0
3490
Газета Культура Печатная версия

24.03.2024 19:37:00

Юбиляру – юбилярово

Московская филармония отметила 180-летие Николая Андреевича Римского-Корсакова грандиозным гала-концертом

Тэги: московская филармония, гала концерт, николай римский корсаков


московская филармония, гала концерт, николай римский корсаков В гала-концерте были представлены фрагменты самых известных опер Римского-Корсакова. Фото предоставлено пресс-службой Московской филармонии

Классик, конечно, не забыт: его многочисленные опусы исполняются постоянно, они – основа оперного и концертного репертуара в России. По случаю юбилея два главных театра страны проводят целый фестиваль – волею их теперь общего руководителя Валерия Гергиева, у которого Римский-Корсаков всегда был в приоритете. Свою лепту в чествование юбиляра решила внести и Московская филармония, устроив грандиозный гала-концерт из оперных фрагментов восьми сочинений мастера. Неформально концерт стал и поздравлением еще одного юбиляра – Алексея Парина, одного из самых решительных пропагандистов оперы в России, который недавно отметил 80-летие. Алексей Васильевич вел концерт.

Мариинка показала в Большом три своих спектакля по операм композитора («Псковитянку», «Ночь перед Рождеством» и «Сказание о невидимом граде Китеже»), а Большой свозил в Петербург «Царскую невесту»; кроме того, текущие афишные спектакли обоих театров объединены в фестивальные показы. У Мариинки таковых гораздо больше – из 15 опер Римского-Корсакова в ее репертуаре сегодня 12; у Большого только три, причем «Садко», памятного трагическим происшествием на одном из показов (когда погиб актер миманса из-за проблем с эксплуатацией декораций), вернули в активный прокат только благодаря юбилейному фестивалю, а до того он долго пребывал в репертуаре лишь формально, его не показывали с момента трагедии. Кроме того, Мариинка дает «Царскую» на родине композитора – в Тихвине.

Новых же попыток интерпретировать оперы гения пока до обидного мало: только МАМТ начал нынешний сезон с премьеры «Царской» да НОВАТ в начале 2024-го представил премьеру «Салтана» – правда на Малой сцене и в сильно адаптированном для детской аудитории виде.

Предлагаемые в обеих столицах и некоторых других точках на карте России концертные программы – симфонические и камерные – на этом фоне выглядят куда разнообразнее и интереснее. В подборе программы гала-концерта в Московской филармонии, правда, не чувствовалось ни стройности, ни логики – две отличительные черты творческого стиля композитора были словно намеренно оставлены за скобками празднования: преобладала эклектичность и эмоциональная чересполосица. Возможно, причина попадания тех или иных вокальных номеров в программу – в тех певческих ресурсах, что удалось собрать на гала. Однако последовательность номеров определенно заслуживала более участливого к себе отношения, да и подбор оркестровых фрагментов не показался безупречным и уж точно слишком дозированным.

Впрочем, последнее объяснимо: было желание дать дорогу вокалу. Что тоже спорно – Римский-Корсаков ценен и как мастер вокального письма, и как кудесник оркестра. На сцене расположился Российский национальный оркестр: при Михаиле Плетневе коллектив не раз играл корсаковские программы – и оркестровые, и оперные аккомпанементы, стало быть, вкус и освоенность стиля не подлежат сомнению. Однако с маэстро Артемом Абашевым у коллектива пока стопроцентного взаимопонимания не сложилось: если в оркестровых соло («Пляска скоморохов» из «Снегурочки», «Похвала пустыни» и «Сеча при Керженце» из «Китежа», «Шествие князей» из «Млады») контакт был в целом чутким, то в сопровождении певцам хватало заусенцев и по части синхронности, и по части баланса.

Звездой вечера мыслилась сопрано Надежда Павлова – ее имя стояло первым в афише, ей предназначались самые громкие аплодисменты, да и, бесспорно, известность у нее (прежде всего благодаря сотрудничеству с Теодором Курентзисом как в России, так и за рубежом) есть. Она и пела больше других. Однако, несмотря на красоту тембра и тончайшие пиано, ее Снегурочка скорее разочаровала – и техническими осечками, и отсутствием подлинной, а не наигранной проникновенности. По-настоящему блеснула певица в ядовитой Шемаханке, уверенно спела сделанную когда-то для Большого Волхову и закончила «за здравие» качественной Марфой.

Однако ее статус серьезно оспорила молодая Алина Черташ – меццо из Большого показала максимум в протяженных фрагментах из «Царской» (ансамбли Любаши с Грязным и Бомелием): и роскошный тембр, и настоящий оперный посыл, и глубокое понимание исполняемой музыки, и чуткую ансамблевую культуру. Спетая после этого Любава из «Садко» столь же совершенной не показалась, хотя и не испортила грандиозного позитивного впечатления от Любаши.

Третьим героем вчера можно назвать петербургского тенора Дмитрия Каляку: именно его Гришка Кутерьма по-настоящему зажег ближе к концу первого отделения до того вяловато текший концерт – с геликоновской Еленой Михайленко ему удалось бесподобно правдиво и ярко по эмоциям разыграть одну из самых трагических сцен в русской оперной литературе. И если в Кутерьме Каляка блеснул драматизмом, то во втором отделении едкие характерные интонации сделали неотразимыми его Бомелия и Кащея.

Остальные певцы обедни не испортили, хотя у каждого были как плюсы, так и минусы – например по части соответствия природы дара задачам выбранной партии. Глубины и масштабности не хватало слишком культурному басу Владимира Кудашева в партиях Грозного из «Псковитянки» и Князя Юрия из «Китежа». Или Алексей Неклюдов спел Берендея из «Снегурочки» слишком витальным, плотным и негибким звуком, который гораздо больше подошел к его же Лыкову из «Царской». Странным Лелем предстал контратенор Вадим Волков – звучным, но с неточной интонацией и некрасивыми верхами: кроме того, выбор этого голосового амплуа был продиктован сиюминутной модой – юбиляр-композитор тут мыслил совсем другое звучание. Не вжилась пока в образ Ольги Елизавета Соина – ее великолепное сопрано звучало на сей раз весьма формально. Мизгирь и Грязной у Артема Гарнова сделаны добротно, но однообразно – особенно это было заметно на контрасте с Любашей-Черташ.

Впрочем, праздник, безусловно, состоялся: сам факт столь внушительного монографа вызывает уважение. К чести московской публики, она не проигнорировала национальное достояние: зал был полным, а прием – более чем радушным. 


Читайте также


Денису Мацуеву придется срочно искать еще один акустический рояль

Денису Мацуеву придется срочно искать еще один акустический рояль

Надежда Травина

IV международный конкурс молодых пианистов Grand Piano Competition обошелся без победителей и проигравших

0
2757

Другие новости