Данила Моисеев
В столкновениях с агрессивными подростками полицейским приходится действовать по возможности аккуратно. Фото Reuters
Во Франции пятый день продолжаются масштабные протесты после убийства в ходе задержания 17-летнего подростка Нахеля Мерзока в пригороде Парижа. Выступления носят насильственный характер, притом что конкретных политических требований и централизованного руководства у протестующих нет. Это превращает протест скорее в обычные погромы и грабежи без перспектив реального развития и создания движения, аналогичного американскому Black Lives Matter.
719 человек были задержаны полицией в ночь с 1 на 2 июля. Постепенно ситуация становится под контроль правоохранительных органов: французские СМИ пишут, что последний день протестов оказался более спокойным, нежели предыдущие. Тем не менее Елисейский дворец и политическую арену Пятой республики изрядно «тряхнуло». И даже в ООН заявили, что Франция якобы недостаточно борется с расовой дискриминацией.
Президент Эмманюэль Макрон выразил солидарность с родителями погибшего подростка, которого похоронили в субботу. Это, в свою очередь, вызвало возмущение уже у полицейских, поскольку глава страны занял позицию одной из сторон до судебного решения. Сам же 38-летний стрелявший находится под стражей. Макрону из-за событий пришлось отменить намечавшийся государственный визит в Германию.
По предварительным данным, у убитого, арендовавшего автомобиль, не было лицензии на вождение. Полицейские остановили его после нарушения ПДД. На видео с инцидентом видно, как Мерзок пытается уехать от двух полицейских, несмотря на то, что один из них целится в него. Видимо, Мерзок рассчитывал на то, что правоохранитель стрелять все-таки не будет.
Подавляющее большинство протестующих подростки, порядка трети которых даже не достигли совершеннолетия. Отпор им по всей стране оказывают 45 тыс. правоохранителей, конкретно в Париже - 7 тыс. В Анже несанкционированную помощь им решили оказать местные ультраправые, вышедшие на улицы с битами и дубинками. В силу юного возраста многих погромщиков воздействовать на них не так-то просто. Дело дошло до того, что глава Минюста Эрик-Дюпон Моретти пригрозил тюрьмой, но не участникам беспорядков, а их родителям, которые не препятствуют преступным действиям своих отпрысков.
Брутальности протесту придает то, что у его участников нет никаких политических требований, равно как и лидера. В этой ситуации властям наладить диалог непросто. Однако не слишком активной выглядит и риторика левой оппозиции, которая традиционно поддерживает почти всех протестующих.
Наибольший урон от погромщиков понесли Лион и Марсель, в котором потомков мигрантов и их самих всегда было много. При этом некоторые их выходки напрямую угрожают жизням. Самая известная из них: въезд автомобилем «тараном» в дом мэра Л'Ай-ле-Роза Винсента Жанбруна. В ходе происшествия были ранены его жена и малолетний ребенок, пишет Figaro. Всего же было разрушено, разграблено, или вовсе сожжено более 700 торговых точек, ресторанов и банковских отделений, а также более 2 тыс. автомобилей.
По уровню насилия протесты значительно превзошли выступления «желтых жилетов» в 2018 году. Дело доходит до перестрелок, ранено более 250 полицейских. При этом Елисейский дворец как будто несколько потерялся в происходящих событиях. Например, заявления Макрона о том, что протесты якобы вызваны компьютерными играми, общественностью были восприняты скорее нелепыми, нежели правдивыми.
Встает вопрос о том, насколько протесты похожи на схожие выступления в США в 2020 году. Аналогия очевидна: в обоих случаях речь шла о погибшем представителе нацменьшинств после излишне суровых действий правоохранителей. Но видимо, протесты довольно быстро пойдут на спад и не будут иметь важных политических последствий.
Нынешние беспорядки похожи скорее на погромы, в то время как американские протесты можно разделить на две части: собственно «лутинг» с грабежами магазинов и выступления нацменьшинств, а также большого числа белых американцев с политическими требованиями бороться с расовой дискриминацией при задержаниях и расследованиях.
Хотя в обоих случаях централизованных лидеров нет, во Франции политическая подоплека в целом менее ярко выражена. Скорее, подростки выплескивают свою агрессию без конкретных требований. Призывов к полномасштабной реформе правоохранительных органов нет, и проблема расовой дискриминации, видимо, систематической во французском обществе не признается (в частности сами меньшинства не так уж активно пытаются выступить политически, как афроамериканцы в США), в то время как в США смерть Джорджа Флойда стала спусковым крючком.
В итоге уже ставшую привычной леволиберальную повестку западные СМИ активно продвигать не стали, сконцентрировавшись скорее на разрушительных последствиях протестов. Вероятно, в силу неполитизированности протестов легко отделается и Елисейский дворец: шум, пламя и хлопки быстро утихнут, подростки вернутся в свои неблагополучные районы, и страна продолжит жить в двух мирах: цивилизованном и утонченном с одной стороны, и населенном мигрантами уже в нескольких поколениях - в другом.
