1
3599
Газета Культура Печатная версия

30.05.2019 16:34:00

Властелин оттепели. Ожившие 60-е Марлена Хуциева

Тэги: мультимедийная выставка, центр вознесенского, российская история, оттепельное кино, марлен хуциев


мультимедийная выставка, центр вознесенского, российская история, оттепельное кино, марлен хуциев Для проекта «Им 20 лет» авторы выбрали ультрасовременную форму тотальной инсталляции. Фото Глеба Анфилова

В Центре Вознесенского открылся новый выставочный проект «Им 20 лет». Героями выставки стали Андрей Вознесенский и его современники,  герои оттепели, те, кто определил дискурс столь важной эпохи российской истории: Марлен Хуциев, Геннадий Шпаликов, Андрей Тарковский, Роберт Рождественский и другие. Центр на Большой Ордынке уже не в первый раз заявляет о себе как о культурной институции, задача которой актуализировать не только литературное наследие большого русского поэта Андрея Вознесенского, но и весь культурный пласт 60-х в современной мультимедийной интерпретации.

В этот раз поводом для флешбэка стало 55-летие выхода на экраны культового фильма Марлена Хуциева «Мне двадцать лет / Застава Ильича». «Энциклопедией оттепельного кино» назвала картину куратор выставки киновед Зоя Кошелева. И действительно, именно этот фильм стал киносимволом оттепели. Без черно-белых кадров из «Мне двадцать лет / Заставы Ильича» не обходится ни один хроникальный фильм о 60-х. Многие эпизоды картины стали  документальными свидетельствами времени, его символами.

Для мультимедийного выставочного проекта в Центре Вознесенского авторы выбрали ультрасовременную форму тотальной инсталляции. Известный театральный художник Алексей Трегубов срежиссировал пространство, композиционно закольцевав его. Властелин этого «кольца», по которому зритель путешествует во времени, – современный молодой человек, хипстер, неожиданно для себя открывший мир хуциевского кинематографа и то далекое время, когда дедушки и бабушки были молодыми. 

Вместе с «лирическим героем» инсталляции мы всматриваемся в уникальные фотографии со съемок фильма, сделанные легендарным фотографом Генриеттой Перьян. Генриетта Перьян не была официальным фотографом Студии им. Горького, на которой снимался фильм, поэтому в ее фотографиях – естественная эмоциональная атмосфера творческого процесса. Мы становимся свидетелями рождения нового фильма, который потом станет символом времени. Фотографии прикреплены кнопками к стене и подписаны цветными фломастерами. 

Фломастеры, кстати, лежат на барной стойке, будто хозяин на минуту вышел и вот-вот вернется, чтобы продолжить записывать важное и интересное о фильме, его авторах, героях и времени. Рядом с фломастерами – два работающих ноутбука и наушники. Присев на высокий табурет, можно в привычном для себя режиме посмотреть не вошедший в картину эпизод,  обсуждение героями знаменитой сцены, в которой героиня Ольги Гобзевой дала пощечину герою Андрея Тарковского. Здесь, в этой сцене, все уникально: и Тарковский в роли актера, и сам эпизод из архива Госфильмофонда, который впервые доступен публике. Большая кинопроекция на стене комнаты хипстера – полный вариант сцены разговора главного героя с погибшим в Великой Отечественной войне отцом. 

Эта сцена, как и эпизод чтения молодыми поэтами стихов в Политехническом музее, стала причиной запрета картины. На творческой встрече с интеллигенцией первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев устроил по этому поводу грандиозный скандал. Диалог сына, который старше своего отца, с отцом, который не может ответить сыну на вопрос, как ему жить, взбесил советских цензоров. Режиссер был вынужден полностью переснять сцену с другим исполнителем в роли отца. Вместо харизматичного, но никому не известного помощника осветителя отца сыграл популярный артист Лев Прыгунов. Сценарий этого эпизода был полностью переписан. Прокатную версию, которую после премьеры увидели 8,8 млн советских кинозрителей, можно посмотреть в ноутбуке, удобно устроившись в кресле.

Из комнаты хипстера мы попадаем в кладовку. Здесь наш герой хранит старые памятные вещи и артефакты, например Ленина-ростовика и картины «сурового стиля», которые могли бы понравиться героям его любимого фильма. И далее сквозь зеркальный шкаф мы как будто все дальше и дальше проникаем в прошлое. Мы оказываемся в легендарной Большой аудитории Политехнического музея, где проходили знаменитые поэтические вечера, описанные Андреем Вознесенским: «В Политехнический!/ В Политехнический!/ По снегу фары шипят яичницей./ Милиционеры свистят панически./ Кому там хнычется?!/ В Политехнический!» Марлен Хуциев – единственный, кто запечатлел эту легенду на пленке, создав уникальный кинодокумент.

И наконец, последний зал «кольца» – «Родина». Эта комната вся оклеена газетами, как много лет назад, когда наши бабушки и дедушки делали ремонт. Это аллюзия декорации сцены фильма, где главный герой разговаривает с отцом любимой девушки о том, как правильно построить судьбу. Но пространство комнаты разорвано «живой» проекцией – в открывшемся пространстве видны бескрайние просторы нашей Родины, а над головой идет снег. Выход из этого магического кольца – неожиданный, но тут мы остановимся и не допустим спойлеров. Так или иначе, мы вновь возвращаемся в гости к хипстеру. Путешествие закончено. Но эмоции и мысли переполняют, хочется вновь пройти по этому магическому кругу времени.

В новом интерактивном проекте Центра Вознесенского авторам – историку кино и художнику – удалось удачно совместить игру и реальность, вымысел и документальную точность, соединить времена и задать очень важные вопросы, связанные с нашей историей и культурой. 


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


В двух измерениях

В двух измерениях

Наталья Баландина

Давид Самойлов и Евгения Двоскина: диалог поэта и художника

0
947

Другие новости

Загрузка...