Павел Руднев ПОЗАВЧЕРА в зале церковных Соборов храма Христа Спасителя Юрий Лужков и председатель комитета по культуре Игорь Бугаев рассказали о театральной политике этого сезона. За семь лет встречи Лужкова с театральной общественностью обрели законченность формы. В открытых накануне шедеврах "лужковской" архитектуры - каждый год разных - деятели театра наносят мэру визит верности. Неизменны речи Иосифа Кобзона, Наталии Дуровой, а также лекция любимца комитета Геннадия Чихачева о судьбе всего детского театра, который он в Москве представляет. Здесь всегда поражает молчание тех, кто говорить должен, и непомерная активность остальных.
Юрий Лужков на этот раз говорил вяло, часто теряя нить логики и словно забывая о главном. И к финалу речи стало понятно, почему: "Следующий год будет хуже для Москвы, потому что государство решило, что Москва слишком оторвалась от других регионов. Мы получили мощный удар". Лужков явно просил культуру "ужаться", оттого и был невесел. Главным событием московской культуры будущего сезона, по словам мэра, станет III Театральная олимпиада. К финалу подходит строительство нового здания для "Школы драматического искусства", крупные средства выделены на реставрацию имения Станиславского "Любимовка", начинает выполняться программа бесплатного посещения детьми спектаклей в Театре имени Сац.
Над встречей все же витал дух революции - впервые публично на таком высоком уровне заговорили об открытых театральных площадках. И эта тема стала главным и единственным серьезным пунктом повестки заседания. Открытые площадки, то есть театры, возглавляемые директорами-интендантами и предоставляющие сцену под различные кратковременные проекты, должны составить альтернативу репертуарным театрам, приватизированным своими руководителями. Идея создания площадок европейского типа давно витает в воздухе, и в декабре, по словам Игоря Бугаева, должно пройти окончательное заседание правительства Москвы, на котором разговоры и домыслы должны обрести силу постановлений.
Одни полагают, что площадки должны контролироваться комитетом и его экспертами, чтобы не допустить узурпации; другие говорят об упрощенной, но и более неуязвимой форме сотрудничества - тотальная контрактная система на короткие сроки. Будет ли сохранена зависимость открытых площадок от правительства Москвы или нет, станет известно только в декабре, но уже можно быть уверенным в том, что от своей сильно раскрученной инициативы никто не отступится.
Марк Захаров, верткая речь которого могла показаться сразу двум "кланам" "своей", предложил все театры с "экзотическими" названиями собрать на одном общем пространстве, чтобы меньше получали и поменьше выступали. В качестве примера мэтр выбрал самую безобидную экзотику - духовный театр "Глас", существующий крайне скромно и, в сущности, ни на что не претендующий. Драматург Алексей Казанцев, решивший рассказать аудитории об успехах собственного Центра драматургии и режиссуры, не осмелился осквернить уши Лужкова и стены храма словом "Fucking" и неизменно называл спектакль просто "Шопинг...", явив прекрасный пример внутренней цензуры.
