Дарья Курдюкова
Игрушечный Давид – в одном лице хозяин и зритель видео. Кадр из видео ГМИИ имени Пушкина
«100 способов прожить Новый год» – проект-попытка ГМИИ имени А.С. Пушкина, что называется, быть на связи со зрителями, пока музеи в Москве закрыты. Доступ к нему открыт с 3 по 14 января. В полтора часа экранного времени уместилось 15 работ современных российских и зарубежных видеохудожников, которые режиссер «100 способов...» Андрей Сильвестров вместе с композиторами Григорием Сандомирским и Алексеем Наджаровым вписали в променад по постоянной экспозиции главного музейного здания и Галереи искусства стран Европы и Америки XIX–XX веков. Будем надеяться, музейная жизнь вернется в офлайн-режим и нынешний новогодний скетч станет послесловием к начатой Пушкинским весной онлайн-программе «100 способов прожить минуту» (см. «НГ» от 22.04.20).
Игрушечного масштаба Давид в пустом музее времен «100 способов...» – в одном лице хозяин и единственный зритель этих видео. Он бродит по музею в нахлобученной санта-клаусовской шапке, кажется, не столько даже напоминая об одном из главных символов Пушкинского, сколько иронично откликаясь на возникающие время от времени вопли некоторой части общественности о ее недовольстве изображениями обнаженной натуры в каких бы то ни было музеях.
В предуведомлении к нынешнему проекту сказано, что в нем участвовали студенты Школы дизайна ВШЭ, изучавшие историю видеоарта с Александрой Першеевой и затем выстроившие диалог между медиаработами и произведениями из коллекции ГМИИ (такие проекты-диалоги музей прежде делал офлайн – вспомнить хотя бы «Взгляд» Ирины Наховой, представленный на Волхонке на рубеже 2016–2017 годов). Не то чтобы рифмы в нынешнем разговоре всегда считывались. Пожалуй, самой безусловной параллелью стала «Ионеско. Сюита» итальянского дуэта MASBEDO (Николо Массацци и Якопо Бедоньи), помещенная сейчас в зал нидерландской живописи XVII века. MASBEDO создали свою, образца 2013-го, визуализацию образа vanitas. С величественно-молчаливым исландским пейзажем, в котором стоит некий дом, спорит интерьер этого жилища: два стула, стол со стеклянными кубками, напоминающими формы серебряных кубков с натюрмортов XVII столетия. Эта стерильная красота, панорама которой сначала, когда сверху медленно, будто снег, «опадает» конфетти, уведена в сторону идеальной, идиллической картины уюта и спокойствия, а затем нарушена и разрушена китчевым потоком блесток, сластей и, наконец, цемента. Метафора вышла весьма зловещей, но взгляда от нее не оторвать, несмотря даже на избыточную затянутость.
Но в виртуальном формате дело в конечном счете не в рифмах. Залы Пушкинского сейчас воспринимаются скорее как символ утраченного времени: то пространство, где зритель мог бы оказаться как раз в каникулы, но по известным причинам это стало невозможным.
Полтора часа – среднее время, которое посетитель проводит на выставке. У нынешней, онлайн, нет единой концепции, и все это, разумеется, не «инструкции» по времяпрепровождению. Это нанизанные друг на друга прогулкой Давида новеллы – работы нулевых, 2010-х и совсем недавние, 2020 года (в их числе «Обнуление» Андрея Сильвестрова, поданное с шутливой позиции – речь как будто идет о восточной философии, но в 2020-м уже из-за одного названия это воспринимается в РФ иначе), – созданные на разные темы, получившиеся разного качества. При большом желании объединить их можно тем, что в них, по крайней мере во многих, сквозит ощущение ожидания чего-то, требующего разгадки и разгадыванию не поддающегося. Как, скажем, смерть героя Гвидо ван де Верве в работе «Номер два: То, что я стою здесь, не означает, что я хочу». Он топчется на тротуаре, отходит назад и через мгновение лежит на дороге, сбитый машиной, пока рядом исполняют балетные па вылезшие из полицейской машины танцовщицы. Это-то порой мучительное ожидание чего-нибудь – как лейтмотив выставки – созвучно нынешнему времени.
Оно тут передано без пафоса, взятое в скобки танца. Скобка открывается «Галантными Индиями» Клемана Кожитора, а закрывается Afterparty Петра Кирюши. Работа Кожитора поразительна по силе воздействия – лучшая из всех «100 способов...». Он выпускает на сцену под музыку «Танца дикарей» из одноименной оперы-балета Рамо танцовщиков крампа, представителей разных национальностей, и их пластика, уличная одежда вместе с этой музыкой создают ощущение нарастающей стихии. В интервью Кожитор рассказывал, как сперва сделал видеоработу по фрагменту «Галантных Индий» Рамо для экспериментальной площадки Парижской оперы, а потом его позвали ставить произведение полностью в Бастилии.
Закрывается скобка «100 способов...» Afterparty Петра Кирюши, забавной видеозарисовкой о том, что остается, когда праздник подошел к концу, а угар еще не выветрился. Остается праздник, который всегда с тобой, – нетвердый танец под новогодним дождиком в пустой комнате. Спор иронии с меланхолией – хорошая финальная нота для онлайн-проекта, маркирующего в нынешней реальности границу между 2020-м и 2021-м. С надеждой на офлайн.
комментарии(0)