации" российско-туркменских отношений, благодаря которой всплыло имя сотрудницы аппарата президента России Джахан Поллыевой, активно участвовавшей в официальных поездках российских высокопоставленных чиновников в Ашхабад.
Еще не утихли страсти по поводу ареста подозреваемых в покушении на Туркменбаши, а Дмитрий Рогозин вдруг вспомнил о судьбе русского населения Туркмении, за последние 13 лет уменьшившегося примерно в 3-4 раза. Как будто ему ничего не было известно о том, что русская община в этой стране была официально запрещена еще в 1995 году. Чтобы мировое сообщество оценило поступок народного избранника, Рогозин произнес весьма серьезное обвинение: "В думском международном комитете есть крайне настораживающая серьезная информация о том, что в свое время режим господина Туркменбаши был непосредственно связан с поддержкой талибов, в том числе была передача топлива талибам как раз накануне контртеррористической операции". Все бы ничего, если бы не одно весьма важное обстоятельство: о дружбе Сапармурата Ниязова с талибами было известно давно, по крайней мере с 1996 года.
Напомню, что террористическая операция против талибов началась в конце 2001 года, но сведения, доступные прессе, об официальных контактах Ашхабада с талибами датируются июнем 97-го. В августе 98-го "НГ" писала о том, что "Туркмения остается единственной из центральноазиатских стран СНГ, которая не выказывала и не выказывает сколько-нибудь серьезного беспокойства по поводу распространения власти талибов на большую часть территории Афганистана.., в отличие от других стран СНГ Туркмения имела к началу нового витка гражданской войны в Афганистане почти двухгодичный опыт сосуществования с талибами, контролирующими значительную часть его приграничных провинций". Тогда же министр иностранных дел Борис Шихмурадов подтвердил, что "туркменские дипломаты в Мазари-Шарифе продолжают свою работу".
В январе 1999 года Борис Шихмурадов встречался в Исламабаде с представителем движения "Талибан" - советником верховного вождя талибов Вакиль-Ахмедом Мутавакилем, специально прибывшим для этого в пакистанскую столицу. В марте в Кандагаре Шихмурадова принял лидер талибов Мухаммад Омар. Спустя месяц Шихмурадов заявил в Вашингтоне, что "талибы представляют в Афганистане реальную политическую силу и с ними нельзя не считаться". 28 августа 2000 года состоялась повторная встреча Шихмурадова с Мухаммадом Омаром. Наконец, в конце того же года назначенный специальным представителем Туркменбаши по вопросам Каспия и урегулирования в Афганистане Борис Шихмурадов заявил: "Мы по-прежнему будем поставлять афганцам электроэнергию - мы спасаем не лидеров, а народ".
Странно, что Дмитрий Рогозин узнал об этом только сейчас. Впрочем, если в думский комитет попадут настоящие документы, то наверняка станет известно о том, что туркменский МИД начал активно работать с талибами практически сразу же, как только те оказались у туркменской границы. Опытный депутат ничего не предпринял, когда 30 марта 2001 года в Москве состоялось Учредительное собрание Общества дружбы, культурных и деловых связей с Туркменией - и в его попечительский совет согласились войти депутат Госдумы Николай Рыжков и президент Международной ассоциации фондов мира Анатолий Карпов. Коллективным членом общества намерена стать депутатская группа по связям с Туркменией под руководством депутата Госдумы Александра Лоторева, работающего сейчас руководителем аппарата ГД.
С чем на самом деле связана активность Дмитрия Рогозина, станет известно в ближайшее время. Однако непонятно, почему одно из подразделений российского парламента строит свое отношение к геополитике исключительно по национальному принципу. Почему, например, надо обращать внимание только на притеснения русского населения Туркмении в то время, когда режим Туркменбаши подавляет права туркменского народа?
На постсоветском пространстве создан государственный режим по типу кубинского или северокорейского. И во многом это заслуга России, проводившей политику заигрывания с владельцем крупнейших запасов газа. Однако и сейчас, и впоследствии отношение Москвы к Ашхабаду не изменит главного принципа: не может быть геополитического влияния без формирования лояльного общества в стране-партнере. Боюсь, что заявление Рогозина только на первый взгляд может понравиться оппонентам Туркменбаши, поскольку спасение народа Туркмении исключительно по национальному признаку вызовет обратную реакцию. Вот и на следующий день после демарша Рогозина из Ашхабада пришло сообщение о переименовании района в бывшей Чарджоуской области, который будет теперь называться "Бейик Туркменбаши", то есть "Великий Туркменбаши"┘
